ЖАНРЫ

Долгая ночь у костра (Триптих "Время драконов" часть 1)
Шрифт:

— Но мне не до смеха:

: Сашка с Пищером...

— И мы “сдаёмся”. Хотя я по-прежнему ничего не понимаю...

: Мы вылезаем из спальников — “а магнитофон фиксировал, и всё на нужной скорости: как меж огней лавировал меж правдою и подлостью”,—

: Хрен с ними. Ясно точно одно — всё, что мы тут хотели, они сломали.

Но мы ещё не понимаем, насколько. Потому что ни умом, ни сердцем это так сразу не понять,—

... да и не до того ещё. Пока не до того — и пока не понять: кто это, что ИМ от нас нужно, и собственно, ПО КАКОМУ ПРАВУ??? Эксперимент-то официальный! И наверху в ГО им должны были показать “ксивы”...

..: Сталкер пытается собрать шмотник.

— Не суетись,— презрительно бросает ему один из тех, кто только в касках — без пушек — а сам так и шарит по гроту:

: жадно, оценивающе... Смотрит на пищеровский магнитофон.

В руках у Сталкера канистра бензина. И на полу рядом горит плекс...

: Что ж — можно и так.

Но дальше-то — что?..

: Сколько их там — скажем, в Хаосе — и наверху? И что с ГО?..

— И я качаю головой.

— А ведь можно их было — всех..:

: ЖИВЬЁМ. Но мы, дураки, ещё не дошли до этого.

Нас ведь как довести надо — чтобы мы научились не позволять себя бить таким.

— Сталкер ставит канистру с бензином обратно,— и спрашивает:

— Но я хоть могу собрать свои вещи?

Это очень напоминает — “верёвки свои приносить?”

... И мне становится противно.

А эти — гогочут:

— Забудь,— говорят,— о вещах. Всё.

— То есть? — не понимаю я.

— Всё снаряжение подлежит конфискации.

Это по какому такому праву?!

— Согласно утверждённому положению о спасотряде.

: Так, с ленцой объясняют.

: Кошка — мышке.

— Но при чём тут “спасотряд”??? Эксперимент...

— Вы нарушили положение Домодедовского горсовета о запрещении посещения подземных выработок, и положения от 47-ого года о самовольном несанкционированном хождении под землю. А также закона “О недрах” от 49-ого года... Претензии — через суд в официальном порядке. Но не советую: там заодно и с “экспериментами” вашими разберутся... Ещё неизвестно, чем вы тут занимаетесь... Спиртное где прячем? Аппарат где стоит???

: “Ему и больно, и смешно...”

И ТУТ ДО МЕНЯ ДОХОДИТ:

: Вся аппаратура Пищера...

— Но тут нас начинают бить.

: Сильно. Очень сильно — чтоб искалечить.

А потом волокут в Хаос — за ноги, по двое на каждого из нас. И продолжают бить — непрерывно. Двое волокут по штреку — лицом, головой по камням,— двое бьют с разных сторон... По спине, по почкам...

И тут я слышу, как какой-то голос — молодой такой, задорный голосок — говорит:

А те двое, наверное, в Липоте. Я вам покажу, где...

: Я пытаюсь извернуться — чтоб хоть краем глаза увидеть, кто это; увидеть —— и запомнить на всю жизнь...

— Но тут...

: И некоторое время я просто ничего не соображаю.

Ставлю блок — отключаюсь.

Иначе не вытерпеть:

: Убьют ведь. А их бить...

: Эту погань нам даже пальчиком тронуть нельзя.

Потому как только этого они, без сомнения, и ждут.

ГОЛОС ТРЕТИЙ — ЛИПОТА..:

Ну, а теперь,— говорит Пищер, когда Сталкер и Пит удаляются от нас, выписывая в пространстве не вполне постижимые траектории — и мы, наконец, остаёмся одни,— теперь — последний секрет.

: Я так и знал. “Кровь сосать решили погодить — сладкое на третье”. То есть — ‘последний парт-трон, отец фаллософ’,— значитЬ. Но — несмотря на принятую на грудь дозу, а может в основном ей и благодаря, Я — САМО ВНИМАНИЕ.

: И вынимание тоже. По совокупности принимаемых внутрь ушных раковин слов, и избавления от их замысловатой обёртки..

— Мы должны сдвинуться,— радостно объявляет Пищер ( тут же изображаю безумную радость в адрес слышимого — а сам тихо прощаюсь с жизнью ), но Пищер, не сочтя объяснение чрезмерным, а труд жизни законченным, пытается объяснить дальше ( что на Пищера, смею заметить, просто фантастически непохоже — а значит, “процесс-таки поимел место”: хотя б и немного ):

— Относительно их. На двенадцать часов приблизительно.

: Выдыхаю, отменяю прощание — но всё ж не могу понять: как мы тогда будем делать всё, что задумали — если когда мы будем спать, они будут бодрствовать, то есть безумствовать,— и наоборот?..

— “Мы не в силах ждать трудностей от породы”,— цитирую я очень близко к оригиналу, только не помню: трудности там были — или всё-таки сложности. В идее Пищера всего хватает, так что выбрать что-либо конкретное необычайно сложно и трудно одновременно.

— Нет,— усмехается Пищер,— если делать — то делать. Чтоб исключить случайные совпадения. Уж если они проснутся — среди ночи своей — и примут нашу — назовём её так: “трансляцию” — через всё это,— он широким жестом указывает мне на известняковый свод над моей головой и на всё, что нас тут окружает — включая кучу своей снаряги и аппаратуры, а также нары и стол, сложенные из толстых старых крепей,— то это будет уже что-то. И если мы сможем — после этого — как-то понять: что же это такое — на самом деле — и научимся как-то общаться с ним — на равных, через наведённый канал...

Поделиться с друзьями: