Чтение онлайн

Мариса из-за спины детектива подняла револьвер.

– Нет - отстранил ее руку Вертура и холодно обратился к Бинго - это твой выбор.

И он достал из поясной сумки спички.

– Что вы собираетесь делать?
– глазки умирающего тревожно забегали из стороны в сторону.

– То же, что ты сделал с Хелен - уловила идею Мариса. Она отошла к лестнице и вернулась с фонарем. Потрясла его, чтоб проверить, есть ли в баке горючее. Вертура уже обыскал раненого и, несмотря на вялые попытки оттолкнуть его от себя, сорвал с тощей шеи синдика подвешенный вместо нательного креста ключ.

Мариса принялась разливать по полу топливо.

– Хой!
– взмолился Бинго - вы же христиане!

– Я - нет!
– с мстительной и одновременно по-детски радостной улыбкой ответила писательница и полила ноги лежащего, пол и мебель вокруг смешанным с керосином маслом.

– Как запахнет костром, все вы так плачетесь - отступая к лестнице, упрекнул детектив. Он хотел сказать что-то еще, но Мариса уже поймала его за руку и повлекла его вниз. Достала из лампы фитиль, покрутила им перед тяжело вздыхающим синдиком и чиркнула спичкой. Бросила горящую веревку к ногам умирающего предателя. Медленно-медленно разгорающееся пламя озарило балки потолка, постепенно затмевая льющийся в окно серебряный лунный свет.

– Рах! Рах!
– внезапно тоскливо и хрипло, словно вместе с криком пытаясь выплюнуть из своего тела и собственную жизнь, выдохнул им вслед отчаянные слова проклятия предатель синдик. Но его уже не слышали. Не забыв отрубленную голову, Вертура и Мариса спустились на третий этаж и, выглянув в окно, где пока что по-прежнему было тихо, примерили ключи от комнат. Детектив быстро нашел рабочий кабинет Бинго, вошел, засветил свечу, разбил зеркало между окон и вставил ключ в замочную скважину тайника. Сверху раздались стоны. Мариса поджала губы и в ужасе схватилась за занавеску. Она была бледна. Ей стало страшно от того, что она наделала.

– Просто закрой уши - доставая из сейфа бумаги и быстро перекладывая их в сумку, посоветовал детектив. Его голос и руки тоже дрожали. С первого раза у него не получилось застегнуть застежку. Не получилось и со второго. Он оставил ее так, и, обняв писательницу за плечи, повлек ее прочь из комнаты.

Они спустились на второй этаж и заглянули в гостиную, где в опрокинутом кресле все еще сидел задравший в потолок голову с огромным кровавым засосом на шее господин Бенц и у двери лицом вниз в луже собственной крови вперемешку с разлитым чаем распростерся мертвый депутат Гади. Переглянулись и спустились на первый этаж. Подхватили оставленную в холле на столе, за которым еще совсем недавно так беспечно играли в кости пьяные полицейские коробку с бумагами Верита. Прошли на кухню, и вышли через черную дверь в сад. Отойдя от дома и выйдя через калитку на соседнюю улицу, детектив и писательница обернулись. В чердачном окошке особняка полыхало зловещее пламя. Тревожные блики уже плясали в окнах третьего этажа. Огонь волнами разбегался по потолку, струился по тяжелым портьерам.

Холодные пальцы Марисы изо всех сил сжали руку детектива.

– В книжках не так мерзко как в жизни....
– поежилась она.

Вертура согласно кивнул и поудобнее накрутил волосы червиной женщины на руку, чтобы голова чудовища не тащилась по грязи,

– Наконец мы с ними поменялись местами - поудобнее перехватывая коробку, с глухой, фанатичной мрачностью, сообщил он. В его глазах как огонь апокалипсиса отражался свет разгорающегося пожара - у нас еще много дел. Сегодня полнолуние. Тридцать первое октября, а снега еще нет.

– Лунная Дева и Рыцарь Храма!
– глядя в небо, прошептала Мариса - какое-то очередное глупое клише... где же это было...

Где-то над городом снова ударил набат. Снаружи, за высокой изгородью гильдии, в лабиринтах кварталов громыхнул выстрел. Усталый Ганс Ларге вскинул голову. Несмотря на ночной мороз, он уснул прямо на мешках с паклей на крыльце хибары кузнеца Хорнета. Весь день он ворочал железо, переставлял формы, подвозил уголь и так устал, что когда мастер сообщил, что сейчас подошло самое лучшее время, чтобы поставить крест на его ненаглядную палку, тот только и сказал что 'ага', выпил из заботливо принесенной Морой кружки юва и так и заснул на крыльце.

– Держи свое богоугодное дело - с грохотом ткнул древком в доски крыльца оружие кузнец и толкнул палку наемнику. Тот едва успел поймать ее под лезвие, чтобы она не упала ему на голову. Прямо перед его глазами на борид титановом клинке красовался красивый и четко-различимый рельефный крест. Я другой стороны, абсолютно симметрично выдавлен точно такой же. Словно не веря своим глазам, Ларге потрогал выемку. Тусклый свет висящей над входной дверью лампады отражался на светлом металле.

– Ловко вы его - поблагодарил наемник - чем это так?

– Пальцем - сверкнул зубами в бороде и показал древний жест средним пальцем кузнец - марш в дом, или ты уже побежал? Завтра бригада Дорета пойдет к лорду Гарфину. Тебе с ними.

Ларге прищурился и почесал небритую щеку. Еще раз глянул, как на белом лезвии чернеет изящный восьмиконечный, какие носят на шарфах и манжетах латных перчаток рыцари Ордена, крест. Он еще немного полюбовался своей обновленной палкой и, поежившись, прижал оружие к себе. На открытом крыльце было слишком холодно даже для того чтобы встать и пойти в тепло.

– А.... Бог с ним!
– поднимаясь с мешков, махнул рукой Ларге - завтра так завтра!

И, с грохотом волоча по доскам палку, он поплелся в дом, где свалился на лавку в обнимку со своим оружием, так и, оставив тяжко вздыхать за шитьем у стола несчастную, с легкой руки отца Базилио, благословленную на то, чтобы выйти за муж за дурня Мору, громко захрапел.

– Я знаю, вы следите за нами - резко развернулся в темноте детектив. Мариса вздрогнула и молниеносно выхватила пистолет. Едва заметная темная фигура в конце квартала прижалась к стене дома и растворилась в темноте. Но детектив не двинулся с места. Он поднял перед собой отрубленную голову и обнажил меч.

– На моем рукаве найдется место еще не одной такой голове!
– грозно крикнул он в темноту. Какая-то сумрачная компания из темной подворотни было направилась к ним, но разглядев чудовищный трофей с брезгливыми возгласами.

– Бе! Пойдем еще юва купим!

– Пойдем-пойдем!

– Да, мало взяли!
– передергивая плечами в знак собственной силы, подалась в сторону.

– Валите отсюда, недоумки!
– звонко и яростно крикнула им на всю улицу писательница.

Один хотел было шагнуть к ним, но его одернули за плечо и увлекли под арку подворотни.

В лунном свете по улице приближалась невысокая, слабо мерцающая фигура. Блеснуло лезвие короткой пики.

– Лила!
– изумленно воскликнула Мариса - и без очков!

Канцелярская дева легко и бесшумно переступала по камням. Черно-серые волосы легким, мерцающим в лунном свете, ореолом охватывали ее спокойное и прекрасное лицо. Широкие и короткие рукава и полы голубой с белым мантии порхали крыльями, а длинный светло-голубой подол и рукава рубахи кину мерцали невесомым звездным шелком.