Долгая осень
Шрифт:
Сутулый худой человечек насторожился у своего оккультного прибора под колоннами у стены в темном углу. Уставил на незваного гостя впавшие пронзительные глаза. Тревожно навострил свое неприятное и тощее, с острыми чертами альбиноса лицо.
– Они привели фанги!
– с разгона упал на колени и смял в некрасивую складку алую ковровую дорожку обнаженный по пояс, мускулистый невольник-пес.
– Покажите мне еще одну фанги - из сияющей двери портала по правую руку от трона вышла Алисия Вальдэ. Белый образ колыхался. Проходя рядом с демонессой, потоки энергии изменяли свой привычный ход.
– Это зашло слишком далеко - поднял на нее голову старый лорд. Его серый взгляд встретился с алыми глазами демонессы. Рука обхватила рукоять лежащего на платиновом подносе рядом с бутылкой вина и кубком пистолета.
– И что ты сделаешь?
– глядя на барона в упор, презрительно поинтересовалась Вальдэ - ты и твои люди получили все, о чем мы договаривались. Кровемашину для бессмертия.
Она указала на стоящий под изящными резными колоннами агрегат. Вынесенный из дома банкира Зулета стул с прилаженными к нему емкостями для хранения и сепарации крови. Со спиралями эмиттеров из редкоземельных металлов и желтыми шарами центрифуги магической дестабилизации.
– Абсолютную армию и власть над городом - продолжала демонесса - кто мечтал подчинить себе магистрат, смирить Орден и грозить королю? А? Не моя вина, что у вас не хватило смекалки все сделать по-нормальному и взять ситуацию под контроль. Кучка пожилых болванов обвела вас вокруг пальца. Мы запустили и запрограммировали твои машины по производству гибридных солдат, пушки и всю остальную твою рухлядь, договорились со всеми, чтобы все сказали да, так и надо. Заметь. Переговоры были прерогативой нашей стороны. И при этом наш и без того маленький творческий коллектив лишился Дузмора, и мы не требуем неустоек. Ах да. Ученых из группы Хекстона извлечь не удалось. Накладка. Ну что ж. Бывает. Ты же не будешь спорить?
– Ты хотя бы понимаешь, что из этого вышло?
– указывая пистолетом за низкое полукруглое окно, за которым тревожно вспыхивало небо, горестно воскликнул барон - провал это вопрос времени....
– У тебя остался пистолет, застрелись - предложила демонесса и, уперев руки в бока, словно бы отвернулась в сторону, давая ему возможность сделать все быстро без лишних глаз и слов.
– И погубить душу...
– заламывая пальцы, возразил барон.
– Какой же ты ничтожный лицемер - с наигранным презрением, за которым явно сквозило скучающее безразличие, упрекнула его Вальдэ - тебе еще и душу. Иди, напейся крови. Полегчает.
– Довольно!
– словно решившись, поднял пистолет барон. Он хотел навести его на демонессу, но его рука внезапно замерла так и не доведя оружие до прекрасной обидчицы. Он снова и снова пытался нацелить пистолет на ее светлую фигуру, но каждый раз, когда мушка останавливалась на ней, его рука таинственным образом соскальзывала в сторону.
Опасливо прижавшийся к колонне в конце зала анемичный банкир Зулет - гемофил и оккультный доктор, внимательно сверкая глазами, наблюдал за происходящим из полутьмы. Наконец, со второй попытки, барон догадался, что надо делать и, когда его рука очередной раз скользнула в сторону от Вальдэ, он нажал курок, пытаясь попасть наугад. Отошедший к колоннам чтобы не мешать старшим пес-невольник взвизгнул, из его груди ударило белое пламя, и он упал на алый ковер. Демонесса остановила время и, скользнув к барону, уколола его ногтем в шею.
– Стеклянные поляризованные. Специально для меня готовил? Жалкое зрелище - покачала головой Вальдэ - Аммоний - бросила она жмущемуся к своему агрегату Зулету - я за тобой. Поедешь с нами. Бросай свое барахло и идем.
– Да, госпожа - с готовностью кивнул альбинос, бросил на убитого пса полный вожделенной жалости взгляд, скользнул к порталу и исчез в концентрических кругах молочно-белого сияния.
– Заметь - обратилась к парализованному с поднятым пистолетом в руках, взирающего на нее с ненавистью барону Эмери Младшему Вальдэ - машину я оставляю тебе. Инструкция у тебя есть.
И она обернулась в озаряемую вспышками пролетающих за окнами баллистических снарядов полутьму зала.
– А ты что стоишь?
– спросила она громко - давай познакомимся. Алисия. Герцогиня Полуночной Империи. В изгнании. И по совместительству баронесса Корсон. Тебе ли бояться меня?
Из темноты колонн молча вышла черная, крылатая, с развевающимся на шее полосатым черно-белым шарфом Мариса.
– Не хотела мешать, было интересно, чем все это кончится - нагло бросила писательница.
– Раз тебя порадовало представление - обошла трон и положила локти на голову парализованного демонесса - значит, мы с тобой подружимся.
Она взглянула вниз на оттопыренную в районе пояса мантию барона, сделала жест белой ладошкой, как будто хотела потрогать, но словно в последний момент передумала и брезгливо потрясла тонкими белыми пальцами.
– Бе!
– коротко поморщилась Вальдэ - Парализатор со спазмотроном. Для пафосных поз - она покачала барона за плечо, словно пытаясь навести на Марису застывший в воздухе пистолет и с наигранной скукой прибавила - иногда выходит забавно.
– Не смешно - силой мысли взводя курок своего револьвера и гордо распрямляя печи для броска, угрюмо бросила ей крылатая писательница и со все нарастающими отвращением и яростью в голосе, пояснила - где-то это уже было. Ненавижу плагиат за то, что кто-то придумал такую ерунду до мен-я-я-я!
И, со срывающимся на визг криком, устремилась вперед, вдоль колонн и алой ковровой дорожки, мимо полукруглых окон, распростершегося на каменном полу мертвого невольника, кровавой машины и портала, мимо замершего в кресле барона, прямо в сердце белой, облаченный в длинное сияющее одеяние, мерцающей от того, что вокруг нее частицы пространства и энергии изменяли свой привычный ход, фигуре.
– Когда этот Гандо смотрел на нас, он подразумевал, что мы дилетанты!
– весело выкрикнул Пемкин. Поток жидкого серебра из его винтовки разбрызгал бегущего на них солдата так, что тот с неприятным шипящим шлепком распался на куски.
– Было-было - добивая другого поверженного метким уколом врага и отирая клинок о свой полосатый черно-желтый рыцарский шарф, кивнул учитель Юкс.
Перед ними был длинный, со сводами ответвляющихся комнат, коридор. Очертания бесконечных рядов темных арок терялись в темноте.
Внезапно где-то рядом за стеной раздался натужный, булькающий рев какого-то стремительно раскручивающегося механизма, затрещало дерево, и через пролом в массивной, обитой медными полосами двери выглянуло зубастое с острой зубастой цепью колесо. Снова взревел мотор, зубья завертелись и, легко кромсая укрепленное бронзой дерево, опустились вниз, распиливая дверь надвое. Из соседней комнаты навстречу агентам с грохотом ввалился могучий, в полтора человеческих роста, вооруженный огромной, вращающейся пилой, закованный в уродливые, перетянутые ремнями доспехи атлет. Гремя цепями и тяжело вдыхая из укрепленных на спине и груди баллонов через усиленные кевларом шланги, он сверкнул глухим забралом и, яростно потрясая визжащей, разбрасывающей искры пилой, устремился в бой.