Чтение онлайн

Сандер бросил быстрый взгляд на зеркальную стену справа. За ней, как он догадывался, уже собрались зрители, желающие насладиться видом его падения. Бывший лидер вампирского мира, а ныне -- преступник с разорванной в клочья репутацией не винил их: будь он на их месте - сделал бы ровно то же самое.

– И каким может быть решение Верховного суда?
– поинтересовался Сандер.

Экимму соединил кончики пальцев, любуясь зеркальным синим лаком на длинных острых ногтях.

– Я не могу решать за суд, но, думаю, шесть-двенадцать месяцев тюрьмы.

Сандер кивнул. Учитывая состав преступлений, которые ему вменялись, примерно так он и думал. Осталось только выяснить, какая у него альтернатива.

– А что насчет административного взыскания?
– поинтересовался Сандер как можно небрежней.

Экимму молчал до тех пор, пока он не встретился с ним глазами. Только тогда Дознаватель назвал цену:

– Сто лет политического молчания.

Несколько секунд Сандер молчал, оглушенный новостью. Как только способность формулировать слова снова к нему вернулась, он нацепил на лицо выражение вежливого удивления.

– Сто лет политического молчания?
– повторил вампир, словно не веря собственным ушам.
– Но, досточтимый Экимму, это же не равноценно!

Тот скупо улыбнулся.

– Хорошая новость в том, что у вас есть выбор.

Резко отодвинув стул, Сандер поднялся и бесцельно зашагал по комнате допросов. Потом подошел к стене и посмотрел на нее в упор, пытаясь рассмотреть, кто именно за ней скрывается. Однако это было бесполезно.

– Верно, - ответил он наконец.
– Выбор есть. Спасибо.

– И каким он будет?
– терпеливо спросил Экимму.

Сандер обернулся.

– Могу я прежде узнать, что станет с Софией?

Экимму бросил беглый взгляд на стену, словно ожидая сигнала, потом кивнул.

– Преступления Софии более серьезны, - начал он.
– Предательство своего создателя, соучастие в убийстве верховных вампиров и, наконец, заговор с целью уничтожения вампирского мира. Все это тянет на пожизненное заключение, - он побарабанил пальцами по столу.
– Точнее, в ее случае, посмертное. Приговор будет приведен в исполнение завтра на рассвете.

В груди у Сандера что-то сжалось. София была сумасшедшей сучкой, но все же, несмотря ни на что, он по-своему любил ее, - пока это еще было возможно.

– А Степан?
– спросил он, стараясь не выдать волнения.
– Ему предоставили тот же выбор, что и мне?

Экимму склонил голову.

– Перед законом все равны, - ответил он.

– И что он выбрал?

Дознаватель улыбнулся, и это было даже более неожиданно, чем увидеть ожившую статую.

– Степан выбрал семью, - сказал Экимму.
– И если честно, я бы советовал вам сделать то же самое. Вы сможете вернуться к своей подруге прямо сейчас - только подпишете кое-какие бумаги.

Сандер кивнул. Что и говорить, это звучало очень соблазнительно.

– А Дагона тоже завтра казнят?
– продолжал он тянуть время - просто чтобы не думать о том, как было бы здорово сейчас сдаться и вернуться к Василисе. Она заслужила немного спокойной жизни -- без встрясок, авиакатастроф и старых врагов ее бойфренда, постоянно пытающихся ее угробить.

– Хватит тянуть, Сандер, - в голос Экимму прокралось нетерпение.
– Принимайте решение.

– Я имею право знать, что будет с моим заместителем, - сказал Сандер несколько резче, чем собирался.
– А также кто его заменит.

Несколько секунд они смотрели друг другу в глаза, словно дуэлянты. Никто не хотел отводить взгляд первым.

– Ну хорошо, - наконец сказал Экимму, желая наконец прекратить этот бессмысленный поединок.
– Дело Дагона передано Секретной службе. Его имя не будет фигурировать в прессе. Что с ним решат - мне неизвестно. Как и то, кто займет его место.

– Все из-за его родства с демонами?
– уточнил Сандер.
– Все дело в этом?

Верховный Дознаватель раздраженно дернул острым плечом.

– Какие глупости, - сказал он тоном учителя, отчитывающего двоечника.
– Вы же прекрасно знаете, что демонов не существует!
– и прежде, чем Сандер успел открыть рот, чтобы возразить, добавил.
– Итак, ваше решение, Шварцтейн? Тюрьма или молчание? Что вы предпочитаете?

– Если честно, ничего, - признался тот, пожимая плечами.
– Но раз уж надо выбрать...
– он помолчал, собираясь с силами для того, чтобы озвучить свое решение.
– Думаю, я присоединюсь к Софии, - наконец сказал он.
– Завтра на рассвете.

Экимму склонил голову.

– Что ж, значит, тюремное заключение. Не могу сказать, что удивлен. Ну, в таком случае...

– Могу я попросить вас кое о чем?
– перебил его Сандер.
– Последняя воля приговоренного, все такое.

Экимму поджал губы, глядя на него сквозь очки в серебряной оправе с привычным неудовольствием.

– Это умирающим предоставляется возможность исполнить последнее желание, Сандер. А вы не умирающий. Это всего лишь год. Он закончится раньше, чем вы думаете.

– Ну пожалуйста!
– включив все свое обаяние, Сандер посмотрел на Дознавателя взглядом котика из "Шрека".

Экимму кашлянул.

– Ладно, говорите.

Сандер благодарно склонил голову.

– Прошу вас, позвольте мне увидеть экзекуцию Софии.

2

– До сих пор не могу привыкнуть, что у тебя сердце не бьется, - сказала Вася, кладя голову Сандеру на грудь и прислушиваясь - разумеется, тщетно.

– Оно бьется, - возразил Сандер.
– Только очень медленно. Попробуй послушать правее.

Хмыкнув, Василиса передвинулась.

– Все равно ничего.

Постели в местных отелях были огромными - куда до них европейским! Впрочем, для всего того, что Сандеру и Василисе хотелось успеть друг с другом сделать, места все равно не хватало. А уж времени - тем более.

Повезло еще, что свой последний свободный день Сандер проводил не в камере предварительного заключения, а в постели с любимой девушкой. В этом плане Экимму оказался весьма щедрым -- и дальновидным.