Чтение онлайн

–Про рыбу не забудь!– крикнула ей вслед Тамара.

–Я позвоню,– махнула ей рукой Алина.

Пристроилась на заднее сиденье. Набрала номер мужа. "Абонент недоступен"-отозвался телефон голосом оператора.

Батарея села-прогнала Алина прочь дурные предчувствия. Но внутренне заторопилась к мужу. А за окном всё тянулась степь с уже выгоревшей травой. Только кое-где островками зеленели кусты дикого шиповника и боярышника, густо усыпанные тёмно- красными плодами…

На автовокзале Алина снова набрала номер мужа и услышала тот же ответ.

Что ж, она съездит к "недосягаемому" сама. Уже стемнело, когда она добралась до причала. Волновалась: а вдруг сейнер мужа в море.

Но в наступивших сумерках она увидела судно и даже прочла его название: " Войковец". Обрадованная удачей, весело крикнула:

–Эй, там на барже! Есть кто живой?!

Из рубки вышел парень. Незнакомый. Новенький?

–Позовите Стаса, пожалуйста,-слегка смутившись попросила Алина.

–А его нет,-ответил парень.– Он с утра домой поехал.

Уже подъезжая к дому, Алина поняла, что мужа там не будет.

И не ошиблась. В квартире было убийственно тихо. Сын ещё утром уехал с друзьями на рыбалку, прихватив с собой собаку. В холодильнике нетронуто стоял, сваренный ею перед отъездом борщ. Настенные часы показывали начало одинадцатого.

Стаса снова потянуло к той "красотке"?!-больно полосанула по сердцу мысль… Или он играет в покер с друзьями?!… Или празднует чей-нибуть день рождения?!…Может и мне напиться?! И уже не вина, а водки!…Выключить мысли, все до единой…А особенно эту: "Только жена может простить и понять". Так муж сказал, вернувшись домой.

Только жена?!-задумалась Алина. Нет! Скорее это материнская "привилегия": прощать, няньчить, жалеть. И он видит во мне мать?! Не женщину, а всепрощающую мамочку?!

Какой-то "эдипов комплекс"– в омерзении передёрнуло её.

Интересно, они все по натуре инфантильные маменькины сыночки?! Нагуляются, набегаются, наворотят дел и к жене, как к маме под крылышко: "Спаси, пожалей, больше не буду".

Не хочу!-взбунтовалась она. Ради чего?!

Ему не нужна её любовь! Ему нужна острота ощущений, как в случае с карточной игрой; нужна реализация своих похотливых фантазий-для этого он бегает на сторону; ему нужен алкоголь, чтобы чувствовать себя неотразимым. Он грязи ищет, как свинья. А извалявшись в ней бежит чиститься домой?! И живя с таким человеком, она, Алина, тоже испошлится, извозится в "болотной грязи" и окончательно сопьётся.

Нужно бежать отсюда как можно дальше, пока муж снова не изгадил, не опустил в низы её душу!

Она подошла к журнальному столику. В хрустальной вазе стояли хризантемы. Её любимые цветы. Стас принёс их три дня назад. Просто так, без повода… Или "повод" был? Снова реабилитация, извинение за собственную подлость?!

Она сжала в руке белый шар. По комнате поплыл чуть горьковатый аромат осенних цветов. Лепестки рассыпались под её пальцами. К горлу подкатил тугой ком. Он забивал дыхание и никак не проглатывался.

Алина взяла вазу вместе с цветами, пошла на кухню, запихала цветы в мусорное ведро, вылила воду из вазы в раковину.

На двух стульях хочет усидеть?! Не выйдет! Она уедет с Тамарой в Москву, а сейчас сварит варенье из инжира. Кажется в холодильнике был лимон.

От этих мыслей ком, распирающий горло, исчез. Исчезло и желание напиться.

Уехать-правильное решение-подумала Алина и добавила в уме.-Не забирай свою благодать, Господи.

Картинки московской жизни. Женька.

* * *

По небу, расцвеченному северным сиянием, мчался в санях розовощёкий Санта-Клаус ."Дин-дон " весёлой рождественской песенкой звенели колокольчики на крутых шеях оленей. Северное сияние таяло, небо темнело. А потом на этом тёмном полотне стали проявляться звёздочки. Звёздочки сложились в цифры: ноль, пятёрка и снова два ноля. Сознание прояснялось и вскоре стало понятным: надрывается электронный будильник, негромкой музыкой вырывая из сна, а цифры-это время.

Где только Зина достала будильник с такой музыкой?– с лёгким недовольством-подумала Алина. Расставаться с приятной дрёмой даже даже под такую весёленькую музыку совсем не хотелось.

Она утопила кнопку будильника, свернулась в уютный калачик.

"Пять минут"-вспомнилась излюбленная фраза сына по утрам. Какое тёплое, мягкое одеяло. Оно так нежно обнимает тело. Тело млеет, цепенеет…

Так и опоздать недолго-с трудом вырвалась Алина из сонного забытья.

Подумать только, ей стали снится яркие, красочные сны. Впрочем, ей снятся не только красочные сны, но часто вертятся в уме детские стишки, песенки, сказки. Такое чувство, будто освобождённый от суетливых тревожных мыслей ум стал выдавать давно забытое, детское, радостное. Удивительная метаморфоза! Чудесное превращение! Столько лет бежать по замкнутому кругу и вдруг вырваться из него. Свободна как птица в полёте. Никому ничего не должна…Нынешнее состояние так похоже на счастье.

Неужели брак и в самом деле тиски?! Или он становится таковым где двое не любят друг друга?! Стас не ограничивал её свободы, не устраивал сцен ревности, не спрашивал куда деваются деньги. И всё равно давление существовало. Тиски фальши…

И если раньше она считала, что такая демократичность с его стороны от доброты, от мягкости характера, то теперь точно знала – она от равнодушия.

Вспомнился их последний разговор в то утро, когда он вернулся. Она сказала: "Я отпустила тебя к другой женщине без злобы, по доброму и обратно не звала, ты вернулся сам и снова продолжаешь врать, снова хочешь успеть и туда, и сюда. Но я стала другой и жить так больше не хочу. А путь, который ты выбрал, тупиковый и рано или поздно на тебя посыпятся камни. Ты их уже собрал на Небе." "-Небось не завалят-усмехнулся муж."

Откинув одеяло, Алина села. Ногами нащупала тапочки.

Как можно было так долго жить с этим самовлюблённым бараном?!– подумала она. Должно быть я спала живя…Или жила спящей.

Она поднялась и не включая свет ни в комнате, ни в коридоре пробралась на кухню. Прикрыла за собой дверь. Щёлкнула выключателем. Поставила чайник на огонь.

Потом юркнула в ванную. Такое, почти беззвучное перемещение по квартире имело свой смысл. Хозяйка квартиры и её трое-мал, мала, меньше-детей ещё спали. Не стоит нарываться на скандал. Квартиру в Москве найти не просто, особенно не дорогую. Почти месяц Алина названивала уехавшей в Москву сестре, которая искала ей здесь комнату. И только ближе к концу ноября нашлось что-то подходящее.

Алина выключила газ, заварила чай, сделала пару глотков, глянула в темноту за окном. На фасаде соседнего дома светились два окна на первом этаже и на четвёртом. Они светились так каждое утро. Скоро засветится то что с краю, на втором. Градусник, прикреплённый к раме показывал минус девятнадцать.

Алина зябко передёрнула плечами. Сегодня ещё холодней чем вчера. На ветках ели за окном сидела, нахохлившись, ворона. Чёрная бусинка её глаза то подёргивалась серой плёнкой века, то снова открывалась.