Чтение онлайн

– Ничего не поделаешь, из-за тебя же, дурака, надо возвращаться. Не хватает, чтобы нас на чердаке застукали.

– Ладно, придем сюда еще раз. И захватим фонарик, а то там, подальше от окна, совсем темно.

– Погоди, давай поставим у окна что-нибудь такое чтобы легче было залезать в окно и слезать с него! О, вот подходящий сундучок!

И в самом деле, неподалеку стоял небольшой сундук, как раз подходящий по высоте и размерам для этой цели. Решили его осторожненько перенести к окну, ни в коем случае не тащить по полу, уже и без того подняли шум на весь дом. Ухватились за ручки с обоих концов сундучка, как вдруг Яночка опустила уже было приподнятый конец.

– Смотри!
– чуть ли не крикнула она Павлику.
– На нем же нет пыли!

– Ну и что?
– буркнул Павлик, не выпуская из рук своего конца. Но тут до него дошло и он тоже выпустил из рук ручку сундука.
– Ты думаешь? ..

– Вот именно!

Дети внимательно осмотрели сундучок. Он и в самом деле отличался от остальных предметов на чердаке почти полным отсутствием пыли. Подняв головы, Павлик и Яночка одновременно взглянули на незапыленное место у стены, замеченное ими раньше. Размерами оно полностью соответствовало габаритам сундучка.

– Выходит, перед этим он стоял там, - рассуждала Яночка.
– А потом его перенесли сюда. Зачем? Хорошо бы в него заглянуть.

– Так заглянем!
– решил Павлик.
– Не взорвется же он от этого! И не завоет. Наученный горьким опытом с шарманкой, мальчик осторожно приподнял крышку сундучка. Он оказался пуст. Впрочем, не совсем. На самом дне лежала какая-то бумажка.

Брат и сестра одновременно схватили ее и чуть не разорвали, потом, все так же держа ее вместе, подбежали к окну. На бумажке, представлявшей собой страничку из школьной тетрадки в клетку, были написаны сплошные цифры: 1974-II-23, 24 VI 4 II, 2 II 6-11 23, 1-У1 I IV 4, 19 II 2 V 4 II (г. 17-20) II V 31 2 IV 3 1 2 (пол. 1643).

– Тысяча девятьсот семьдесят четыре, - вслух посчитал Павлик.
– Римское два. Что это может означать?

– Откуда мне знать?
– отозвалась рассеянно Яночка. Наморщив лоб, она изучала запись.
– Смотри-ка, всего две буквы в скобках. После "г" семнадцать двадцать, а после "пол" тысяча шестьсот сорок три.
– Подумав, девочка высказала предположение, что они имеют дело с исторической тайной. Запись относится к событию, имевшему место в тысяча шестьсот сорок третьем году. Павлик с такой трактовкой не согласился, заявив, что в то время еще не существовало школьных тетрадей в клетку. Он знает, они проходили в школе. По его мнению, таинственная запись зашифрована, вот и все.

– Получается, что злоумышленник потерял зашифрованную записку, подытожила Яночка.
– А больше он ничего не потерял? Давай посмотрим. Павлик обернулся и увидел возле сундучка на полу какой-то предмет. Подбежав, он поднял его. Это оказалась мужская, почти новая, перчатка. И незапыленная!

– Гляди! Совсем свеженькая!

– Рассеянный он какой-то, наш злоумышленник, - фыркнула Яночка.
– Все теряет. А больше там ничего не валяется?

– Вроде больше ничего нет.

Переправить перчатку на волю оказалось непросто. Для того, чтобы вылезть в окошко, требовались обе руки, перчатку же нельзя было сунуть за пазуху или в карман, там она пропитается запахом Павлика, а до Хабра нужно было донести неискаженным запах ее владельца. Проблему Павлик решил просто: выбросил перчатку в окошко, проследив, чтобы она упала на землю, ни за что не зацепившись. С чердака брат с сестрой спустились сравнительно просто и без осложнений, если не считать разорванных брюк Павлика - зацепился-таки за один из гардинных крюков. Зато измазаны были в черной пыли с ног до самой макушки, и заметили это только оказавшись на земле у гаража.

– Теперь главная наша задача - добраться до ванны так, чтобы бабушка не заметила, - сказала Яночка.
– В ванной запремся и через окно вытрясем одежду. Скорей, у нас осталось совсем мало времени! Ты заметил, куда упала перчатка?

– Заметил!
– ответил Павлик и, повернувшись в ту сторону, вдруг схватил сестру за плечо.
– Гляди!

Над перчаткой стоял Хабр. Почти касаясь ее носом, собака тихо, угрожающе рычала. То самое, уже знакомое рычанье...

6

– Надо было совсем ума лишиться, чтобы сменить нормальные квартиры на такую развалюху!
– ворчала бабушка.
– Уж и не знаю, чем мы думали. Говорю вам, дом рушится!

В сотый раз повторяла она одно и то же. Как начала ворчать в обед, так и не переставала до самого ужина. Вот и теперь, когда все собрались за столом, бабушка как заведенная продолжала предрекать близкую катастрофу. Даже пан Хабрович, всецело поглощенный заботами о предстоящем ремонте, прореагировал наконец на ее слова.

– Успокойся, мама. Почему ты решила, что дом рушится? Он в очень хорошем состоянии, требует ремонта, ясное дело, но здание прочное, еще сто лет простоит. И экспертизы это подтвердили, ведь делали их специалисты. С чего вдруг дому рушиться?

– Не обращай внимания на мать, - успокоил сына дедушка.
– Опять она что-то выдумала.

– А ты молчи!
– накинулась на мужа бабушка.-"Специалисты"! Они такие же специалисты, как я балерина! А я своими ушами слышала!

– Что же ты слышала своими ушами, мамочка?
– примиряюще спросила тетя Моника.

– Да я уже сто раз говорила, только никто не слушает! Звуки я слышала! Я человек пожилой, две войны пережила, уж знаю, что говорю! И знаю, какие звуки издает здание перед тем, как рухнуть!

Тут уж пан Роман встревожился.

– Мама, давай конкретнее. Какие звуки ты слышала? Постарайся точнее описать. Что за звуки? Бабушка честно сосредоточилась и, подумав, дала конкретный ответ:

– Характерные. Типичные. Такие звуки слышатся в стенах домов, которые рушатся. Сначала вроде бы глубокий вздох и стон, потом начинает потрескивать и завывать, а потом утробно так урчать. Уж я знаю, что говорю. Того и гляди, обрушится нам на головы!

– А в которой части дома ты слышала эти утробные стоны?
– продолжала расспрашивать тетя Моника.
– Постарайся припомнить, мама.

– Точно сказать трудно, но кажется мне, в той, старой части, - ответила бабушка.

– Значит, трещало надо мной!
– обрадовалась тетя Моника.
– Так что не волнуйся, мама, пусть трещит, мне это не мешает.

Бабушка возмутилась:

– Как ты можешь так говорить! Не забывай, у тебя же ребенок!

– Мне тоже не мешает!
– поддержал мать Рафал.
– Наверное, выло и урчало в трубах.

Бабушка ужасно рассердилась: :

– Неужели я не могу отличить, трубы гудят или стены? Думаете, совсем старуха из ума выжила? Трубы - совсем другое дело, а тут и стены, и полы просто ходуном ходили!

– Главное, потолок не ходил!
– тихонько пробормотал Рафал, чтобы еще больше не сердить бабушку.

Семейство принялось обсуждать новость и на все лады успокаивать бабушку. Одни придерживались водопроводной версии, другие высказывали предположение, что скрежетало и выло что-то на улице, третьи приписывали подозрительные звуки радиоприемнику Рафала, который давно был не в порядке и время от времени издавал совершенно кошмарные шумы. Бабушка твердо стояла на своем.

Рафал решил внести свою лепту в дискуссию.