Чтение онлайн

У него было лицо Тайлера.

Кожа Тайлера.

Гейб сделал шаг ко мне. Я снова попятилась.

– Что ты с ним сделал? – спросила я.

– То, что вы сделали с моими детьми, – ответил голос отца.

Я перевела взгляд с лица Гейба… точнее, с лица Тайлера на его шею. Он слегка приподнял подбородок, чтобы предоставить мне лучший обзор. Там, между ключицами, красовался свежий шрам, стянутый шелковой нитью. Аккуратная работа. Быстро заживет. Не хуже, чем мой.

Я сделала еще один шаг назад. Где-то в моем сознании рождалась догадка. Сердце в груди колотилось. Кожа покрылась холодным потом. Кусочки пазла были собраны и ждали лишь, чтобы я сложила их в одну картинку.

Я не Айрис Холлоу, но выгляжу как Айрис Холлоу.

Мой отец не Тайлер, а выглядит как Тайлер.

Гейб Холлоу настаивает на том, что глаза всех трех дочерей изменились, а выпавшие ранее молочные зубы вернулись на место.

– Как вы могли? – спросил отец. – Как вы могли сделать это с детьми, с беспомощными маленькими девочками?

Я бросила взгляд на Грей, которая неудержимо рыдала.

И обернулась к Гейбу.

– Не понимаю.

Гейб мгновение внимательно изучал мое лицо.

– Ты же знаешь, кто ты.

– Не знаю, клянусь!

Он провел перочинным ножиком по своей шее, а затем изобразил, что запустил пальцы правой руки в рану и потянул кожу вверх, чтобы снять с головы. И уставился на меня в ожидании реакции.

– Та, кого ты называешь сестрой, – настоящий монстр, – проговорил он, указывая на Грей. – Но, по крайней мере, она позволила тебе обо всем забыть.

Моя челюсть дрожала.

– Забудь обо всем, – прошептала мне Грей той ночью.

– Забыть о чем?

Гейб теперь обходил меня по кругу. Я сжала в руке рукоятку ножа.

– Что ты – мертвое чудовище, разгуливающее в коже убитой девочки, – ответил он дрожащим голосом. – Что ты вернулась в ее дом, ее семью, ее кровать, в объятия ее родителей… оставив ее разлагаться в могиле мира мертвых. Что ты натянула ее теплую кожу поверх своей, а сестра зашила ее на твоей шее.

– Это не может быть правдой, – прошептала я. Слишком ужасно. Слишком чудовищно. Невозможно… И в то же время я понимала, что все так и было.

Гейб знал с самого первого момента, когда нас увидел: что-то не так. Мы изменились. Другие глаза. Другие зубы. Другая кожа под новой.

– После того как она заставила меня убить себя, я очутился здесь, – произнес Гейб. – Искал своих девочек. Нашел там, где вы их бросили, и похоронил.

«Я этого не хотел» – гласила его предсмертная записка. Теперь я понимала: у него действительно не было выбора. Он не мог сопротивляться чарам самозванки, которая проникла в его дом, избавилась от его детей и приказала ему (так же, как позднее приказала напавшему на меня фотографу) уйти из жизни.

И тут я осознала еще одну ужасную вещь.

– Ты убил Тайлера, – выдохнула я. – Снял с него кожу и… надел на себя.

– Я хочу вернуться домой, к жене. Вернуть себе жизнь, которую вы втроем у меня отняли.

Человек широкой души. Мягкий и деликатный – вот как о Гейбе Холлоу говорили на его похоронах. Стоя на краю могилы, я бросила на его гроб, опущенный в землю, цветок ириса, чтобы часть меня всегда была с ним, где бы он ни оказался.

Я любила его, хоть и боялась.

Отец щелкнул зажигалкой Виви, извлекая пламя.

– Займи свое место рядом с сестрами.

Я всхлипнула. Столько лет мне не хватало этого человека! Его объятий, в которых он часто сжимал меня в детстве.

– Я не могу оставить Кейт совсем одну.

– Прошу, не сопротивляйся. – Голос Гейба дрогнул. – Пожалуйста, облегчи мне задачу.

– Это не ты.

По его щекам потекли слезы.

– Ты меня не знаешь.

– Знаю. Может, я и не твоя дочь, но ты – мой отец.

– Не надо.

– Я знаю, что ты добрый и мягкий и никогда не причинишь мне боли.

– Пожалуйста, давай покончим с этим! – умолял Гейб. – Прошу, взойди на костер сама.

– Нет.

– Или ты сгоришь с ними… или будешь смотреть, как они горят.

Гейб бросил зажигалку на кучу веток. Пламя занялось мгновенно. Повалил густой дым. Грей первой стала задыхаться в огне.

Я закричала и бросилась к ней, но Гейб поймал меня за рюкзак и бросил на землю. Нож выпал из рук. В мгновение он оказался на мне, надавив коленом на сломанные ребра и сжав пальцами горло. Все случилось так быстро. Страшно. Чудовищно.

«Что сделала бы Грей, что сделала бы Грей?» – думала я, теряя сознание. Ногти впились в ладони отца, пятки зарывались в мягкую землю в поисках опоры. Глаза едва не вылезли из орбит. Кровь прилила к голове. В глазах потемнело. Я ничего не видела.

Грей стала бы сопротивляться до последнего. Грей пустила бы ему кровь. Грей нашла бы способ добраться до ножа. Грей уничтожила бы любого, кто встал у нее на пути.

Где-то позади Грей кричала, испугавшись больше за меня, чем за себя.

– Отпусти ее! – Слова из-за кляпа звучали неразборчиво. – Я тебя уничтожу!

В моем мозгу вдруг вспыхнула одна отчетливая мысль. Ты его уже уничтожила.

Грей уничтожила этого человека и многих других. Разрушающий все вокруг торнадо под маской милой девушки. Она брала, что хотела, и оставляла за собой лишь руины. А я всегда восхищалась ею. Надо быть по-настоящему отчаянной, чтобы позволить себе проживать такую жизнь в этом мире. Сила Грей давала ей эту возможность. И она пользовалась ею вовсю.

Я вспомнила Жюстин Хан, ее губы на своих, расширенные зрачки, как она прокусила мою губу… Вспомнила бледный призрак отца у изножья моей кровати и как он застывал, стоило открыть глаза, словно перед ним смертельно опасный хищник. Вспомнила, как Грей выбирала самые темные улицы ночами, надеясь, что какой-нибудь мужчина пристанет и даст ей повод…

Грей Холлоу и правда была опасностью, скрывавшейся в темноте. И хотя я любила ее и так хотела быть ею, мне суждено было стать другой. Мир не преклонял колен по моей воле, потому что я не умела ради прихоти причинять людям боль, как это делала она. Я всегда считала это слабостью… Но, возможно, в этом и заключается моя сила.

«Что сделала бы Айрис?» – подумала я, теряя сознание. Затем протянула руку и погладила Гейба по щеке, как в детстве в те первые безоблачные недели, когда он еще позволял мне любить себя.