Чтение онлайн

И этот вид накатывающегося бурого прямоугольника вызывал трепет. И Мага Разума - нет. Некому поддержать, некому изгнать страх из сердца.

– Стрелковые расчёты!
– закричал Командир, - Залпом!

Разом четыре длинных стрелы ударили в строй Неприкасаемых. Разом четыре прорехи в их щитах. На несколько секунд только. Но, за это время и самострельщики разрядились в эти прорехи, раня, убивая Неприкасаемых.

Строй бурых щитов - восстановился. Новые Неприкасаемые быстро перестраивались, занимая места павших и раненных. Но, тут - ещё четыре стрелы ударяют в щиты, пробивая и щиты, и - щитоносцев. В бреши - опять ныряют стрелы.

Пока коробка Неприкасаемых дошла до первого рва и трупов коней и всадников - успели дать пять залпов. А вот на рву стрелы собрали богатый урожай. Первый ряд Неприкасаемых спрыгнул в ров, подставив спины другим бурым воинам. Но, это вызвало временное расстройство сплошного щитового панциря. В щели тут же устремились стрелы, ранения бурых вызывали цепную реакцию волнения щитов и проникновения в бреши стрел.

Но, коробка Неприкасаемых продолжала накатывать на тонкую линию защитников чёрного стяга.

Первый ряд Неприкасаемых накатил на двойной лес пик. Отклоняя наконечники щитами, руками, телами. И тут же - продавливая строй Безликих. Крестоносцы били секирами в щиты, умирали, пронзённые стразу 3-4 копьями. Стрелы, выпущенные в упор, в открывшиеся лица Неприкасаемых, никак не сдерживали их напора.

Их не сдержал даже удар Магией Земли - десяток Неприкасаемых взлетел над землёй, поднятый на Клыки Скал, десяток был покалечен. Но, следующие ряды бурых - ломал узкие каменные пики, рвался в бой, топча павших Неприкасаемых.

Зуб скомандовал отход. Но, как отходить, когда Стена Щитов плотно увязла в схватке с Неприкасаемыми, когда умирали Безликие, беззащитные и бессильные против выучки бурых. И как отходить спиной вперёд по перекопанной ямами дороге? Конечно же отход превратился в беспорядочное бегство. Бежали стрелковые расчёты, бежали Крестоносцы, бежали Безликие. Под стрелами Змей, метаемыми через головы Неприкасаемых, поражаемые в спины.

– Сейчас!
– крикнул Командир, - а то их строй - рассыплется!

Комок опять вырастил узкие каменные пики прямо под ногами Неприкасаемых. Шёпот дождался, когда между плотным строем бурых и бегущими союзниками появится разрыв и ударил Шаровой Молнией. Белый искрящийся шар резво влетел в самую середину бурой коробки, взорвался ветвистыми молниями, с треском и грохотом. Неприкасаемые - тряслись, сгорая заживо, сердцевина их строя - рухнула на землю. Резко завоняло предгрозовым небом, горелой шерстью и палённым мясом.

Казалось - ещё один шарик молнии - не останется ни одного Неприкасаемого в живых, но Маги - отошли в самый тыл, опять улеглись под дощатый навес, усиленный свежеснятой конской шкурой.

– Зуб!
– взревел Белый, - Строй!

Стрелы били в расстроенные порядки Неприкасаемых, Зуб пытался собрать воинов в ударный кулак. Но, и Неприкасаемые - собирали ударный кулак, несмотря на потери, усиливающиеся с каждой минутой. Чем меньше их оставалось - тем эффективнее был обстрел. И идти им теперь приходилось по телам павших, проваливаясь ногами в ямки. Само это действие не приносило им вреда. Но, наступающий в яму Неприкасаемый, ожидаемо - нырял вниз, раскрываясь сам, открывая брешь в строю. И стрелы тут же находили себе жертвы.

Зуб, наконец, смог организовать какое-то подобие строя, но атаковать было бессмысленно. И крестоносцы продолжили пятиться вверх по склону, выжидая момента, давая растерявшимся бойцам время одуматься, вернуться в строй.

И вот настал нужный момент. Бурой коробки больше не было. Её не из чего Неприкасаемым было строить. Они, продолжая падать под постоянным обстрелом, перестраивались в Стену Щитов.

– А-а-а!
– кричали Крестоносцы, набирая разбег вниз по склону, беспорядочной лавой накатывая на ровные бурые ряды.

Стрелковые расчёты перестали посылать стрелы в бурые фигуры, боясь застрелить своих же. С грохотом, два строя столкнулись. Белый увидел высокий взмах топора Зуба, его удар, проламывающий щит Неприкасаемого. Тут же Зуб, всей массой и силой разгона, набранного со склона, бьёт плечом в этот щит, вбивая щит и щитоносца в глубь строя. В образовавшуюся щель ныряют, рыбкой, сразу двое мечников. И, как подрубленные деревья, Неприкасаемые - валятся.

– Два - ноль, - сказал Белый, перенося своё внимание с места схватки, где уже всё решилось, туда, вдаль. Где по дороге пылили остальные Неприкасаемые.

Первая бурая коробка уже была близко - шагах в тысяче. Показалась и вторая. Конница Змей откатывалась от узилища схватки к коробкам Неприкасаемых. Но, Неприкасаемые не ускорились, не спешили на помощь гибнущей сотне. Наоборот - замедлялись, видимо, решив накопить силы для удара. Значит, у них есть передышка.

Белый повернулся к укреплению. Бегали дети и женщины с подоткнутыми за пояса подолами, сверкая голыми, грязными ногами. Разносили связки стрел, уносили раненных на тот склон высотки, где Матери Милосердия и Синеглазка оказывали им помощь.

Белый сжал кулаки - потери оказались больше, чем он рассчитывал. И - намного больше. Он рассчитывал ещё раз встретить Неприкасаемых на склоне высотки. Но, встречать уже было некем.

Неприкасаемые оказались даже более сильным войском, чем он боялся. Они шли напролом, невзирая на потери. Равнодушные к стрелам и неудобствам перекопанной дороги. И выучка их, стойкость, храбрость - были выше, чем можно ожидать от тщедушных подростков.

Ведь, как оказалось, это были всего лишь дети. Подростки. Дети, захваченные Змеями в плен в порабощённых городах. Их собирали в отдельных местах. Как-то обрабатывали, учили, готовили из них воинов. Воинов, каких ещё не знал этот Мир. Используя приёмы порабощения разума из практики Чёрных Обителей, детей превращали из людей в бездушное оружие. Неприкасаемых невозможно было победить. Их невозможно было обратить в бегство, они не могли признать себя поражёнными и сложить оружие. Неприкасаемых можно было только убить.

На землях Змей готовилось какое-то новое, совершенно иное войско. Войско захватнической войны. Войско из людей, или - уже не людей, которые не смогли бы заниматься ничем, кроме битв. Не способные жить вне войны. И Белый Хвост отчётливо это понимал. И осознавал, что именно это - главная угроза для Империи, а не людоеды. И даже - не массовое сумасшествие. Тысячи таких неудержимых, бесстрашных воинов, подчинённые единой воле, неспособные на невыполнение приказа - сметут любое разношёрстное воинство любого Владыки. Даже Имперские полки не смогут противопоставить Неприкасаемым ничего.