Долгая осень
Шрифт:
Профессор Генжи Розенгарден прислушался. Громко и брехливо залаяла собака у ворот. Снаружи, на заднем крыльце дома что-то гулко упало. Хлопнула дверь. Что-то заставило оккультиста насторожиться. В этом стоящем вдалеке от дорог, посреди частного охотничьего парка доме, сторонний посетитель были нечастым гостем. Профессору подумалось, что это один из трех его слуг-телохранителей неудачно поскользнулся на обледеневших ступеньках крыльца, и он хотел было встать и подойти к окну, чтобы выглянуть наружу, но потом все-таки передумал и снова опустил голову к письму. Жаркая печь наполняла просторный, меблированный красным деревом кабинет спокойным мягким теплом. За двумя высокими арчатыми окнами стояли белые от снега и наледи березы. Было тихо-тихо, и эта тишина снова насторожила профессора. Он уже потянулся к ящику стола, но снова передумал. За последние дни он постоянно вздрагивал от каждого шума и слишком часто хватался за пистолет. Пора было взять волю в кулак и положить этому конец. Тонкая белая рука профессора снова легла на зеленое сукно стола. Перед ним лежала старая книга по демонологии. Рядом ключ к сокрытому в ней шифру. Тут же, на столе, рукопись. Профессор снова было взялся за перо, как в коридоре раздались шаги. Громыхнула нечаянно задетая железом стенная панель. Дверь распахнулась, и в комнату вошли трое. Высокий плечистый человек в белых доспехах. Толстый рыцарь в вытертой черно-синей мантии, и хвостом кучерявых черных волос. Женщина в композитном жилете, тяжелом голубом плаще и очках. Рука профессора стремительно метнулась к ящику стола, но рыцарь в белом был быстрее. Сверкнула секира, треснула расколотая панель стола.
– Как вы узнали об этом доме!
– отшатнулся в кресле профессор Розенгарден - мы же уничтожили архив!
– Вас обманули - страшным шепотом ответила ему Гирке и ткнула в его сторону копьем. Капли свежей крови упали на дорогой темно-зеленый ковер.
Профессор поморщился, но быстро взял себя в руки и, приняв деловой вид, схлопнул закапанные алым воском ладони и заявил.
– Вас трое. Во сколько вы оцените мою свободу? По пять тысяч золотых марок каждому подойдет?
– Нас шестеро - грубо ткнул в него пальцем и скорчил гримасу Турмадин - забыли об остальных.
– Так, так, так - услужливо закивал профессор - итого тридцать тысяч. И еще тридцать через два дня - гарантия моей свободы. Я выпишу и пришлю вексель. Это целое состояние. Минуточку.
– Не советую делать резкие движения - приставила к его горлу лезвие своего копья Гирке. Она держала оружие на вытянутой руке, и по всему было заметно, что эта, несомненно тяжелая палка, нисколько не тяготит ее необычайно крепкую ладонь.
– Да, да - со всем обстоятельством, словно ведя деловую беседу с важным клиентом, отвечал глава оккультного общества. Он медленно встал, подошел к сейфу, аккуратно открыл его и достал бумаги. Разложил на конторке и пересчитал банковские ассигнации - ровно тридцать тысяч. Дайте мне три дня....
Он развернулся к агентам и протянул им деньги, но сверкнула секира, и профессор оккультных наук с тяжелым вздохом опустился на ковер. Пламя в камине поникло, в комнате стало сумрачно и словно запахло нечистотами.
– Ленай.... - присел на корочки и поднял с пола бумаги Турмадин - надо было сдать его сэру Вайриго и получить награду.
– Так сдавайте - пожал плечами Элет - теперь точно никуда не убежит.
Гирке присела рядом с телом и достала из сумки профессора остальные деловые бумаги и деньги. Проткнула копьем книгу по демонологии и отправила ее в камин.
– Все обобрали?
– снимая с пояса убитого золотые часы в виде головы уродливого бульдога, оглядел кабинет Турмадин и достал из сумки склянку с зеленым гелем.
Когда они вышли из особняка, и ступили на каменную дорожку к воротам, то увидели только мелькающие между белых деревьев темные плащи. Почуяв беду, неверные телохранители покинули своего господина. За спинами агентов, в кабинете на втором этаже, полыхнул взрыв. Белое химическое пламя с ревом вырвалось из окон и в считанные секунды охватило весь деревянный дом.
– Дело закрыто?
– развязно запустив руки в разрезы штанов, оглядел заснеженный двор зимнего особняка Элет.
– И прибавка к жалованию - пересчитывая ассигнации, согласился Турмадин - хой, будем надеяться не фальшивые. Жаль, что убили, было бы еще тридцать...
– Да надул бы - отмахнулся Элет - не христианин, что с него взять?
– Красивая зима - глядя на заснеженные березы, кивнула Гирке и, как делают рыцари после боя, отерла о рукав лезвие копья. Из ее прически выпало несколько прядей блестящих черно-серых волос. Она печально улыбнулась. Свет пожарища таинственно блеснул в линзах ее толстых очков.
Пришла зима. Пока еще ранняя и теплая, но уже белая и снежная.
После ареста барона Эмери и гибели охмурившей его и многих других видных деятелей города шайки, у второго отдела полиции набралось очень много дел. И самым главным было восстановить и набрать новый штат, организовать работу и вернуть в дело так хитроумно сохраненный лордом Динмаром и сэром Бенетом архив.
– Ганс Ларге - заглянул в госпитальный дом Гильдии Вертура.
– А!
– потянулся к своей палке раненый наемник - Марк! Страшный человек! Пришли арестовать меня?
Мора Хорнет, которая как раз делала ему перевязку, бросила на детектива взгляд кошки у которой пытаются отнять котят и вскинула руку.
– Не видите, мэтр Ганс ранен!
– заявила она - Проваливайте отсюда!
– Как хотите - пожал плечами детектив - контракт оставлю на столе.
– Хо!
– воскликнул Ларге - какой еще контракт?
– Вы наемник. А это контракт от мастера Ди. Можете почитать.
– Я потерял очки в драке - нагло наврал тот и, заметив ожидающий взгляд детектива, все-таки сознался - ну вы что, не знаете? Вы опять издеваетесь? Хой, Вертура! Я же не умею читать!
Детектив подвинул трехногий табурет и взялся за чтение, потом достал перо и Ларге с гордым видом накарябал единственную букву которую он умел писать - 'Га'. Первую букву своего имени. Итак.
– Лейтенант Гарри Басик. Разжалован за отсутствие прилежания.
– Матфей Верит. Восстановлен на службе в должности архивариуса.
– Бикус Драйзер Акора - принят на службу в должности технического консультанта.
– Лилабет Гирке. В скобках (Акора) и подписано - фамилия отца. Принята на службу в должности агента.
– Марк Вертура. По собственному желанию переведен с должности старшего следователя в должность детектива.
– Вильгельм Тирэт. Зачислен в штат на должность старшего следователя.
– Кая Райне. Зачислена на должность леди-наставницы.
– Дон Ризет - ушел по собственному желанию.
Остальные - Ленай Элет, Максвелл Турмадин и Хелен Миц так и остались в должностях агента, консультанта и секретаря соответственно.
Доктор Миксет еще долго лечился от полученной под стенами дворца Гарфинов тяжелой раны. Он ушел из полиции, открыл свою практику и всю оставшуюся жизнь занимался тем, что писал мрачные, мистические рассказы и повести. Впоследствии он даже печатался в литературном журнале.
Когда были изготовлены кресты и мемориал, на небольшом кладбище Динмаров состоялись похороны. Варфоломей Бенет, Герхард Пемкин и Карло Спонсоне были торжественно погребены в этот день.
– Они были лучшими - сказал кто-то.