Чтение онлайн

— Я могу оказать мастеру Фордхэму его комнату.

Керриган скривилась и взглянула на Фордхэма.

— Ты против?

— Нет.

Она кивнула ему и пошла за отцом по Уэйсли. Ноги несли ее по дому, помня путь. Он открыл дверь своего кабинета. Большой стол и три стены книг занимали почти всю комнату. Четвертая стена была рядом окон с видом на сады. Пахло чернилами и пергаментом, и она ощущала тут мягкость, которую ассоциировала с Уэйсли.

— Я не думал, что снова увижу тебя тут, — сказал Киврин, когда за ней закрылась дверь.

— Я не думала, что вернусь.

— Тебе идет.

Она пожала плечами. Дом согрел ее, стоило пройти в дверь. Словно он помнил и принимал ее.

— Что заставило тебя передумать?

— Марч, — просто сказала она. — Только так я могу избегать его.

Он кивнул.

— Ах.

— Ты узнал, что с этим делать? Ты сказал, что посмотришь. Что ты нашел?

Он прислонился к столу из красного дерева, скрестил руки поверх синего пиджака и смотрел на дочь. Игривый принц и потерянная принцесса. Они были забавной парой.

— Почти ничего.

Она фыркнула.

— Я скажу ему на вечеринке Сезона, что все кончено. Придется возмещать убыток?

— Ты можешь отказать, но это будет нарушением контракта. Если он захочет, он сможет потребовать плату у тебя… у нас, — он вздохнул. — Он может потребовать поместье за это.

— Уэйсли?

Он кивнул.

— Я подписал соглашение о помолвке. Насколько он серьезен, по — твоему?

Керриган вытащила кольцо с желтым бриллиантом и показала ему.

— Думаю, он серьёзен.

— Боги, — Киврин взял у нее кольцо. — Вот это камень.

— Так нарочито.

— Это из — за темного принца?

Она закатила глаза.

— Словно я вышла бы за мужчину, которого не люблю.

— Боюсь, не всегда все решает любовь.

— Я не в Брионике.

— Да, но разве можно терять поддержку племени?

— О чем ты?

Он пожал плечом.

— Ни о чем, — сказал он, но не искренне. — Я готов заплатить, если он ждет этого. Я не отдавал твое приданое. Это значительная сумма.

— О, — прошептала она. — Это щедро.

— Я тебя в это втянул. Я должен помочь тебе выбраться.

— Именно.

Она посмотрела на своего отца. Она презирала его много лет. Она поклялась, что никогда не простит его за то, что он сделает, но он казался… не таким одиноким в этом большом поместье, чем когда его окружали другие на вечеринках Роу. Словно последние двенадцать лет не были с ним так добры, как он хотел ей показать.

— Спасибо, — наконец, сказала она.

Он кивнул ей.

— Как долго ты будешь тут?

— Мы улетим в день вечеринки.

— Я скажу повару готовить вам еду, пока вы тут.

— И если Марч напишет…

— Я дам тебе много времени наедине с твоим принцем.

Она закатила глаза.

— Дело не в этом.

— Я был когда — то юным и влюбленным, Керриган, — легко сказал он. — Я вижу знаки.

— Мы тут, чтобы тренироваться.

Киврин с пониманием улыбнулся.

— Как скажешь.

Проклятье, если она не могла обмануть отца, то кого она обманывала?

39

ПОЛЕТ

Керриган родилась для неба. Было чистой пыткой смотреть, как другие летали, пока ей было запрещено. И теперь они с Фордхэмом были на поляне, готовые начать тренировку, и она хотела лечь на спину Тьерана и дать ему летать.

Но это было невозможно. Их ждало много работы, если они хотели догнать остальных. Десять дней, чтобы наверстать то, что другие делали месяц. И им нужно было сделать это без связи. Это казалось невозможным, но она отказывалась сдаваться.

— Это сработает, — сказала она, слова унес ветер.

Я готов попробовать, — сказал Тьеран в ее разуме. — Если ты хочешь.

Это было почти всем, что он сказал ей, кроме насмешек. Он все еще злился, что ее арестовали. Это было хорошо, ведь она тоже злилась. Поступок Лориана был возмутительным. Она не даст ему победить, сдавшись.

— Я точно попробую, — сказала она ему.

Они опустились на луг Энары, названный в честь ее бабушки. Она была в совете Общества почти сто лет, лидером — несколько десятков лет. Киврин никогда не говорил о ней. У Керриган были только легенды.

— Это подойдет, — сказал Фордхэм, спрыгивая со спины Нетты.

— Надеюсь, ведь тут моя бабушка тренировалась перед Великой Войной.

Фордхэм огляделся на красивом лугу — словно увидел не только пустую землю, покрытую снегом, а поразительные полевые цветы, траву и цветущие деревья. Было просто представить это место идеальным для тренировки весной, когда все было живым в лесу Корсики.

Керриган спрыгнула рядом с ним, рухнула в снег.

— Готова, когда ты будешь готов, князек.

Фордхэм посмотрел в ее глаза.

— Я думал, это прозвище уже в прошлом.

— Ах, но оно так подходит.

Он покачал головой и занял военную позу. Она не знала, замечал ли он это.

— Начнем с управления. Как с конем, мы можем направлять драконов связью.

Меня обижает сравнение, — проворчал Тьеран.

Словно мы можем быть такими глупыми, как лошади, — Нетта была оскорблена.

Тьеран посмотрел на Керриган укоризненно.

— И все же, — сказал Фордхэм, улыбаясь Нетте, — принцип тот же. И, как с лошадьми, нужна нежность. Если дернуть поводья, конь просто разозлится, может, даже сбросит тебя. Упражнения, укрепляющие связь, помогают натягивать связь, но так, чтобы никому не было больно.

— Ладно, — натянуто сказала Керриган.

— Сначала мы будем укреплять связь каждый день медитацией. А потом начнем управлять.

Керриган сглотнула и посмотрела в глаза Тьерана. Это будет весело.

Она и Фордхэм сожгли снег в круге и сели, скрестив ноги, на мертвой траве. Она опустила ладони на колени, закрыла глаза, как указали. Фордхэм начал дыхательные упражнения. Она час провела на холодной земле, вдыхая носом и выдыхая ртом, тянула за связь между ними. Но связи, конечно, не было. Когда они поднялись и размяли мышцы, Керриган ощущала только напряжение.