Долгая дорога домой
Шрифт:
Пара жестов, часть энергии и сначала по борту вниз стекает смола, а затем с легким шипением начинают обугливаться доски. Ударом ноги проламываю их и наконец-то есть опора под ногами! Да и вода туда хлынула -- отвлечет часть команды.
"Мерцание" и уже стою на палубе, несильно покачиваясь из стороны в сторону. Тяжеловато будет... Большей части команды не видно. На меня никто пока не обращает внимания. Оглушаю пробегающего мимо матроса и выбрасываю его за борт. Стреляю дробью по парусам, и они начинают расползаться. О, паника растет! На себя набрасываю иллюзию невинно убиенного матроса. Теперь пороховой склад и можно брать "языка" с кинжалом.
Порох по идеи храниться в передней надстройке.
Ого, чем этих охранников кормили? Косая сажень в плечах! Два "Паралича" и они продолжают стоять. Взламываю дверь. То, что доктор прописал! Часть бочонков поливаю созданной водой: мне не нужно, чтобы корабль сразу затонул. Ешкин кот, снова носом кровь пошла! Беру один из сухих, выбиваю дно и рассыпаю порох по помещению, так же вывожу дорожку к двери.
Да будет пламя! Сбрасываю десяток искр и бегу к кормовой надстройке. За спиной гремит взрыв, и раздаются крики боли. А меня швыряет вперед воздушной волной и каким-то куском дерева. Успеваю выставить перед собой руки, и это смягчает удар о палубу.
О, мана пошла. Ногой выбиваю дверь. Трое, мечи обнажены. Разряжаю оставшиеся патроны. Центральный цел, а вот крайние корчатся на полу, зажимаю развороченные дробью животы. Шаг вперед. Отбиваю меч чеканом в сторону и бью рыцаря в подбородок кулаком. Он откидывает голову и делает шаг назад. Теперь плашмя по запястью. Меч со звоном падает на пол.
– - Где кинжал и бумаги?!
– - Кто ты...
Пинаю его ногой в живот.
– - Где они?!
– - Я не знаю...
Еще удар.
– - Отвечай!
– - Я, правда, не знаю, о чем ты говоришь!
– - говорит он, но периодически косится на сундук стоящий в углу капитанской каюты.
Бросаю в рыцаря "Шок", закрываю дверь и подпираю ее столом. Затем быстро перезаряжаю обрез. А теперь сундук. Заперт!
Разбиваю крышку и начинаю выбрасывать на пол содержимое. Тряпки, снова тряпки, бутылки, по-видимому, с вином. Шкатулка. Закрыта. В дверь начинают ломиться. Время!
Вскидываю рыцаря на плечи, разбиваю окно. Жалко картечь. Мана есть, можно попробовать в несколько прыжков. Как бы не надорваться...
Первый... Падаем в море. Бр-р-р, холодно! Бросаю короткий взгляд назад. Пламя пожирает паруса с такелажем. Те, кто ещё мог стоять на ногах, стараются погасить пылающий нос судна.
Второй... Песок под ногами. Кое-как принимаю горизонтальное положение, и за шкирку поднимаю "языка". Еще один прыжок. Из носа так и хлещет кровь. Еще один раз!
Четвертый... Вот и девчушка с лошадьми. Связываю пленника и забрасываю через седло своей лошади. Сам же взбираюсь в седло второй.
– - Садись, и быстро уезжаем отсюда, -- хриплю я.
Она кивает и забирается передо мной. Обнимаю ее за талию и утыкаюсь лицом ей в спину.
– - Гони, надо спешить, -- произношу и отключаюсь.
– - Странник, очнись!
– - кто-то настойчиво трясет меня.
С трудом открываю глаза. Надо мной склонилась моя "добыча" и рядом с ней прохаживается Торквемада.
– - Мы далеко уехали?
– - интересуюсь и пытаюсь сесть, не получается.
– - Помоги подняться.
Мышцы просто разрываются от боли, да и общее состояния можно выразить одной фразой: "Убейте, чтоб не мучился!". Все же надорвался, теперь декаду как минимум восстанавливаться.
– - Не знаю, но уже полночь, -- произносит она, помогает мне и придерживает за плечи, чтобы я не упал.
– - Я кулеш приготовила, будешь?
Молодец, костер развела, стянула с меня балахон и повесила сушиться. Меня же укрыла тулупом. Пленник так же лежит возле костра, на него наброшены бараньи шкуры. Во рту у него кляп и все, что он может -- зло сверкать глазами. Кони стоят в сторонке стреноженными.
– - Найди в моей торбе оранжевую коробочку, сухую одежду и дай все это мне.
Вскоре она нашла ее. Аптечка индивидуальная, комплектация для военного времени или сотрудников государственных силовых структур. И как только прапорщик смог ее достать? Правда, сколько мне пришлось денег на их приобретение потратить, ужас. Да и часть препаратов в ней устарели лет на пять-десять, но за то в комплекте есть шприц-тюбик наркотического анальгетика!
Расстегиваю поясной набор и приспускаю штаны. Делаю укол в мышцу бедра. Лепота...
– - Помоги раздеться, -- прошу девчушку.
Она резко отстраняется, вскакивает на ноги, а я заваливаюсь на спину. Пристально смотрю на нее. Девчонка вся красная, нижняя губа подрагивает, а в глазах блестят слезы, и от нее так и фонит страхом.
– - Дура!
– - сплевываю на снег.
– - Никто тебя к плотским утехам не принуждает, да и ты не в моем вкусе. Мне нужно снегом растереться и переодеться в сухое!
– - И-и-извини, -- заикается она, -- п-просто ты ш-ш-штаны стянул...
Тьма, дай мне терпения! Какая озабоченная малявка попалась! Кое-как сажусь и развязываю шнуровку сапог. Хорошо хоть заледенеть не успели. Стягиваю их и, вытащив стельки, ставлю сушиться. Портянки, кто сказал, что носки лучше? Он никогда десяток километров с хорошим грузом за спиной, да еще и по жаре, не ходил! Броня с поддоспешником, штаны, рубаха и следом за ней трусы. Девчонку игнорирую -- пусть думает, что хочет, плевать!
– - Кулеш подогрей и кота покорми.
Обезболивающее подействовало в полную силу, так что все же доползаю до ближайшего сугроба. Хорошенько извалявшись в снегу, встаю и растираюсь рубахой. Хорошо-то как! Быстро надеваю сухую одежду и толстые шерстяные носки, взятые на всякий случай. Для лучшего сугрева делаю глоток коньяка из фляжки, и мы приступаем к ужину.
– - Покормишь этого?
– - киваю на связанного пленника.
– - Хорошо, а кто он такой?
– - Птичкой певчей будет у царя нашего, -- криво усмехаюсь, выбирая травы, помогающие при простуде.
– - Как закончишь, приготовь отвар, хорошо?
С этим разобрался, теперь заняться медитацией и проверить, насколько повреждены энергетические каналы организма...
– - Странник, я приготовила, -- эти слова вырывают меня из транса.
– - А как тебя зовут? А то неудобно, все время тебя странником называть.
– - Меня не зовут -- я прихожу сам, как война, голод или мор, -- какой я скромный, аж жуть!
– - Можешь называть Лисом.
Разминаю шею с плечами, а то затекли.
Прихлебывая отвар, размышляю об увиденном во время медитации. Каналы вдоль позвоночника и идущие к правой руке сильно повреждены. Значит, классическую магию лучше не использовать. Восстанавливаться они будут как минимум две декады, и это в лучшем случае! Да и в случае чего придеться заниматься мазохизмом и применять магию крови...