Чтение онлайн

И так понятно: когда кто-то уходит навсегда.

– Я здесь, – только и смогла прошептать.

И он обнял меня крепче:

– Да... И я тебя никуда больше одну не отпущу. Всё, слышишь? Хватит с меня!

Он направился к Дому со мной на руках так решительно, что на мгновение я даже испугалась. Правда, сама не знаю, чего именно.

– Ты больше не выходишь оттуда без меня. Хочешь знать, что там в городе происходит, будешь спрашивать у других! Я добьюсь, чтобы всё пришло в порядок и ты, наконец, согласилась быть со мной в центре. Сыграем свадьбу. Родиться сын. Тебя полюбят люди. И ничего странного больше не случиться.

Я закусила губу, прижимаясь к нему крепче.

Стоит ли сказать о предзнаменовании, что послала мне Иттар? Стоит ли озвучить опасение, что есть нечто, от чего, даже забери Рейн меня прямо сейчас в свой замок, вряд ли убережёт...

Последующие дни в Доме текли спокойно, словно мёд из переполненной соты – медленно, сладко, оставляя после себя тёплое послевкусие. Это притупило острое предчувствие беды, заставило вспоминать встречу с богиней, скорее, как странный сон…

Весна наконец-то начала вступать в свои права и за окнами уже не сверкали льдинки, а звенела капель. По утрам воздух пах талой землёй и чем-то живым, обещающим скорое пробуждение природы.

Я сидела на кухне, обхватив руками кружку с травяным чаем и наблюдала, как Софи ловко месит тесто для пирогов, а Ася, стоя на табурете, режет яблоки тонкими ломтиками, время от времени бросая кусочек под стол – Шмелю, который терпеливо ждал угощения, положив тяжёлую голову на лапы.

– Если будешь его баловать, скоро он от тебя и не отойдёт, –усмехнулась я, уже прекратив удивляться, что моему псу по вкусу моченые яблоки.

– А он и так не отходит, – фыркнула Ася, тут же протянув псу ещё один ломтик. – Вот только тебя всё равно больше любит, мне его не подкупить.

Шмель, словно подтверждая её слова, лениво поднялся и потянулся ко мне, тычась мокрым носом в мои колени.

– Предатель, – вздохнула Ася, но беззлобно.

В дверь кухни заглянул Славка, держа в руках связку сушёных трав.

– Вот, собрал, что смог, – бросил он их на стол. – В лесу ещё снега полно, но кое-что уже вполне можно найти.

– Спасибо, – кивнула я, проверяя, то ли он для меня сорвал. – Как там городок?

Славка уселся на скамью рядом с Арго, который до этого молча чинил старый деревянный ящик и разлил для всех нас чай по глиняным тяжёлым кружкам.

– Отстраивается. Уже дымят трубы в половине домов, а на площади даже лавку открыли, торгуют хлебом, мёдом и чем-то ещё. Дети наши там уже вовсю хозяйничают, – он усмехнулся.

С каких-то пор Славка часто начал говорить именно «наши», про детвору Дома. Мне это нравилось, казалось трогательным.

– Двое даже подмастерьями у кузнеца стали. Из центра несколько раз экипажи видел. Рейн ведь, ну да ты это знаешь, более удобную дорогу сюда прокладывает.

– А волчата? – спросила Софи, не отрываясь от теста.

Ответил ей Арго, отложив инструменты и вытерев руки о фартук, чтобы после взять свой чай.

– Живут там, как свои. Учатся у старика травы собирать, так что, возможно, в будущем у нас целителей прибавится. Хочешь, сходишь сама их проведать? Я проведу.

Софи, которая днями напролёт работала по дому и нянчилась со мной (чувствую, не только по указке Рейна, а из собственных побуждений) почти не покидала территорию дома. Хотя Ива очень старался её разгрузить, да и я уговаривала развеяться.

И сейчас она лишь неопределённо повела плечом.

– Может, – проронила просто, – попозже…

– Вот бы и правда, – вздохнула Ася, – побольше было здесь знатоков!

– Да у нас и так Гейл с колдуньей, – фыркнул Славка. – И у Марьяны дар то останется. Это лучше, чем просто народная медицина.

– Чем что? – не поняла Ася. – Почему?

Я улыбалась, слушая их голоса.

Может Рейн и не напрасно перестраховался и едва ли не буквально запер меня дома…

Я и чувствовать себя стала лучше, и в душу чаще приходило спокойствие и чувство безопасности, а не тревога.

Так бы и сидела, пока над кружками сизой дымкой поднимался пар, а дети мирно разговаривали вокруг. Сидела бы в предвкушении запаха яблочного пирога, скорого возвращения любимого мужа, гладя горячую тяжёлую голову пса на своих коленях, почти задремав… Когда за окном, вдали, над крышами отстраивающегося городка поднимался тонкий дымок – знак того, что там, где ещё недавно были руины, теперь снова жили люди.

И за Гейла, самого сложного из моих подопечных, теперь не болело сердце.

Хотя что-то и неумолимо надвигалось… И дети, которые некогда были к жрецу ближе остальных, узнали об этом раньше меня.

Прошло несколько месяцев.

Снег таял, уступая место яркой зелени и теплым ветрам. Приют – наш старый Дом – перестал быть одиноким островком среди руин. Вокруг него, словно грибы после дождя, поднялись новые и отремонтированные дома, зазвучали голоса, задымились печные трубы. Городок, который мы начали восстанавливать, теперь жил своей жизнью и почти не требовал нашего участия в этом.

Я стояла у окна на кухне, наблюдая, как Ася с Софи возятся в огороде. Они посадили ранние овощи и теперь зелень аккуратными рядами тянулась к солнцу. Точнее, очень пыталась это сделать, раздвигая своими прозрачными, горящими под солнечными лучами листочками крупицы льда и снега.

Софи, закатав рукава платья, осторожно рыхлила землю, только в некоторых местах, опасаясь пустить под неё слишком много холода. Ива обеспокоенно ходил кругами, тщательно следя за тем, чтобы девочка не переутомлялась. А Ася, неугомонная, как всегда, что-то оживлённо рассказывала ребятам, размахивая руками.

– Марьян, – раздался за моей спиной голос Славы. – Шмель опять украл мой носок.

Я обернулась. Мой племянник стоял в дверях, скрестив руки на груди, а за его спиной замер, отчего-то виновато опустив взгляд, Арго.

– Хочет играть, – улыбнулась я, – ничего уж не поделаешь, либо развлекай, либо прячь свои вещи.

– Да, но я устал вылавливать свою одежду из его пасти, – проворчал Слава, хотя в голосе его и не было злости. – На улице уже теплеет, может во дворе ему будку сделаем?

– Лучше иди поиграй с ним, – предложила я. – Свежий воздух тебе не повредит. Заодно принеси дров для камина.

Слава фыркнул, но всё же развернулся и вышел во двор, где Шмель уже ждал его, виляя хвостом и держа в зубах злополучный носок.