Чтение онлайн

— Переживаешь? — уточняю с сарказмом.

— Ты мой сын, даже если сам об этом забываешь.

— Ой, не будем…

— Я звоню собственно затем, чтобы сказать — послезавтра вылетаем в Италию.

— Что?

— То, что слышал. Летим через Стамбул. Тихо, не привлекая к себе внимания, общим рейсом.

— Что ты задумал?

— Расскажу по дороге.

— То есть вот так, без обсуждения? Просто ставишь в известность?

— Но ты же хочешь нарисовать точку в этом деле? Насколько знаю, у тебя появилась невеста.

— А ты, смотрю, в теме всего.

— Да.

— Сам разберусь. Если ты не в курсе, я уже не салага.

— Именно поэтому я ставлю тебя в известность и беру с собой.

— Огромный шаг с твоей стороны! — говорю почти без сарказма.

Отец прерывает звонок.

И очень вовремя, потому что дверь из ванной открывается. В комнату выходит Аня.

Она завернута в белоснежное полотенце, которое едва прикрывает ее бедра. Плечи обнаженные и ещё влажные. Как и ее волнистые волосы.

Смотрю на нее, и сердце заходится от какой — то щемящей нежности — после всего ужаса этого дня она кажется мне невероятно хрупкой и ценной.

Анна шагает к зеркалу, не глядя на меня, и начинает привычным жестом наносить крем на лицо. Ее движения плавные, и я завороженно наблюдаю за ней.

Но вскоре не выдерживаю этой дистанции. Поднимаюсь с кровати и бесшумно подхожу к ней со спины.

Когда мои руки ложатся на узкую талию, любимая на секунду замирает. И тут же расслабленно откидывается назад, доверчиво прижимаясь ко мне.

В отражении зеркала я вижу наши глаза… Мои — полные темного обожания, и ее — уставшие, но светящиеся теплом.

Я склоняю голову, утыкаюсь в изгиб ее шеи, и буквально задыхаюсь от запаха. Того самого, который принадлежит только моей женщине.

— Мне звонил отец, — встречаюсь с ней взглядом в зеркале. — Послезавтра я лечу в Италию.

— Я с тобой.

Ответ прилетает мгновенно, твердо и не терпит возражений.

Мне бы хотелось оставить ее здесь, разумеется. Но в прошлый раз это стало ошибкой…

— Хорошо, — прикрываю веки в согласии.

Но всё — таки по этому сценарию не получилось.

Уже на следующее утро моему доктору нездоровится. Ее тошнит с утра.

Видимо, вчера на нервах Анна съела слишком много жирного и сладкого за ужином.

Я предлагаю поехать в клинику, где обычно наблюдаюсь. Это не пафосное заведение, но врачи там настоящие профессионалы. Но Аня лишь отмахивается.

— Нет. Я же сама врач и чувствую, что со мной ничего страшного. Просто, видимо, реакция на стресс.

Однако на следующий день ситуация повторяется. Снова утро и снова тошнота.

— Оставайся дома, — то ли прошу, то ли приказываю.

Мой доктор пожимает плечами.

— Придется. Я же не могу оккупировать туалет в самолете… — она вдруг задумывается и прикусывает губу.

— Что? — уточняю.

— Да нет, ничего. Ну, в общем, да, ты прав. Мне лучше не лететь с тобой. Увы. С другой стороны, пообщаетесь с отцом поближе. Без свидетелей.

Вот теперь я хмурюсь.

— Будет он общаться, конечно.

— А ты? — она складывает руки на груди.

Оставляю этот вопрос без комментариев.

Раннее утро… Аня ещё спит, глубоко и безмятежно.

В последнее время ей нездоровилось, она стала больше спать. Организм требует восстановления.

Я замираю рядом, глядя на ее спокойное лицо. Наклоняюсь и почти невесомо целую в висок. Внутри разливается уже привычная нежность.

Именно она — мой якорь и мой двигатель. Глядя на нее, я чувствую, как во мне крепнет решимость. Я разберусь со всем.

Она — все, что у меня есть, и ради нашего будущего я готов войти в любой огонь.

Дорога в аэропорт пролетает незаметно.

Весна уже вовсю наступила. Светает теперь намного раньше.

Воздух пахнет свежестью, обновлением. Жизнь словно сбрасывает старую кожу.

Я хочу того же самого — новой жизни для себя и для Ани. Чистого листа, где не будет места страху.

В аэропорту эта атмосфера только усиливается. Люди спешат, летят навстречу своим целям, и я — один из них.

Сажусь в самолет. Бизнес — класс.

Весь полет до Стамбула я нахожусь в каком — то пограничном состоянии. То лихорадочно прокручиваю в голове план действий, то проваливаюсь в тревожный сон.

Я лечу один, без охраны. Но как ни странно, чувствую себя в полной безопасности.

Несмотря на наши сложные отношения с отцом, я доверяю ему свою жизнь.

Стамбул встречает шумом огромного хаба. Телефон вибрирует в кармане. СМС от отца: «Я в IA Lounge».

Я быстро прохожу контроль и направляюсь к бизнес — залам. Прохожу через регистрацию и сканирую взглядом пространство. И вот я вижу его.

Мой отец. Мы не виделись почти пять лет.

Время его не победило, но тронуло. Морщины у глаз пролегли глубже. В густой шевелюре больше седины.

Ему чуть за шестьдесят, он ещё далеко не дряхлый старик, но в облике появилась какая — то усталость.

Заметив меня, он медленно поднимается с кресла. Мы замираем напротив, пристально глядя друг другу в глаза.

— Когда ты обо всем узнал? — спрашиваю я, как будто бы мне это действительно важно.

Хотя, черт, вполне возможно, что мне это и правда важно!

Важно знать, насколько долго отец был в курсе того, кто на меня покушался, и при этом хранил молчание.

— Что Аркашка объявился в Москве — неделю назад, — отвечает отец без малейших раздумий.

— Объявился? — не могу не переспросить я, вскидывая брови.

— Ну не сам, разумеется, — хмыкает он, — сам он сейчас — дряхлая развалина. Ненависть ещё никому дни не продливала. А про другое, о том, что его сын покушался на тебя... — отец делает паузу, озвучивая самое главное, — вчера. А вот ты почему мне ни слова не сказал обо всей этой ситуации?