Чтение онлайн

Простите — чушь!

Ты — графиня. Не знаешь — ну так кто тебе доктор?

Пару минут она помолчала. А потом решилась — и честно рассказала Эрику почти все. С того момента, как очнулась.

Нет, не о своем попаданстве. Боже упаси! Проще сразу дорожку на костер проложить. Пусть даже здесь инквизиции нет! На фиг!

А вот о том, что управляющий воровал, подозрительно распустил дружину, о внезапно явившихся волках, о…

Эрик слушал очень внимательно.

И неожиданно спросил:

— Госпожа графиня, а где этого Эдора зарыли?

— не знаю… А…

— А вы труп видели?

Лиля помотала головой, уже догадываясь…

— Он может быть жив?

— Вполне. Он может прятаться у сообщника. А еще… Ваше сиятельство, давно ваш супруг приезжал?

Лиля прикинула по времени.

— в районе полугода.

— а когда теперь должен?

Ответ 'Альдонай его знает' был написан на личике графини крупными буквами. Эрик вздохнул. Странная она все-таки. В сложных вопросах разбирается спокойно с травником спорит, с мужчинами говорит совершенно свободно… но иногда проявляет удивительную наивность.

— Госпожа графиня, а сколько времени прожил бы управляющий, узнай ваш супруг, что замок разваливается, стража распущена, ему шлют поддельные отчеты, а вы в небрежении? Вы только представьте себе…

Лиля представила.

— Примерно полчаса.

— и то еще много. То есть…

— Он должен был куда-то скрыться?

— Именно.

Лиля задумалась. Вообще…

— Деньги у него были. И хорошие. Даже того, что я вытряхнула, хватило на закупки. А ведь я вытряхнула далеко не все.

— вот. И что отсюда следует?

— что дожидаться графа он не собирался.

Лиля давно позабыла про титулы. Эрик тоже не собирался ей напоминать. Да, она графиня, он вирманин… но ведь красавица же… щеки разрумянились, глаза горят, а грудь… какая грудь!

Впрочем, Лиле это было безразлично. Она прикидывала. Из Иртона выжали, что смогли. И собирались удрать сорвав куш. Ширви в сообщниках, если что — предупредит про графа. Стражи нет. Вопрос — куда бежать?

— Нам бы найти его сообщника.

— сообщников, ваше сиятельство.

— То есть?

— У него должен быть кто-то в подручных, но… Почему отсюда никто не бежит? Ваше сиятельство, при таких кошмарных условиях, все крестьяне должны были сбежать. А они — терпят?

— Но…

— Такое может быть только в одном случае. Если бежать им некуда. Или опасно.

— а почему может быть опасно… хотя… Эмма!!!

Допрошенная Эмма явилась пред графские очи и призналась, что да. Кое-кто пытался бежать, но потом нашли их тела. Специально привезли и бросили у деревни. Кто сделал?

А поговаривают, что барон Донтер и сделал. Молодой?

Да нет, еще старый. Так он же вроде был поприличнее?

Ну так вопрос сложный. Господам от него не доставалось, а вот крестьянина и запороть мог… Да и то сказать, поговаривали, что он жену свою со свету сжил, когда та ребеночка на стороне пригуляла…

Лиля кивнула. Страшилки ее не волновали. А вот то, что…

— Думаете, барон?

— предполагаю. Эрик, ты будешь засеками заниматься — займитсь и деревнями? Пройдите, посмотрите, у кого есть голубятни, у кого что…

— Ищейками нас сделать хотите, ваше сиятельство?

Лиля пожала плечами. Вопрос был задан с явной иронией и требовал достойного ответа.

— Таких волчар как вы? Ищейками? Э, нет. Но чутье у вас должно быть отличное, так что потрудитесь на благо графства… Кстати, Эрик, мы с шевалье Авельсом и леди Мирандой теперь трапезничаем вместе. В малой столовой. Восемь утра, час дня и шесть вечера. Если будет время и возможность — присоединяйся. Будем рады.

Эрик покачал головой.

— Ваше сиятельство, я ж вирманин.

Лиля кивнула. Вирмане в принципе в Альдоная не верили, своих богов им хватало за глаза а потому на континенте они считались… не то, чтобы второго сорта, но какие-то границы с ними старались не переступать.

— и что?

— Я, леди Миранда, шевалье Авельс, пастер Воплер с сыном, Лейф с Ингрид и капитан Антрел. Полагаю, не самое худшее общество.

Эрик тоже так думал.

— ваше сиятельство, если буду в замке — то с радостью.

Лиля кивнула.

— Хорошо. Засеками займешься?

— мне как раз корабль просмолить надо, а у вас в Яблоновицах смолокурня есть, так что проедусь, огляжусь.

Лиля кивнула.

Но все равно она была собой недовольна. Подумать бы раньше — и чего срываться из-за барона?

Просто его в округе боятся. А массовый ужас — штука заразительная. Вот и заразилась. И запрыгала. А так — спокойнее надо быть. Выдержаннее.

Ты — графиня.

А с другой стороны — поможет это тебе, как ежику — ракетное топливо. Если барон решит тебе гадить… нет, королю ты нажаловаться можешь, но здесь глухомань. Пока кто доберется, пока чего решат, интересно — средневековые бюрократы сильно от привычных отличаются?

Лиля вздохнула — и принялась за хозяйственные дела.

Ходила на уроки, присматривала за порядком в замке, проводила инвентаризацию вместе с Эммой, записывала все, что помнит из медицины и все, что могло пригодиться в этом мире и времени, выслушивала доклады по строительству и ремонту, раздавала указания…

Кто сказал, что аристократки просто сидели и вышивали? Да тут пахать приходится, как проклятой! Впору молоко за вредность требовать…

Амалия, герцогиня Ивельен, в девичестве леди Иртон, скользнула к мужу в кабинет. Тот сидел, разбирая какие-то бумаги. А увидев жену, отложил их в сторону и заулыбался.

— Проходи, дорогая. Что-то случилось?

— Нет, ничего серьезного, дорогой. Просто я волнуюсь за Миранду.

Питер привлек жену к себе, поцеловал ручку и погладил по округлившемуся животику.

— Леди вы лучше думайте о своем ребенке.

— но Миранда мне тоже не чужая…

— у нее есть отец.

— Но нет матери. А отец… милый, Джес не умеет быть отцом.

— я помню, дорогая, — откликнулся Питер, поглаживая талию жены и потихоньку спускаясь к тому месту, где это уже не талия.