Чтение онлайн

— И тебе. Как ты добрался с такими дорогами?

— Со мной, — ответил голос, Одрия Атер вышла из фойе, сияя, но и выглядя виновато. — Он настоял, что должен увидеть тебя в Гэйврею, а дороги были непроходимыми.

— Одрия, — сказала Керриган. Она обняла ее, сжав слишком крепко. — Не стоило.

— Знаю, — прошептала она едва слышно. — Прости.

Фордхэм тоже вышел из фойе, Киврин был с ним. Он с презрением посмотрел на кольцо на ее пальце. Он был готов пронзить Эшби Марча. Ее отец улыбался от иронии.

— Позавтракаем, а потом откроем подарки? — предложил он.

Они вошли в столовую. Ее усадили рядом с Одрией и напротив Марча. Фордхэм сидел напротив Одрии, а Киврин — во главе стола. Он поблагодарил богов перед тем, как начать есть, и они взялись за еду. Керриган ела аккуратно, хотя запихивала еду в рот при каждой возможности, чтобы не говорить с Марчем.

Киврин и Одрия заполняли дыры в разговоре с легкостью. Но, когда они закончили и перешли в гостиную, Керриган заметила плохое настроение Марч. Его враждебность к Фордхэму была все заметнее. И тени Фордхэма, собравшиеся близко к нему, не помогали. Ее суженый и мужчина, которого она любили, в одной комнате были неминуемой катастрофой. Если бы тут был Дозан, это было бы вишенкой на торте самой неловкой Гэйвреи.

Киврин раздал подарки, как Отец Гэйврея — дары весны. Он быстро отыскал подарки, потому что у него был рубиновый браслет для Одрии и вышитый плащ для Марча. Она не думала, что получит что — то от отца. Это был ее первый подарок от него за двенадцать лет, и когда она убрала яркую бумагу, на ее ладонь упала бриллиантовая брошь. Ее глаза округлились, когда она увидела символ Дома Круз в ней — ворон и роза сплелись в полете.

— Это принадлежало моей матери. Госпожа Энара носила ее на поле боя и в бальный зал. Я подумал, что тебе стоит надеть это вечером, — мягко сказал Киврин. — Ты уже не из Дома Круз, но это все еще твое.

Ее глаза были мокрыми, когда она посмотрела на отца.

— Спасибо… отец.

Он улыбнулся, показывая, что использование этого слова уже было подарком.

Одрия нарушила момент, встав и хлопнув в ладоши.

— Все было чудесно, лорд Аргон…

— Зови меня Киврином, Одрия.

Она благодарно кивнула.

— Нам нужно вернуться в Роузмонт для вечеринки, и нам с Керриган нужно подготовиться.

— Было приятно увидеть всех вас тут. Жаль, что я не буду на вечеринке, но счастливой Гэйвреи, и передайте королю и королеве мои наилучшие пожелания.

Керриган спрятала брошь в карман и обняла отца на прощание.

— Я еще увижу тебя в городе?

— Да, я вернусь, когда снег растает. Меня надолго не прогнать.

Она улыбнулась.

— Хорошо. Может, еще проведем так время.

— Был бы рад.

Он отпустил ее, и она поспешила в свою комнату, чтобы переодеться для пути. Мереда уже собрала ее сумку и отнесла к Тьерану. Когда Керриган пришла, Тьеран, Нетта и Эвьен сидели вместе, словно сплетничали. Фордхэм стоял, бесстрастный, рядом с Неттой, а Одрия болтала бесконечно с Марчем. Как только он увидел Керриган, он оборвал беседу с Одрией и подошел к ней.

— Я прилетел сюда с Одрией, но я предпочел бы вернуться со своей суженой, — сказал он с широкой улыбкой. Он был очень красивым. Красивее, чем она помнила. Словно Брионика подходила ему лучше любого места в мире.

— Как тебе полеты на драконе?

Он сморщил нос.

— Не лучший метод путешествий, как по мне. Я предпочитаю лошадей, но полет — это быстро, не спорю.

— Определенно, — сказала она.

Она нашла взглядом Фордхэма в стороне. Он ждал, что она порвет помолвку, но она не могла сделать это тут. Ей придется лететь с ним на их вечеринку. Она сделает это позже.

— Конечно, ты можешь лететь со мной.

* * *

Марч позади нее весь полет ощущался как насилие. Он не делал ничего плохого с ней в настоящее время. Но ее воспоминания о нем жалили ее разум. Было нечестно думать, что он был таким же, когда он не показывал такие наклонности, но она любила Фордхэма, и ладони Марча на ее талии были неприятными.

Они опустились в замке Белкурт перед обедом. Марч был немного зеленым, когда неуклюже слез со спины Тьерана. Тьеран раздраженно фыркнул и улетел с Неттой и Эвьеном.

— Это было бодряще, — сказал Марч. — Я не знаю, как ты делаешь это все время.

— Это для меня самое любимое на свете.

— Наверное, потому что ты росла с тем народом.

Она моргнула.

— С кем?

— О, ты знаешь. В Доме Драконов, а не с аристократией.

Она заметно помрачнела от его выбора слов.

— Почему это важно?

— Я о том, что ты больше летала на драконах, чем уделяла времени тому, что важно.

Она открыла рот, чтобы потребовать объяснить, о чем он говорил. Но он понял, что ляпнул не то, потому что низко поклонился и притянул ее к себе.

— Миледи, я очень скучал и надеюсь, что смогу отвести тебя на бал этой ночью.

— Я должна появиться с другими членами Общества.

— Нет.

Она невинно улыбнулась.

— Это традиция. Но я с тобой станцую.

— Все танцы мои, милая, — он погладил кольцо, которое она надела на палец из — за его появления. Он поцеловал ее ладонь и пропал в замке.

Одрия подбежала к ней, как только он ушел.

— Прости. Я не хотела приносить его. Он спрашивал, когда ты вернешься, жаловался, что не получил ответа от твоего отца. Но что — то случилось прошлой ночью. Не знаю, что, но посреди ночи он стал колотить в мою дверь и потребовал, чтобы я доставила его в Корсику.

Керриган побледнела.

— Посреди ночи?

Она кивнула.

— Я не знаю, что случилось прошлой ночью, что заставило его передумать.

Керриган сглотнула. Она знала, что случилось прошлой ночью. Но вопросом было: знал ли Марч, что она была с Фордхэмом? И если да, то как?

44

ЗИМНЯЯ ВЕЧЕРИНКА

В ее дверь постучали. Она опаздывала. Она уже должна была прибыть на вечеринку, но не могла отогнать ужасное чувство насчет Марча. Если он знал о ней и Фордхэме, это будет ужасно. Может, хуже всего, что могло произойти. И если он знал, это проклятие работало против них? Ей не нравилось так думать, но она не могла перестать.

Если случившееся с Дацией было показателем, то их ждало нечто, что произойдет быстро. Ей нужно было опередить Эшби Марча, но она не знала, как.

— Войдите, — сказала она, ожидая Одрию.

Но Дарби прошла в дверь, выглядя роскошно в пышном белом платье, расшитом бриллиантами, которые сияли, как звезды. От этого ее ониксовая кожа выделялась и сверкала. Ее черные волосы были замысловато уложены, веки и губы блестели.

— О, боги, — выпалила Керриган и обняла подругу. — Дарбс, ты выглядишь как мечта.