Чтение онлайн

Не теряю времени, чтобы добраться до приемной палаты короля. У меня нет проблем, чтобы найти путь — я жила здесь целый год. Слугт, стоявшие вне комнаты, сказали мне, что король в настоящее время находится на важной встрече со своими министрами.

— Все в порядке, — говорю я. На самом деле я ожидала, что сразу не смогу его увидеть. — Просто подожду здесь, пока он не закончит.

Кажется, проходит вечность, пока дверь не открывается. Мой желудок рычит через час или около того, но я игнорирую его. В голове репетирую то, что я должна сказать королю. Когда собрание заканчивается, министры выходят из комнаты, большинство из них выглядят усталыми и расстроенными. Некоторые из них замечают меня и хмурятся, несколько кивают мне вежливо, но никто не говорит со мной.

Слуга выходит из комнаты.

— Король готов принять Вас.

Вздыхаю с облегчением. Приглаживаю волосы и расправляю складки на моей юбке, затем вхожу внутрь.

Король сидит на своем огромном золотом троне посреди комнаты. Его глаза закрыты, лицо усталое. Я коротко думаю, что это будет будущее Эдварда, когда он поднимает голову.

— Это ты.

— Ваше Величество, — я глубоко приседаю.

Он машет мне на стул.

— Я ожидал, что в следующий раз, когда мы встретимся, я буду рад приветствовать вас в качестве невестки, — он стучит пальцами по ручке своего кресла. — Какое заклинание вы наслали на моего сына? Когда он был ребенком, он редко просил что-нибудь, но, когда дело доходит до вас, он превращается в самого упрямого мула.

Помню, как профессор Бартлетт рассказывал мне, как король Леон приехал, чтобы выбрать свою невесту.

— Разве другие не задавали вам такой же вопрос, когда выбрали Изольду в качестве вашей королевы?

Он поднимает бровь.

— Полагаю, Эдвард сказал тебе. Однако, Изольда, по крайней мере, была дочерью дворянина.

— Почему дворяне должны быть связаными с другими дворянами? — я возражаю. — Посмотрите, что происходит на улицах, ваше величество. Люди в ярости из-за исключительных привилегий, предоставляемых меньшинству, которые ничего не сделали, чтобы заслужить эти привилегии, кроме как родиться в правильной семье.

Его брови поднимаются еще выше.

— У меня многолетний опыт быть царем народа. Не читайте мне лекции, как управлять страной, мисс Уилсон.

— Простите, я не собиралась критиковать вас, — я глубоко вздыхаю. — Вы когда-то говорили мне, что общественный имидж имеет значение больше всего. Сегодня образ пэра находится в клочьях. Завтра это может быть королевская семья.

Рассказываю ему о сжигании кареты, и он стучит кулаком по столу.

— Если бы у них были причины жаловаться, они могли бы искать законные средства для выражения своего недовольства. Я не потерплю насилия и не поощряю мятежные настроения.

— Они знают, что нет необходимости спрашивать вас, — говорю я низким голосом. — Вы можете быть королем, но ваша сила ограничена. У вас даже нет силы принудить лордов платить налоги, — он смотрит в недоумении, поэтому я быстро продолжаю — Как это дбывает. Слишком много власти легко приводит к коррупции. Как и в случае с дедушкой Эдварда.

У него в глазах вспыхивает искра.

— Я полагаю, вы не просили о встрече, чтобы просто сообщить мне о сжигании кареты. Какова ваша цель, Кэтрин Уилсон?

— У меня есть идея, которая могла бы разрешить это столкновение между классами. Я знаю, что вы можете не согласиться со мной, но, пожалуйста, выслушайте меня.

— Говорите.

Складываю руки и прижимаю их к себе, боясь отказа.

— Пусть люди голосуют.

— Голосуют? Они будут голосовать за что?

— За представителя в парламенте. Люди не нуждаются в богатом, привилегированном коллеге, чтобы представлять их в парламенте. Они злятся, потому что депутаты отклонили налоговый законопроект, когда многие голодают. Они злятся, что так мало населения контролирует большую часть земли. Пусть народ избирает членов парламента. Должен быть представитель из каждого региона. Таким образом, кандидат действительно будет тем, кто представляет интересы народа.

Стало так тихо, что я слышу, как бабочка взмахивает крыльями — если в комнате есть бабочка. Решаю молчать; пусть идея погрузится.

— Знаете ли вы, сколько геральдией было предоставлено ателианским дворянам в нашей истории?

— Хм… — я напрягаю мозг, уверена, что узнала об этом, может быть, когда была в теле Катрионы Брэдшоу, или когда Эдвард давал мне уроки принцессы во время моего периода потери памяти. — Сотня? Две сотни?

— Двести шестьдесят один. Каждый пэр, от герцога, маркиза, графа, виконта, барона, а также всех членов дворянства от баронета до рыцаря несут геральдику или аналогичные знаки отличия, которые были переданы им много лет назад. Отменить титулы не так просто, Кэтрин. Вы просите меня свергнуть традицию, которая существует с тех пор, как наши предки основали эту страну.

— Я не прошу вас уничтожать титулы, — говорю отчаянно. — Прошу вас дать людям власть и право принимать свои собственные решения.

— А что, если я соглашусь? Не будет ли это послание людям, что пока они протестуют, они получат то, что хотят? Что, если люди выйдут на улицу и потребуют моей головы?

— Вы верите, что у людей есть свободное время, чтобы собираться и протестовать, когда они хотят? Это должно быть то, что они больше не могут терпеть, что их вынуждают выходить на улицы. Они могут быть арестованы и наказаны. Если они протестуют, это должно быть чем-то таким несправедливым, что они больше не могли молчать об этом, — слезы струятся по моим щекам. Я не хочу, чтобы какая-то сторона пострадала. — Ваше величество, я призываю вас рассмотреть мое предложение. В противном случае этот кризис может стать хуже.

Повисает долгая пауза. Слуга появляется и сообщает королю, что герцог Филипп прибыл из Нортпорта и хочет поговорить с ним. Снаружи начинаются сумерки. Мне нужно вернуться, если не хочу ходить по улицам в темноте.

— Я поговорю с министрами об этой… идее о голосовании, — говорит король. — Сегодня вы можете остаться во дворце. Уже поздно, и, поскольку люди сжигают кареты на улицах, сомневаюсь, что теперь вам безопасно уйти. Генри вернулся, и вам с Эдвардом нужно вернуться во дворец.

У меня появляется надежда. Это приглашение означает, что он принял меня независимо от моего статуса. Небольшой шаг в мою пользу мог означать больший шаг для людей в будущем.

Я снова поднимаюсь и делаю реверанс.

— Спасибо, Ваше Величество.

Глава 44

Кэт

Просыпаюсь, и на мгновение мне интересно, сон ли это. Я в своей спальне — в той комнате, которую делила с Эдвардом во дворце. На моем комоде стоят розы в большой фарфоровой вазе, а на окне еще больше роз, расположенных в замысловатых резных коробках. Узнаю розы из сада Эдварда. Когда вхожу в кабинет, есть место для сидения, мои книги аккуратно сложены на столе. Все выглядит так, будто я никуда не уходила.

— Принцесса! — Мейбл стоит в дверном проеме с большой корзиной для белья на руках. — Вы вернулись!

Подбегаю к ней и обнимаю.

— Я скучала по тебе.

— Когда Амелия ушла, я подсчитывала дни, когда вы сможете вернуться, — фыркает она. — Вы не представляете, как я рада, что вы, наконец, вернулись. Без вас все не то.

Хотела бы еще поговорить с ней, но сейчас не время для непринужденной беседы. Вчерашнее сожжение карет все еще свежо в моей памяти.

— У тебя есть сегодняшняя газета?