Дорога к трону
Шрифт:
– Ты куда?
– Удивился он.
– На поиски твоего достопочтимого братца! Где он?
– А он… можешь и не искать, сейчас его на планете нет, и возможно до вечера не будет. Мне сказали за тобой присматривать, так что, - он оттеснил меня в сторону, толкнул ногой дверь и прошел в комнату вместе с цветами. Обратно вышел сквозь дверь, не открывая ее, и окончил фразу, - сегодня тебя сопровождаю я.
– Как тебе удалось?
– Ну, если внутрь я попадаю как чужой, то выходя наружу, я уже свой.
– Не поняла?
– Ну, если ты меня впустила, значит, свой и обратно выйти могу сам.
– А еще как-нибудь в мою комнату попасть можно?
– Конечно! Еще, по крайней мере, дюжина вариантов. Боишься?
– Прищурился Марк.
– Нет, просто почувствовала себя как дома.
– У вас тоже можно залезть через щели?
– Да нет, как раз наоборот.
Она звонко рассмеялась.
– Понятно, - улыбнулся настороженно Марк, - ну что идешь со мной?
– Куда?
– Получать подарок.
– Конечно, надеялся что откажусь? Не дождешься!
И мы вместе вышли из корпуса через черный ход. Попали на задний двор, усеянный теми самыми цветами, что мне Марк принес. Он, кажется, и не понял своего промаха, и в нерешительности оглядывал окрестности. А может, у них тут так принято? Первые попавшиеся срывать и дарить девушкам? Надеюсь, что цветы у них, как и у нас: знак внимания, уважения и любви, ну в некоторых случаях символ памяти, чтобы просто не наоборот, а то еще неизвестно, что это значит. Лера, правда, тоже с цветком меня встретила, может обычай? Или дань светлой памяти, и со мной в лице новоиспеченной супруги Зорса все решили заранее попрощаться? А что? Лучезарную не спасли…
– Ну ладно, и то приятно - действительно свежесорванные, только что с клумбы или с грядки, или как у них это зовется?!
– Ты идешь?
– Позвал девушку Марк, хорошо ощущающий присутствие Зорса, который почему-то вернулся. Но отступать Марк не привык и Даяне он уже пообещал, так что пусть теперь попытается девушке запретить Даяне подходить к ее собственной 'скоростной зверушке'.
– Конечно, куда я денусь, сюрприз все-таки!
– Я подошла к нему, поравнявшись и, оправив простые брюки и рубашку, спросила, подходяще ли одета. Он не глядя, сказал, что да.
И мы пошли в сторону огромного леса, который видно было, насколько глаз хватало вправо и влево, казалось, он подобрался ко Дворцу, тихо обступил со всех сторон своей искрящейся свежестью изумрудной листвой, стараясь укрыть от ненастья.
Зорс видел как Марк, ослушавшись указа, все же повел девушку к пустынной резервации Ямении. Совершенно нереальное самомнение, он думает, что я не помешаю?
– Усмехнулся старший наследный принц, уже продумав следующие свои действия до малейших деталей и, представив реакцию девушки, улыбнулся.
– Я сказал нет, значит - нет!
92.
– Марк, ну и где мой подарок?
– Сюрприз, - поправил он меня, - подожди немного, сейчас.
Мы стояли в совершенно выжженной степи, где даже земля покрылась трещинами и сгоревшими рубцами, обожженное раздолье, куда ни бросишь взгляда, до самого горизонта виднеется желто-оранжевая пустошь. Она совершенно не походила на Дивные Сады Сутана, где каждый лист и травинка, переливаясь зелеными красками, дышали жизнью и блестели влагой.
– А что произошло? Где растительность?
– Спросила я. Он не ответил. Я обернулась к нему.
– Марк? Ты меня вообще слышишь?
Марк с обожанием и радостью, мило улыбаясь, смотрел куда-то выше меня.
– Я год ее не видел, - ответил он. Но приглядевшись, добавил тише.- Точнее эту кобылицу я не видел здесь двадцать лет.
Только сейчас я услышала тяжелый вдох, воздух, уходящий вверх, сорвал с головы накидку. На коже проступили мурашки, я обернулась и ощутила раскаленный выдох, возвращающийся обратно в атмосферу, ох лучше бы я поворачивалась. Когда образовавшееся вокруг меня пекло стихло, я, наконец, смогла вздохнуть.
– Надеюсь, брови остались на месте?
– Спросила я Марка, ощупывая лицо.
– На месте, - сказал он утвердительно, и решил заверить, - он-на еще не старалась.
– Растительность, как видишь, ей не понравилась и она ее выжгла.
Огромная с перепончатыми ушами морда с интересом смотрела на меня, моргая четырьмя глазами поочередно, язычки оранжевого пламени весело поднимались от скошенного носа к ярко синей гриве на хребте, бесхвостое существо в нетерпении переминалось с лапы на лапу, создавая маленькое землетрясение.
– Огненная кобылица, - вспомнила я название рожденной в пекле звезд.
– Хочешь сказать, что будь я недружелюбной, меня бы уже на этом свете не было.
– Я протянула руку, чтобы погладить огненную кобылицу. Она, кажется, даже голову слегка наклонила и прищурила глаза.
– Ну, что-то в этом роде.
– Марк, заметив мое движение, рванул наперерез, хватая мою руку, - стой, ты что, с ума сошла, кто же касается огненной?!
– Я пытаюсь прикоснуться, - заявила я, выдергивая из его рук свою.
– Не нужно этого делать, - сказал твердо Марк, нервно поправляя упавшие на лоб волосы.
– Хорошо, не буду.
Воцарилось неловкое молчание.
– А почему кобылица?
– Спросила я.
Зверюга шумно хрипнула, плюнув искрами и заржала, постукиваякогтистыми лапами в такт.
– Ясно. А ты значит - все понимаешь?
Кобылица в знак согласия кивнула головой и прошествовала вокруг нас.
– Ей знакомы шесть языков.
– Прокомментировал Марк.
– Ишвенский тоже?
– Это любимый и самый приемлемый для Зорса, конечно знаком!
– Заверил он, мельком поглядывая на кобылицу. Казалось, что он был чем-то очень недоволен.
– Яменька, - позвал Марк, - она твой друг, - указал он на меня.
– Ты не о безвозмездном ли пользовании говорил, Марк?
– Тебе, - да, а ей - он хотел сказать ему, но удержался,- ей хватит и дружбы. Правда, Яменька?
Она в ответ весело заржала и рванула с короткого старта ввысь отталкиваясь когтистыми лапами от воздушного пространства, как от оголенной каменной скалы.