Чтение онлайн

Пришли в Порто-Франко мы еще вчера вечером. Кэп умчался на берег утрясать формальности, а сегодня утром его помощник (не старпом, а тот, который «замполит») выдал экипажу зарплату и орденские премиальные. Последние – те, кому они причитались, естественно. Я забогател на 2000 экю премий и еще 210 – зарплаты. Ну и за трофеи мне что-то дадут. И именно их реализацией я сейчас собираюсь заняться. Поскольку во время стоянки непрерывной радиовахты у нас нет, а дежурный сеанс связи в оговоренное время сегодня отработает Рауль – я могу свободно располагать собой. Что и делаю. Беру оружейную сумку со всем имеющимся железом, как собственным, так и трофейным, и направляюсь в местный оружейный лабаз. Тут недалеко от порта вроде был небольшой магазинчик нужной мне направленности. Надеюсь, в нем не откажутся избавить меня от лишних тяжестей и подкинуть немного денег.

Я успел спуститься по сходне и отойти метров на десять, когда меня окликнул Олич – один из немногих испанонеговорящих ребят из нашей команды. По-испански он знает всего пяток-другой слов, зато с другими языками у него все хорошо. Говорит по-арабски, да и по-чеченски, вроде бы, тоже. По крайней мере, как он ругался на вайнахском наречии – я слышал. Ну и русский знает – общаемся-то мы с ним на языке родных осин.

– Леш, куда собрался?

– Трофеи продавать. Потом постреляю схожу. А ты хотел что-то?

– Не возражаешь, если компанию тебе составлю? Только предлагаю сперва на стрельбище, а потом уже в скупку.

– Добро. Пошли.

– Подожди минутку – я свое железо захвачу.

– Лады.

Я спрятался в тень под деревянный навес и закурил. Надо будет себе курева прикупить. С сигаретами тут напряжно, а вот сигары, говорят, хорошие. И трубочные табаки – тоже. Правда, трубка – точно не мое, не пробовал и не хочу, а сигара плохо подходит для коротеньких перекуров. Ее надо потреблять не спеша, желательно со стаканчиком коньячка… Но, в крайнем случае, куплю трубочный табак, разживусь макулатурой какой-нибудь и наверчу себе самокруток. Я швырнул бычок в урну и подумал о том, что еще бы надо прикупить себе флягу и задуматься о головном уборе. Я их не шибко люблю, предпочитая обходиться капюшоном(ну кроме зимы, конечно), но здесь при непокрытой голове легко солнечный удар получить можно. До сих пор я обходился эрзац-банданой из все той же многострадальной футболки, но вид у меня в ней был полухиппанский – полупиратский. И если на «Фуроре» это никого не колышет, то в городе легко могут найтись места, в которых о человеке судят по одежке. Вскоре появился Анте, тоже с оружейной сумкой, и мы направились в сторону стрельбища. По дороге никто из нас не произнес не слова – видимо Олич был болтать не настроен. Ну а мне наличие собеседника абсолютно индифферентно. Одной из вещей, которая мне нравилась в моей старой работе, было отсутствие «вынужденного» общения. Ушел на стоянку – и все. Если есть настроение – можешь с кем-нибудь языками зацепиться и потрещать, а нет – можно выпустить рейс, не сказав никому ни единого слова. Интроверт я, в общем.

Дойдя до стрельбища, мы оплатили вход и направились вдоль огневого рубежа, удаляясь от нескольких групп горожан и орденских служащих, тоже выбравшихся пострелять. Сочтя удаление от ближайшей из них достаточным, Анте положил на землю свою сумку. Я последовал его примеру.

– Давай сперва постреляем, а потом уже трофеи посмотрим. Да и «освежим» их заодно – все равно оружие чистить.

Я ничего не имел против такого порядка действий и начал снаряжать магазины к своему ППС. Еще когда на горизонте показался Порто-Франко, я из них выщелкал все патроны – пусть пружины отдохнут. Лет моим магазинам прилично и незачем их лишний раз нагружать. Да и в снаряжении будет повод потренироваться. А то в армейский норматив «секунда на патрон» я явно не укладываюсь. Конечно, я надеюсь, что мне не придется снаряжать магазины под огнем противника или в иной экстренной ситуации, но гарантий этого мне никто не даст. Потому – тренируемся.

Анте оказался сторонником схожего подхода. Только разряжать все свои магазины не стал, оставив три «дежурных». Сейчас он их в довольно быстром темпе расстрелял и отложил в сторону, после чего присел рядом со мной и начал набивать патронами другие, раньше лежавшие пустыми.

– Слушай, а что у тебя за автомат? Что-то знакомое, но вспомнить не могу. – поинтересовался я просто чтобы чем-то занять голову в то время как руки выполняют монотонную работу.

– FNC. Бельгиец. НАТОвский стандарт. Что патроны, что магазины.

– И как?

– Нормально. После долбанного FAMASа – небо и земля. А ты почему спрашиваешь? Хочешь такой купить?

– Не то, чтобы такой, но нормальный автомат нужен. Ситуации-то всякие бывают. Можно, конечно, «Калашников» взять, но «семерка» мне не шибко нравится, а «пятера» тут менее популярна. В Порто-Франко с ней нормально, а вот как в других местах – неизвестно. А 223й везде должен быть по идее.

– Ну да. 5.56 тут очень распространен .

За этой светской беседой я закончил снаряжать магазины и принялся их активно опустошать. Никогда не понимал рассказов о том, как у кого-то при нажатии на спусковой крючок улетало сразу пол-магазина, а то и весь. Для меня не проблема хоть по одному отсекать. Что в армии с АК, что сейчас из ППС. Нет, нравится мне эта машинка. И удобный, и красивый, как по мне. Пожалуй, я в любом случае его себе оставлю, даже после того, как полноценный автомат куплю. Натешившись с «Судаевым», я перешел к нагану. С ним у меня пока плохо получается. Что самовзводом – усилие на спуске там весьма серьезное, что взводя курок вручную. Буду тренироваться, что еще остается делать. Надо будет в море в свободное время для тренировки вхолостую курком щелкать. Надеюсь, старый револьвер простит мне такое издевательство над ним. Я уже собирался переходить к чистке, когда вспомнил о желании отстрелять трофейный револьвер. Что сказать? Машинка хорошая, приятная. Патрон помощней нагановского, да и сам он потяжелее. Но в руке лежит приятно, самовзводом стрелять можно нормально, точность у меня получается выше, чем с изделием месье Леона. Пожалуй, оставлю себе. Для боя он, как и любой револьвер, не фонтан, но для декоративно-представительской функции – вполне подойдет. А то для ношения с этой целью нагана нужно быть признанным в местном обществе оригиналом. Потому что иначе таскание на боку изделия Тульского оружейного завода равносильно хождению с плакатом «Я – нищеброд». А вот для тренировки наган – то, что доктор прописал. Ведь только к нему боеприпасы проходят по категории «почти даром».

Увидев, что Олич закончил стрельбу из своего «Хай Пауэра» и направился к столу для чистки, я проследовал в том же направлении. Теперь мне предстоит довольно скучная работа. Хотя и в ней есть интересная часть – мне ведь предстоит разбираться с трофейным «чехом». Но начну я со своих стволов. Потом перейду к «Таурусу», следом «Стeн» отдраю, а на сладкое оставлю ЗБшку. Ну и непонятный ТТ посмотрю. Анте уже успел выложить на стол свои трофеи: СКС, «Калашников»(судя по иероглифам на боку – родом из Китайской Народной Республики или не менее народной, но еще и демократической Корейской республики), магазинную винтовку начала века(«Бертье», кажется), две «Беретты» 51й модели и сделанный непонятно из чего обрез, размерами примерно с дуэльный пистолет девятнадцатого века, может чуть поменьше. Интересно, кому это пришло в голову таскать такую дуру в качестве второго ствола?

– Слушай, а что ты думаешь о всем происходящем? – похоже, Олич ради этого разговора со мной на стрельбище и пошел.

– Ты про происходящее на «Фуроре» или в общем? – отвечаю вопросом на вопрос. Знать бы еще, что он услышать хочет. Но это вопрос вопросов.

– Про «Фурор». И его экипаж.

Ладно. Как говаривал какой-то, наверное, умный человек – «Честность – лучшая политика». И я совершенно честно отвечаю:

– Да не пойму я что-то. Как-то не складывается картинка цельная.

– И что тебя смущает? – интересуется наш югослав.

– Ну смотри. В корабль вложили кучу денег, наняли довольно грамотный экипаж. А в досмотровую партию набирают по объявлению. Дай бог половина чего-то умеет. А из умеющих – далеко не все интеллектом наделены. Мозгов укоротить винтовку хватило, а вот догадаться, что она дощатую стенку насквозь шьет – уже нет.

– Это ты про того деятеля, что тебя чуть не пристрелил случайно? Пабло, кажется?

– Про него, кого же еще.

– Ну всякое бывает. Может, у него денег на другой ствол не было.

– Ага. На «гайки» и цепуру хватило, а на какое-нибудь древнее говно под «парабеллум», типа МП-40 или «Стена» - нет? Как-то слабо я в это верю.

– Согласен. А тебя только это смущает?

– А что-то еще должно? – недоуменно пожимаю плечами.

– Ну, например, даже я, хоть испанского и не знаю, но заметил, что три наших грозных друга – Санчо, Пабло и Энрике – уже собрали вокруг себя пяток прихлебал. И замыкается эта компашка на помощника капитана. Того, что на сутенера из портового борделя похож. Кстати, ты его хоть раз на мостике видел? Так, чтобы при этом не было там ни кэпа, ни штурмана, ни канонира?