Чтение онлайн

После ликвидации Черчилля, я задумался что мне дальше делать. Возвращаться в Россию я не хочу, но помочь нашим тоже желаю. Раз в гнезде врага нахожусь, то займусь его мягким подбрюшьем. Я получил опыт диверсанта, проникая на разные охраняемые объекты, теперь нужно усилить опыт проникновением и уничтожением других объектов. Заводов, складов, доков. В общем, список большой. Да, я собирался нанести удар в этот раз по производствам.

***

Следующий месяц в Англии царил ад. Первую неделю я пустил на подготовку, вскрыл склад со строительной взрывчаткой, вывез три грузовика, потом делал детонаторы и часовые механизмы для инициации. Уходить далеко не стал, использовал обычные часы, где наручные, а где и будильники. С ними даже проще было. А вот потом началось. Я считал, что сделал не так и много за эти три недели, мог бы и больше, но думаю другие со мной не согласятся. За три недели я уничтожил их инфраструктуры, состоявшие из: восемь железнодорожных мостов, всегда врывал, когда по ним поезда проходили, так восстановить тяжело и дольше, восемьдесят шесть автомостов, большая часть деревянная, так что просто обливал бензином и поджигал, оттого такие цифры. А взорвал всего пять автомостов, интереса для меня они не представляли, просто мимо не мог проехать. Так вот, дальше по списку, три плотины, двенадцать шлюзов на реках, две гидроэлектростанции, два военных аэродрома. Из производств: двенадцать заводов, восемь фабрик и четыре дока. Маловато. Причём один док с крупным кораблём внутри. Я ему подорвал погреб со снарядами носовой башни. И последняя операция, за неё я вправе гордится. Её провёл три часа назад, решив, что пора закругляться. Я узнал, что недавно сформированный пехотный полк, закончив формирование и учения, вскоре будет погружен на морские транспорты и отправлен к арене боевых действий у Чёрного моря. Два дня я без сна минировал дорогу от военной части в сторону порта. Тут двенадцать километров, сомневаюсь, что их отправят на машинах. Нанятый сотрудник, дав объявление в газете и радио, скупал железо. Болты, гайки, шарики от старых подшипников, всё что могло быть поражающим элементом, я и закладывал фугасы на обочине, причём разлёт осколков в три стороны, вперёд и по бокам. Как самодельные «МОНки». Фугасы укладывал каждые сто метров. Успел приготовить на пять километров. Когда полк вышел, он растянулся на шесть, но уже не важно. Фугасы я усилил бутылками с самодельным напалмом. В этот раз детонаторы с радиоприёмниками. Ну и когда те вошли в зону, активировал. Полк смело с дороги. Выживших не было, а я укатил прочь. Лишь над местом взрыва кружил частный одномоторный самолёт с транспарантом. Там на русском языке было написано:

«Генерал Волков жив, генерал Волков жил, генерал Волков будет жить».

В фирме, где я заказал эту рекламу, русского не знали, доплатил чуть больше и вот выполнили договор по рекламной акции. Директор фирмы думал, что на транспаранте написана реклама газированного напитка из Румынии, так в договоре написано было. Я представился гражданином этой страны. Да ему пофиг, деньги оплачены, солидные, тот и отработал. Думаю, читающих по-русски в Лондоне, а полк в окрестностях формировался, хватает, так что надпись прочитают. Пусть англичанине генерала ищут, решив, что тот жив, но скрывается. Вот и будут искать тёмную кошку в тёмной комнате.

За этот месяц я изрядно сдал, всё же такие напряги, так что решил, полк будет последним, и покину Англию. Также угоню самолёт с частного аэродрома. Тот на котором из Франции прилетел, канул в глубинах Ла-Манша. Я сначала на бреющем прилетел, совершив посадку на ночной дороге, выгрузил личные вещи, поднялся, в этот раз на километр, сразу в эфире гвалт появился, локаторы засекли, и прыгнул с парашютом. А самолёт дальше полетел. Тут до пролива километров тридцать было. Чуть на пост воздушного наблюдения не опустился, те кстати, меня засекли, пришлось уничтожить. Потом добрался до Лондона и начал работать. Как мне кажется, вполне продуктивно. Долги роздал. Аж камень с души свалился. Напрягают меня долги. Мотоцикл я использовал с коляской, вернувшись в город, доехал до снятого домика, и кивнув приветливо хозяйке, та на веранде покачивалась в кресле-качалке, в своей квартире стал собирать вещи, снимая мундир полицейского. Это съёмная квартирка у меня, за всё время присутствия в Англии, уже девятая. А покинуть Лондон оказалось непросто, видимо уничтоженный полк окончательно, хотя куда больше, разозлил правительство Британии и их генералов. На каждом перекрёстке стояло по бронетранспортёру. Не знаю где столько нашли, и отделению солдат. При каждом полицейский, допрос и личный досмотр проводили со всеми. Даже женщин досматривали и обыскали. Для этого были военнослужащие женского пола.

Окна дома, где я арендовал квартирку, выходили как раз на перекрёсток, поэтому я сразу засёк гостей, и пронаблюдав что происходит, понял, сейчас начинается планомерная зачистка города с полной проверкой всех, кто в нём проживает. Район за районом, квартал за кварталом, все квартиры, но всё будет тщательно осмотрено. Кто же это такой умный на мою голову? И ведь поняли, что моя база именно в столице. Это так, мне тут удобнее. Хотя свидетелей хватает, те же наёмные работники, с кем я общался. Я хоть и пользовался гримом, но опознать думаю смогут, да и голос характерный. Надо думать. База в Лондоне удобная, но в подобном плане всё же имеет некоторые неудобства. Вздохнув, я закончил собираться, и покинув квартирку, вышел за задний двор. Тут имелась причина почему я выбрал для аренды жилого помещения именно этот дом. А дело в том, что во двор выходит воздуховод линии метро. Хозяйке оплатили то что тут велись работы и теперь стоит бетонный колпак. Я давно подготовил ключ, несложно с моими навыками медвежатника. Так что открыв люк, стал по скобам спускать вниз, не забыв люк запереть за собой.

Дальше дойдя до ближайшей ветки линии, не стал подниматься на перрон, как я отметил, и тут были солдаты, а так пропуская поезда, укрываясь в нишах, дошёл до технического коридора, карта схемы метро у меня была, и вышел к Темзе. Тут сброс воды идёт, что скапливается в метро, и насосы её откачивают. Решётка мной уже была подпилена, так что сняв её, выбрался наружу, поставил на место, и осмотрев ночное небо полное звёзд, направился к берегу. Там снял костюм, водонепроницаемый, до груди был, закинув его в реку, рюкзак за спину, чехол с винтовкой на бок, я не избавился от неё, отличная штука, и энергичным шагом направился к небольшой ферме неподалёку от Лондона. Я там собирался разжиться транспортом. И да, сливная труба вывела меня за пределы города. С транспортом проблем не возникло, полюбил я по просторам Англии гонять на мотоциклах, вот и тут угнал… мопед. Вполне достаточно. За ночь смог уехать от Лондона подальше, всё тропками и через разные броды. А в окрестностях Лондона объявлено военное положение, всё перекрыто, видимо все силы бросили на мои поиски, хотя по радио говорилось о группе. Видимо не верили, что это всё одному по плечу. Так я до конечной цели, аэродрома, и добрался. Тут проблема, самолёты есть, а топлива в баках нет, перехватил дежурного, узнал от него что приказ поступил два дня назад, держать самолёты без топлива и сняв какую деталь, без которой самолёты летать не смогут. Те и выполнили. Запчасти лежали под замком в сейфе.

Хмыкнув, я свернул тому шею, за пять минут вскрыл сейф, причина почему так долго провозился, в сингалке, помимо обычной сигнализации была ещё механическая, её сложно отключить было. Нашёл нужную деталь от мотора и подошёл к «Аисту». Да-да, самолёт российской постройки. Установил деталь, заправил самолёт, шесть канистр в салон, вещи мои уже там, погонял мотор на разных режимах и поднявшись в воздух полетел в сторону Франции, по моим прикидкам где-то в районе Гавра пересеку береговую черту. Однако, я не учёл злости и наглости англичан, посты наблюдения на берегу видимо передали информацию о пролёте неизвестного самолёта, и те подняли истребители. Я рацию настроил на волну, где те работали. Ого, шестьдесят «ночников». Солидно. Прижимаясь к волнам, я летел на максимальной скорости прочь. Что плохо, самолёт, выбранный мной, не был военным, а имел гражданскую раскраску. Он был жёлтым. На аэродроме ничего лучше не было, хоть это. Тем более «Аист» российской постройки, их ещё лицензионно во Франции начали выпускать. Этот самолёт меня ни разу не подводил. И теперь началась охота, дичь убегала, а охотники настигали. Примерное направление те знали и, хотя я сменил маршрут, как раз на Гавр, найти для них всё же не предоставляло сложности, и нашли. Когда я услышал голос английского пилота, хорошо рация стояла английская, военная, ловил их каналы, то резко дёрнул штурвал в сторону. Чуть не зацепив волну крылом. А услышал я:

– Я Альбатрос, атакую биплан.

Очереди подняли линию фонтанов по воде. Тут произошло странное, я даже удивился. Выходя из атаки, истребитель, противника чиркнул крылом о верхушку волны, и заскакал как блинчик по воде, разрушаясь, скорость большая была. В общем, пилот неверно оценил высоту, или поздно вывел машину из атаки, и вот результат, машину угробил и сам погиб. Однако навести на меня остальных, тот вполне успел. По крайней мере где искать теперь знали, а многие видели вспышки выстрелов и направились в мою сторону. Я же, всё прикинув, пошёл на минимальной скорости к берегу. Вот-вот тот появиться. Скорость мне удалось держать в районе восьмидесяти километров в час, что вполне позволяло удерживать машину в воздухе. А вот причина такого поступка, разные скорости у истребителей и моего биплана. Они просто проскакивали мимо, да и я летал не прямо, а рваными зигзагами, взять на прицел такую юркую тихоходную цель у них не выходило. Ладно днём бы происходило. В результате ещё один истребитель врезался в воду. Лётчик неправильно высоту оценил. Тогда истребители разбежались, и восемь единиц одновременно строем атакуя, отрыли огонь, полого снижаясь. Вот гады, куда не сунься, под очередь влезу. И пришлось, воды вокруг меня вскипели от снарядов и пуль, самолёт затрясся, попадания были, но мотор тянул, и я летел дальше.

То, что следующую атаку я могу не пережить, было понятно. Забрав офицерскую сумку, та с Турции со мной, в ней всё самое ценное, я заклинил штурвал, самолёт летел прямо, и открыв дверцу просто выпрыгнул, с сорока метров, войдя в воду примерно в десяти километрах от берега. Кстати, вот так прыгать тоже нужно уметь, чтобы не покалечиться, в базах «Выживания» это было. Вошёл в воду аккуратно, слегка ошеломило от удара и холодной воды, всё же конец сентября, но терпимо. «Аист» пролетел совсем немного, то что я покинул самолёт, осталось незамеченным. После второй атаки, биплан вспыхнул и упал в воды пролива, а пилоты не прекращали атаки, делали заход за заходом. Воды у места падения кипели от пуль и снарядов. Видимо решили, добить так добить. Уверен, и какой корабль их флота сюда направят, для окончательной проверки. Я старался не мелькать на поверхности, ещё рассмотрят, поэтому срезал ножом шнурки и скидывал ботинки, а когда те улетели и гул множества авиационных моторов начал стихать, загребая поплыл к берегу. Старался плыть километр напрягая силы, дальше просто загребая, отдыхая, частично на спине. Проплыл я километра два, обойдя место падения, и тут вода чуть забурлила и метрах в ста от меня показалась рубка всплывающей подлодки. Что за чёрт? Но это оказались не черти, а русские. На рубке кроме номера был герб РИ.

То, что вокруг Англии несколько русских субмарин рыщет, я в курсе, читал газеты. То там торпедировано судно, тот в другом месте минная банка оказалось и эсминец на дно пошёл. То есть, работают морячки, и вот теперь я вижу их. Лодка полностью всплыла, открылся люк и на рубке замелькали головы моряков, двое в фуражках были. Затарахтел дизель, и та направилась к месту падения моего «Аиста». Тут я и понял, что они меня не видели, а видимо со стороны наблюдали за обстрелом и падением самолёта, на всякий случай погрузившись, и вот когда англичане улетели, всплыли и подошли. Странно что они не опасаются в пролив входить, узкое место, эсминцы зажмут, и мама не успеешь сказать. Я перестал загребать, и слегка ушёл под воду, работая руками, чтобы не утонуть, только нос и глаза торчали над водой, наблюдая за русской субмариной. Встречаться с ними, и уж тем более подниматься на борт, мне совсем даже не надо. Другие планы, оправиться в тёплые страны. Весомый вклад в победу я вложил, пусть заводов и фабрик немного уничтожил, но все они занимались производством разного боеприпаса, а склады не бесконечны, и скоро опустеют. Так что с боеприпасами у англичан скоро станет совсем туго. А до берега часов пять, плыть, уже рассветёт, когда доберусь, так что нет, никаких встреч с русскими моряками, а в себе я уверен.

Лодка отошла, дальше уже только силуэт с трудом различаю, так что снова поплыл к берегу. Ботинки я скинул, на дно тянут, остальное при мне, как и сумка. Понятно думаю почему я не стал окликать моряков. Поднимусь на борт и прости прощай свобода, доставят на базу, и дальше младший унтер-офицер Вершинин продолжит службу. Как я уже говорил, не моё, да и я не Вершинин. Тем боле могут связать меня и то что в Англии происходило. Оно мне надо? Вот так и двигался дальше. До берега я не доплыл, нет и не утонул, просто встретил возвращающихся с ночного лова французских рыбаков, смог докричаться и меня подняли на борт. Рыбакам рассказал сказочку о контрабандистах, что доставляли меня в Англию, но на борту возникла поножовщина и я сам прыгнул за борт, так как видел берег вдали. Похоже на борту все друг друга поубивали, были слышны выстрелы. Меня раздели, дали стакан грога выпить, а то трясти от холода начало, и выдали сухую одежду. Свою мокрую я выжал, и повесил в матросском кубрике сохнуть, мне тут место выделили, так что лёг отдыхать. Капитану я выплатил небольшую сумму, пусть и мокрыми купюрами, и когда подошли к причалу, тут уже ждали машины, за уловом приехали, спокойно покинул борт и ушёл в центр Гавра, обо мне тот пообещал не сообщать.

Город я покинул сразу, покушал в кафе, точнее позавтракал, нанял таксиста и тот отвёз меня в Париж. Там снял домик на окраине, этот другой, и неделю отходил. Всё высушил что в сумке было, часы к часовщику носил, в них вода попала, а вот патроны к оружию пришлось выкинуть, но удалось прикупить сотню в магазине для охотников. Патроны «парабеллума» тут были. Покупал из-под прилавка, с наценкой, документа не было. Сейчас ввели правило продавать оружие и боеприпасы, и вести учёт. Так за неделю я и отошёл от всех дел последних дней. Я всё также гражданин без документов, ранее числился вроде как Вершинином, а теперь пора настала задуматься какое гражданство брать. Возвращаться в РИ не хочу, там сразу под ружьё поставят. Не то чтобы я отказываюсь от России, но генерала в солдаты, как-то не по мне. Унтерская служба слишком для меня… скажем так, мелковата. С другой стороны, если получу под командование своё подразделение, то я повеселиться готов, напомню германцам кто их императора в плен взял, а то совсем нюх потеряли. Стоит подумать. Хм, а ведь моё желание не возвращаться больше продиктованное моей гордостью и тщеславием. Я только сейчас это понял. Не знал, что я на подобное способен. Оказалось, всё банальное просто, не может генерал стать унтером, вот и сидела в душе заноза, что ныла об этом. Да я, когда разобрался в себе, теперь из принципа вернусь и начну воевать простым унтер-офицером.