Чтение онлайн

– - Не подведи, -- шепчу, прижимаясь к конской шее, -- хлебом до отвала накормлю, только не подведи...

Бросаю короткий взгляд назад: всадники начинают настигать меня. Бой принимать нельзя -- все лечение пойдет насмарку!

Зубами стягиваю перчатку с левой руки и прижимаю камень перстня к конской шее. Начинаю подпитывать лошадь крохотными порциями чистой маны. Она издает звук, похожий на всхлипывание, но начинает бежать быстрее.

Ешкин кот! Тут до донской столицы казаков где-то два дневных перехода и ни одного разъезда, что за бардак?! Или безостановочно зипуны пропивают?!

Отвязываю поводья заводного коня. Хорошо, что свои вещи вожу с собой. Эх, как мне не хватает безразмерной сумки!

После избавления от второго скакуна, разрыв между мной и кочевниками начинает увеличиваться. Несильно, но заметно.

Погоню продолжается уже четвертый час. М-да, а у каждого из них по два заводных. А мана в перстне все убывает. Если к закату ничего не изменится, то придется принимать неравный бой с неизвестным концом. Сейчас бы пару гранат -- взорвал бы лед за спиной, выиграл бы какое-то расстояние. Но чего нет -- того нет.

Вдали, справа на холме, различаю какой-то смутный силуэт. Потихоньку начинаю забирать в ту сторону: выглядываю выезд на крутой берег Дона.

Вскоре силуэт превращается в строение: высокая сторожевая вышка, связанная из не ошкуренных бревен. Сверху наблюдательная площадка, крытая связками камыша. Там стоит мужчина, подробностей разглядеть не могу.

Где этот подъем на берег?! Перстень почти пустой, да и морда коня в пене, скоро падет! Вот почему-то именно в такие моменты особенно сильно хочется жить!

Кисть правой руки плотно прижата к шее лошади, так что кое-как, но расстегиваю кобуру обреза и взвожу курок левой. Освобождаю ноги из стремян и крепче сжимаю конские бока коленями.

– - Держись, -- заклинаю скакуна, -- вывези до подъема, дальше постараюсь сам управиться!

Леший закрути этого наблюдателя! Спит что ли?!

Вон вроде более пологое место, попробую там.

Конь с трудом поднимается на вверх берега и начинает заваливаться в сторону. Я спрыгиваю из седла в противоположную сторону. Смотрю в сторону вышки, а вон и казаки едут. Проснулись...

До них еще метров двести, а первый всадник уже выскакивает рядом со мной. Разряжаю в него патрон со свинцовой картечью. Один готов.

А дальше все завертелось каруселью: кочевники, казаки, блеск стали, оскаленные конские морды. Звуки тяжелого дыхания, пронзительное ржание, невнятные ругательства и крики.

Победили... Без сил опускаюсь на снег, окрашенный в красный цвет как кровью, так и предзакатным солнцем.

– - Ты кто такой?
– - спрашивает казак, остановивший коня рядом со мной.

– - Путник, -- безразлично отвечаю я, не поднимая головы, -- можешь Лисом называть.

– - Так это ты, -- в поле зрения появляются носки сапогов, -- "птичку" поймал?

– - Значит, они добрались до вас?

– - Еще вчера. Вставай, дам тебе сопровождающего -- к атаману поедешь! А то после рассказов кошевого он очень хочет с тобой встретиться.

– - Сейчас, -- набрасываю иллюзию на глаза, пережидаю приступ острой боли и иду к своему скакуну.

– - Ты что делаешь?!
– - вскрикивает казак, видя, как я пью лошадиную кровь.

– - Пить хочу, а воду или кровь -- мне уже все равно, -- говорю, вытирая рот тыльной стороной ладони.

– - Микола такой же, -- подает голос другой всадник.
– - Видать тоже татары в предках были.

– - Свечку не держал, но я считаю, эту землю своей родной и буду биться за нее до последнего вздоха.

– - Ой, любо сказал! Сейчас братья коней поймают, да Андрей дорогу тебе покажет.

Пока есть время можно и труп обыскать. Массивный перстень, да массивный золотой браслет -- больше ничего ценного нет. А остальных не я убил, тут все просто: кто убил, того и шкура. Жаль дробь терять: магию не используешь, а вручную ее долго выковыривать!

– - Садись, и езжайте, а мы тут приберем, -- говорит старший, когда остальные пригнали коней.

– - О, они и мою лошадку захватили!
– - вскидываю рюкзак за спину, опираюсь ногой в стремя и взбираюсь в седло своей заводной лошадки.
– - А то пришлось бросить -- один в чистом поле четверых не одолел бы.

– - Зато нам добычу привел, -- усмехаются казак, пока остальные обшаривают трупы и переметные сумки кочевников.

Заглядываю за пазуху: Торк вцепился в покрышку бригантины когтями и недовольно зыркает на меня зелеными глазами. Осторожно поглаживаю его сквозь балахон.

– - Ранили что ли?
– - интересуется старший, проследив за моим взглядом.

– - Нет, -- приглаживаю бородку, -- кот со мной странствует.

– - Зело странный ты, да и креста у тебя не видно. Колдун?

– - Какой есть, не все православные, но и веру поганых и лыцарей не принимал. Нет, кое-что знаю, кое о чем ведаю.

– - Ведун значит, -- кивает старший, убирая руку с шашки.
– - Ой как ты на Миколу-то похож, правда, он без кота.

– - Одно дело делаем -- Русь святую бережем...

Казаки крестятся. Видать правильно сказал, а значит, меньше дурной молвы обо мне пойдет. Двое всадников остаются возле трупов, а третий, видимо тот самый Андрей, направляет коня вдоль берега.

– - К полуночи доедем, -- негромко произносит он и подгоняет коня.

Вот и Раздор... А неплохое место выбрали: остров, на слияние двух крупных рек, густой пойменный лес, да и множество проток, где можно легко от врагов укрыться.

– - Почти на месте...

Как же хорошо, что у меня осталась возможность видеть в темноте! И никаких зелий глотать не нужно! Хотя луна сегодня яркая, снег лежит -- светло как днем!

– - Нас свои в темноте не подстрелят?
– - перебиваю, заметив часовых, прохаживающихся по крутому земляному валу.

– - Да не должны, -- с сомнением в голосе, протягивает он.

– - Ты хоть крикни, а то обидно будет.

Метров за триста он останавливает коня.

– - Эй, не стреляйте!
– - сложив ладони рупором, кричит он.
– - Это я -- Андрей!

– - Так вот ты какой, Лис, -- раздается ленивый мужской голос за спиной.

Спрыгиваю на снег и неторопливо разворачиваюсь. Молодой мужчина с не запоминающимся лицом, одет не по погоде: легкая телогрейка на голое тело, шаровары и сапоги. На кожаном поясе висит сабля и несколько кисетов.