Чтение онлайн

— главное, все шито — крыто, — ухмыльнулся Гардвейг, в свое время перебравший всех придворных дам.

— приличия он соблюдает. Но на этом его можно ловить. А Ричард ему доверяет…

— ты уже что-то придумал?

Альтрес кивнул.

— Да. Пару зимних месяцев я дам Анельке на женские хитрости. А если у нее ничего не получится — есть у меня идея.

— Изложи?…

Альтрес ухмыльнулся, глядя в глаза брата — и тихо заговорил. Мужчины готовили свой план.

Из Уэльстера Ричард должен был уехать уже женихом Анелии. И никак иначе.

Пожар в бардаке во время потопа?

Лиля так это и охарактеризовала бы. И даже хуже. Но материться графине было нельзя. Миранда тут же переймет 'полезные' словечки. И Лонс смотреть будет с укоризной.

Шевалье Авельс как-то быстро прижился в доме и стал кем-то вроде личного секретаря Лилиан Иртон. Запиши, прикажи, уточни, Лонс, как правильно то, это, пятое и десятое?

Лонс записывал, распоряжался, не отказывал в справке и мудро держал при себе свое мнение о странностях Лилиан Иртон. Что от него и требовалось.

Спустя пару дней Лиля поняла, зачем бизнесмены держат секретаря. В каких-то случаях Лоонс был просто незаменим.

Вот как сейчас.

Когда по Ирте поднялись два корабля — и на берег хлынула толпа народу.

То есть толпа — это Лиля погорячилась. Просто отвыкла она в своей глуши от массовок. А тут…

Хельке Лейтц с семьей. Черноволосые и черноглазые — жена? Дети? А, нет. Вроде бы он не женат…. Племянники? Но что здесь делает ювелир?

Али и Омар. Улыбающиеся. И Али вообще не хромает. Лиля — ты молодец! Ты все сделала правильно! И это в таких гнусных условиях! Гордись!

Рядом с ними какой-то седобородый старик с мелкой зверушкой на плече. И вторая такая же выглядывает из складок одежды. Где-то Лиля таких видела…. Кажется… Ладно! Потом!

И весьма важного вида вельможа, который вежливо кланяется.

— Ваше сиятельство, позвольте представиться. Я шевалье Ганц Тримейн, полномочный представитель Его Величества Эдоарда Восьмого. Мэр Альтвера, барон Торий Авермаль, сказал, что вы нуждались в моем визите?

О том, что его послал король, шевалье решил пока умолчать. Зачем давать кому-то лишнюю информацию?

Лиля улыбнулась. Склонила голову в легком поклоне и чуть похвалила себя. Не зря все эти дни тренировалась на Лонсе. Поклон неглубокий, точнее наклонение головы, но все же чуть глубже, чем Лонсу, как-никак королевский представитель.

— я рада видеть вас в замке Иртон, шевалье. Надеюсь, ваше путешествие было благополучным?

— Я проделал долгий путь. И был бы рад небольшому отдыху.

— Шевалье Авельс? Прошу вас…

Лиля бросила взгляд на Лонса. Тот все понял правильно и слегка поклонился. Почти как равный — равному.

— Шевалье Лонс Авельс, с вашего позволения. Разрешите проводить вас в замок? У нас, конечно, не слишком уютно, но мы сможем найти для вас покои.

— не слишком уютно? Почему вдруг? Это родовое поместье графов Иртон…

— Да, но сам граф появлялся здесь раз в три — четыре месяца. Зато назначил вороватого управляющего…

Дальнейшего диалога Лиля уже не слушала. Но в Лонсе была уверена. Сейчас он распишет жизнь в Иртоне самыми черными красками, хоть гуталин производи. Еще и Эмме шепнет, что надо говорить. И будет прав. Перед всякими чиновниками лучше прибедняться. Однозначно.

А сама она повернулась к Али. Раскланялась, как положено. Сами же научили. Руки к груди, почтительный поклон, глаза смотрят в землю — знак доверия.

— да будут легки ваши ноги, быстры ваши кони, прекрасны ваши жены. Что привело вас в мой скромный дом, друзья?

Али улыбался. Белые зубы блестели в темной бороде. И Омар не отставал от него.

— Пусть ваш свет, госпожа, как и раньше озаряет все вокруг, а там, куда ступит ваша нога, распускаются белые розы. Мы прибыли сюда волей судьбы, несомненно доброй и благоволящей нам….

Определенно у Али опыта было больше. Лиля в его словесных наворотах запуталась минуты через три. Али заметил это, оборвал речь и улыбнулся.

— рад видеть вас, графиня. Посмотрите — я не хромаю.

— я радостью осмотрю вашу ногу. Надо же прощупать ровно ли срослась кость, — улыбнулась Лиля. — Хотя и так не сомневаюсь. — Вы пьете молоко?

— с недавних пор я только его и пью. Увы, вино с ним идет не очень хорошо…

Лиля усмехнулась. Не очень хорошо? Это еще мягко сказано. Она помнила, как однажды выпила дома кружку парного молока, а потом отправилась на вечеринку. Где и выпила рюмку вина.

Она заблевала — всё. Ее рвало всю ночь. И часть утра. С тех пор…

Вино и молоко? Убейте сразу!

— но я прибыл не только за тем, чтобы пожаловаться на жизнь. Знакомьтесь. Тахир Джиаман дин Дашшар.

Седобородый со зверюшками приблизился и отвесил почтительный поклон. Лиля ответила таким же. Да, она графиня. Но это — друзья. И в их культуре женщина все-таки не равна мужчине. То, что они с ней почти на равных — и так большое достижение.

— Лилиан Элизабетта Мариэла Иртон. Графиня Иртон. Я рада нашему знакомству.

— Ваше сиятельство, прослышав о вашем искусстве я решил проделать этот путь, чтобы познакомиться с вами.

— моем искусстве?

— Вы вылечили Али сломанную ногу. Я не смог бы это сделать так, чтобы он не хромал…

Лиля вздохнула. Глубоко.

— а вы — докторус?

— Я посвятил свою жизнь искусству исцеления, если на то будет воля Звездной Кобылицы, посвящу этому и остаток своих дней…

Местный врач? Отлично! Авиценной будешь!

— Полагаю, нам найдется о чем поговорить, — решила Лиля. — Буду рада если вы погостите под кровом моего замка, господа?

Али покачал головой.

Смысл ответной речи состоял в том, что он бы — за! И всеми четырьмя! Но скоро начнется сезон штормов, собственно — уже. А раз с него сняли гипс, и все будет отлично, то он только на ночь. А потом домой. А то распояшутся без хозяйского глаза. Но весной он с удовольствием приедет?

Лиля закивала. Она тоже была за. И всячески дала понять, что рада будет приезду уважаемого Али весной. И окажет все возможное гостеприимство. А целитель?

Целитель погостил бы до весны, если госпожа…