Дом ста детей. Семья Императора-Дракона
Шрифт:
Я вернулась к своему занятию – перебирала травы, раскладывая их по маленьким льняным мешочкам. Всё для городка. Там, среди новых жителей, уже работала небольшая лечебница, куда я время от времени наведывалась, правда, лишь в сопровождении Рейна. Чем ближе подходил срок к появлению на свет нашего сына, тем сильнее пробуждался мой дар. Теперь я могу делать лекарства и передавать их нуждающимся.
Арго, который сел в уголке и молчал, не трогала. Ждала, пока сам расскажет, в чём дело. Боялась спугнуть расспросами.
– Марьяна! – дверь распахнулась и в кухню ворвался Милах, запыхавшийся и розовощёкий. – Ты видела, как быстро растут деревья? Они уже выше меня!
– Так уж и выше? – улыбнулась я. – А ты небось снова туда один бегал?
– Конечно нет! – он гордо поднял подбородок. – Я Иву уговорил со мной ходить, а у новых местных ещё и семена на ножик выменял. Цветы посажу, так то! Говорят, если за ними ухаживать, они будут цвести всё лето. Будут цвести, а я их аккуратно срезать. Чтобы дарить маме и тебе, ма... Марьяна, – исправился спешно.
И, засмущавшись вдруг, выбежал из кухни.
– Молодец, какой, – проговорила я, жалея, что не успела потрепать малыша по светлым волосам.
А за окном слышался весёлый лай – Шмель гонялся за Славой, тот же, притворяясь, что не может от него убежать, громко смеялся.
Такой покой... Я и забыла, что в самом начале было иначе.
В печи тихо бурлила каша с пряностями, с треском жарились рёбрышки на огромной сковороде. Меня в самый жар не подпускали, конечно, но я издали следила, чтобы никто не забывал проверять готовность ужина.
– Мама... – наконец отозвался Арго и поднялся.
Ему было смелее говорить под какое-то дело, поэтому он принялся переворачивать мясо на сковороде, чтобы после залить его бульоном и оставить тушиться.
– Что-то случилось? – не сумела я всё же сдержать беспокойства. – Тебя что-то тревожит? Ты не заболел?
Он покачал головой:
– Нет, не волнуйся, пожалуйста, я и без того Рейну обещал...
– Обещал, что? – уже было встав, чтобы подойти, я всё же заставила себя присесть на лавку под окном и отложила от себя мешочек с травами.
– Ничего дурного, честно! – подошёл Арго сам. – Просто... В общем, я буду говорить, а ты выслушай сначала, хорошо? Потом ответь.
Я согласно кивнула, и тогда Арго начал свой рассказ.
– Это случилось ни так давно, ребята, которые изначально с Гейлом пришли, они... скажем так, начали себя вести странновато. И вот как-то вечером я подошёл к одной девочке, услышав странный звук в её комнате.
– Она, – продолжал Арго, – шепталась с подружкой, с той, что на куколку похожа. Точнее, мне так вначале показалось. Потом я понял, что она учила её заклинаниям, посвящённым богине Иттар. Это встревожило меня и я их прервал...
– А дальше? – внимательно слушая, подбодрила я его едва заметным кивком. – Что было дальше?
Арго вздохнул.
– Они мне признались, что Гейл снова подговаривает детей уйти с ним. Как когда-то он бродил по миру в окружении своих последователей, так собирается и теперь.
– Не так, – прозвучало недовольно в дверях и мы дружно вздрогнули, замечая Гейла. – Совсем не так!
Арго резко поднялся, будто готовясь защищаться, но ничего не сказал, кроме укоризненного и строгого:
– Ты вмешиваешься в мой с матерью разговор.
– В разговор обо мне! – парировал юный маг, наступая.
– Нет... – проронил Арго, но Гейл, похоже, уже не обращал на него внимания.
Он подошёл ко мне и опустил вдруг голову, словно чувствуя вину, а от того, простояв так какое-то время в тишине, с заметным трудом решился на меня взглянуть.
Но теперь разноцветные глаза его смотрели на меня спокойно, чего почти никогда не было. Если и вовсе было. Спокойно, с признательностью и тихой-тихой… нежностью.
– Ты всем здесь стала матерью. И даже мне. Хотя такому, как я, не положено говорить подобное. Как и иметь семью иную, чем мои сёстры и братья, да богиня Иттар. Марья, Марьяна… мама, спасибо.
Моё сердце будто сжалось, забыв биться, а затем по душе разлилось тепло.
Но если раньше я поспешила бы его обнять, то сейчас отчего-то смутилась, засомневалась, испугалась вдруг, что не получиться, что собью этим нечто удивительно-важное… А ведь мне так нравилось видеть Гейла именно таким, искренним, обычным парнишкой.
Да, сейчас и я на него смотрела по другому. Передо мной стоял не маг, не жрец со странной судьбой и проблемами, а просто мальчишка. Почти ничем не отличающийся от моего Славки, например, или того же Ивы. Или любого из обитателей Дома.
Похоже, Гейл чувствовал то же самое. И понимал, что я испытываю. Всё же порой он оказывался очень чутким…
Вот и обнял меня первым. Порывисто, с каким-то отчаяньем.
Тоже боялся, что поведу себя как-то иначе? Неужто думал, что могу оттолкнуть?
Я крепко обняла его в ответ, не удержалась и принялась трепать по непослушным волосам, похлопывая по спине другой рукой.
– Ну-ну, – шептала я, – чего ты вдруг?
Он неожиданно всхлипнул и совершенно огорошил меня:
– Я ухожу.
И это было не его обычное «ухожу», как уходят порой подростки (или делают вид), хлопая дверями, веря и желая доказать, что действительно знают, куда идут. А если не знают, то найдут и справятся!
Нет…
Это «ухожу» было взрослым и осознанным. А от того я даже не сразу нашлась, что ответить.
– Ухожу, Марьяна, – повторил Гейл, вглядываясь в меня, будто ища что-то в моих глазах и выражении лица. – Я должен служить своей богине, ведь смог добиться звании жреца. Я не могу, как все, оставаться здесь. Не смогу в полной мере нести свою службу, быть ближе к силе, которую избрал. И которая, если закон о запрете магии не снимут, позволит мне жить спокойно, ведь не трогают жрецов. Я слышу зов этой силы уже давно... Не уверен, что могу без последствий противиться этому дальше. Ты... Ты простишь меня?