Чтение онлайн

Первым делом, как только падут сумерки, нужно будет привести сюда медведицу. Может, она сможет объяснить хоть что-то.

А пока Настя решила скоротать время за уборкой. Пора навести порядок в этом хаосе.

И она принялась собирать рассыпанные по полу тюбики с красками, сортировать их, расставлять на стеллажах. Сложила наброски в аккуратные стопочки.

Сбегала в дом за ведром, водой и помывочными средствами. Притащила щетку, совок и пакет для мусора.

Недорисованные картины прислонила обратно к стене, накрыла. Те, замшелые, что висели, — сняла. Было невероятно жалко ту, что с морем.

Настя развернула ее к свету — для чего специально оставила дверь на террасу открытой. Тусклая лампа не справлялась. Медленно и осторожно принялась отделять мох жесткой квадратной кистью.

Зеленая шкура постепенно сползала с холста. Под ней оставалась липкая слизь. Бледные нити плесени растягивались и рвались под напором.

А моря становилось все больше и больше.

В какой-то миг Насте показалось, что сквозь гнетущее грибное амбре пробивается знакомый аромат йода.

Показалось, наверное.

В мастерской художника всегда множество запахов сплетается в сложный коктейль.

Наконец, мох был побежден и лежал теперь сиротливой зеленой горкой на лакированной половице. На отчищенном холсте отыскался морской пейзаж: линия золотого пляжа, частокол пальм на заднем плане, над ними солнце в ясной лазури небес. На переднем плане — море. Прорисовка в сотни оттенков зеленого, синего, серого, голубого…

Каждая волна выписана до деталей. Каждый барашек, кажется, сейчас побежит, понесется, гонимый резвым ветром.

Картина казалась живой…

Настя не удержалась и прикоснулась к ближайшей волне, но на пальцы снова налипла коварная слизь. Пришлось идти на риск: разводить в воде мыльное моющее средство и осторожно смывать склизкую пакость. Она поддавалась на удивление легко.

Настя немного нервничала, после каждого прикосновения к холсту проверяла губку — самую мягкую из купленного давеча набора — не отходит ли краска?

Краска держалась прочно.

Море постепенно «отмывалось», с каждой минутой становясь все ярче и натуралистичнее. Запах йода теперь чувствовался отчетливо. Он путался в гуляющем по мастерской свежем сквозняке.

— Вот так! Почти все.

Настя отступила на несколько шагов, любуясь проделанной работой.

Такую красоту однозначно нужно в дом. Место найдется.

На секунду показалось, что море перекатило волну. Звонко плеснуло о берег…

Настя обернулась, подумав, что плеск воды донесся от аммонитового пруда. Но нет. Новый звук пришел явно из картины! И морской запах — теперь уже явственный, со множеством новых оттенков: йод, сода, соль… пинаколада…

Настя присела рядом с холстом, чтобы понюхать его — не кажется ли? В этот момент ее потянуло, будто магнитом. Она ойкнула, сообразив, что валится головой прямо в картину. Уперлась руками в раму, пытаясь удержаться, отчего притяжение лишь усилилось.

Настя ничего не успела сообразить, погрузившись на пару секунд в состояние невесомости, которое быстро сменилось полетом, что тоже был недолог. Громкий всплеск, и в нос, рот, в глаза набирается вода. Соленая и жгучая.

Морская.

Настя пробкой вылетела на поверхность. Отплевалась, разлепила склеенные солью веки. Это еще что? Она судорожно забарахталась — плыть в намокшей одежде и шлепках было не слишком удобно. От вьетнамок пришлось избавиться. Повезло, что телефон и фонарь остались на тумбочке…

Что произошло сейчас?

Разобраться можно будет попозже. Главное — берег!

Скорее к берегу…

Настя погребла к золотой полосе песка. Волны то вскидывали ее на гребни, то резко ухали вниз. Прозрачная вода искрилась миллионами золотистых огней. Солнце слепило и пощипывало кожу.

Это был самый настоящий юг.

Тропики…

Четверть часа упорной борьбы с водой, и Настя выбралась на сушу. Разогретый песок мягко проминался под босыми подошвами. С одежды струями стекала вода. Пальмы шумели кронами на теплом ветру, бросали на пляж длинные тени.

Настя поняла, что совсем не боится происходящего. Напротив, странное место дарит ей покой и радость. И мысль всего одна в голове бьется: «Как же здесь хорошо!»

Пляж тянулся в обе стороны до самого горизонта. Так же и пальмы. Стояли стеной вдоль линии песка. Море уходило вдаль, насколько хватало глаз. Над его взволнованным простором прямо в воздухе висел огромный четырехугольник.

Рама картины.

Наверное, чтобы вернуться в мастерскую, следовало доплыть до нее и пролезть насквозь. Не сказать, чтобы это было совсем легко, но, по крайней мере, понятно. Вот он — путь домой. Здесь.

Обратно Настя не торопилась.

Во-первых, она решила немого отдышаться перед очередным заплывом. Во-вторых, захотелось еще погреться на курортном солнышке. Толстовка и штаны были немедленно скинуты на песок. Тут вроде никого? За ними и футболка последовала.

Оставшись в белье, Настя плюхнулась спиной на песок. Сообразив, что без крема от загара все это может закончиться плачевно, накинула футболку обратно, встала и побрела вдоль пляжа.

Поход получился недолгим.

Метров через сто Настя наткнулась на невидимую преграду.

И уж наткнулась так наткнулась! Влетела лбом и плечом в прозрачную стену так сильно, что от неожиданности села.

— Это еще что такое?

Настя поднялась и осторожно приложила ладони к невидимому материалу. Преграда была абсолютно прозрачная и такая же непроницаемая. Твердая и прохладная. Стоило нажать сильнее, из-под рук рассыпались голубые искры.

Десяток шагов в одну сторону. Десяток в другую. Стена никуда не делась. Настя зашла по колено в воду: преграда продолжалась и в море тоже.

И тут стало ясно — это же граница картины!

Проверяя гипотезу, Настя отправилась вдоль берега в противоположном направлении и вскоре также наткнулась на стену. Свернула к пальмам. Поднялась на песчаную крутину и оказалась под сенью раскидистых листьев. Растения стояли стройными рядами. Удалось насчитать пять линий, прежде чем преграда снова перерезала путь.

Понятно.

Настя вернулась к кромке воды и, приложив руку козырьком ко лбу, стала разглядывать висящую над морем раму. Чтобы вернуться, нужно пролезть сквозь нее? И как это сделать? Она ведь над водой. Метрах в двух или трех. Виси рама над землей, еще можно было подумать о том, чтобы допрыгнуть. Ну или подставить что-то…