Чтение онлайн

— Возможно, ты видишь меня в последний раз, — прошептала девочка.

Силлу захлестнула волна печали. Девочка была её единственной константой в жизни за всё это время.

— Я буду скучать, — тихо сказала Силла. — Хотя, наверное, это странно.

— Постарайся запомнить меня, ладно? — попросила девочка.

— Как я могу забыть? — спросила Силла, и в этот миг дверь распахнулась, в комнату ворвались люди.

Как и всегда, девочку вырвали из её объятий, насильно разъединив их руки. Пронзительный вопль отчаяния прорезал воздух, и по коже побежали мурашки.

Силла вгляделась в голубые глаза девочки, стараясь запомнить их. Чьи-то руки обвили её талию, оттаскивая назад. Лицо девочки оставалось спокойным, даже когда её уносили прочь.

— Найди меня, сестра. Ты нужна мне.

Силлу сковал шок — сколько себя помнила девочка говорила одно и то же: не оставляй меня.

Найди меня.

Это был вызов.

Это было послание.

— Я сделаю это, — прошептала Силла.

Когда она проснулась, в голове было лишь две ясные мысли.

Во-первых: девочка была её сестрой. Во-вторых: сестра жива и где-то в королевстве Исельдур.

Силла села, голова раскалывалась. Вокруг была темнота, слабое мерцание света танцевало по стенам рядом. Стены? Она нащупала под собой мягкие меха, шелест шерстяной стены.

Палатка. Силла находилась в палатке.

В этот момент полог палатки распахнулся, и в нее вошла призрачная фигура.

— Ты проснулась! — завопила Гекла, заставив Силлу подпрыгнуть. Гекла высунулась наружу и крикнула: — Молот проснулась!

— Как долго я спала? — хриплым голосом спросила Силла.

В памяти вспыхнуло — листья. Она справилась. Пережила болезнь, сопутствующую отмене. Улыбка неверия расплылась по её лицу.

— Два дня.

Силла разинула рот.

— Два дня?

— Да, дулла. Проклятое вечное пламя, ты будто была в аду. Илиас думает, что это был укус детёныша волчьего паучка, но следов мы не нашли. Гуннар считает, что ты чем-то отравилась. Конечно, они уже сделали на это ставки. Кунты.

Силла моргнула. Рей не рассказал «Кровавой Секире» о её зависимости от листьев шкульда. Она не знала, что и думать.

— У тебя есть вода? — прохрипела она.

Гекла покопалась вокруг и сунула ей в руки бурдюк. Силла жадно пила так жадно, что вода стекала по подбородку и капала на платье. Ей было всё равно; ее тело настолько пересохло, что она чувствовала себя сморщенной.

Гекла наблюдала за ней.

— Как ты себя чувствуешь? Хочешь бульона? У костра есть суп. Сигги приготовила. — В её голосе прозвучало предостережение.

Тело ощущалось слабым, но в то же время каким-то живым.

— Да, пожалуйста. Но… — её голос затих. — Палатка? Почему я в палатке?

— Погода резко испортилась. Мороз и северный ветер. Мы уже близко к Высокогорью, и Рей приказал достать палатки. Работы прибавилось, но тепло того стоит.

Силла нашла свой плащ рядом с постелью. Постелью? Она лежала на чьей-то постели.

— Чья это… — но знакомый запах ударил в нос.

— Джонаса. Похоже, у Волка всё же есть сердце. — Гекла хихикнула, и Силла была благодарна, что темнота скрывает её румянец.

Нащупав и натянув сапоги, она застегнула плащ и вышла за Геклой сквозь полог. Солнце уже зашло, но костёр освещал поляну, где разбили лагерь. Хрупкие деревца и кустарники не спасали от ледяного ветра, несущего запах травы. В глазах Силлы, когда она встала и Гекла обвила её за талию, помогая дойти до кустов, чтобы облегчиться.

Когда они подошли к костру, грудь Силлы переполнилась до отказа. Все они были здесь, весь отряд «Кровавой Секиры» лениво развалился вокруг потрескивающего огня. Сначала ее взгляд упал на Джонаса — на плечах черный меховой плащ, волосы по бокам свежевыбриты. Он сидел за игрой в кости с Илиасом и Гуннаром. Джонас повернул голову и встретился глазами с Силлой. Его челюсть слегка сдвинулась, а напряженная поза немного смягчилась.

— Молот! — прогремел Гуннар, хлопнув в ладони, когда Гекла усадила её на бревно у огня. — Как кошка с девятью жизнями. Которая это уже — три использованы за эту дорогу? Тебе стоит начать их беречь.

Силла криво улыбнулась ему, но ее взгляд быстро отыскал Рея. Он сидел у костра, между коленей зажат протез Геклы, по когтям которого он водил точильным камнем. Когда их взгляды пересеклись, уголки его губ чуть дёрнулись. Это была не улыбка, но что-то похожее. Вместо привычного раздражения, которое она обычно испытывала к Рею, Силла ощутила нечто другое. Возможно, гордость и ту же странную, необоснованную уверенность в себе, которую он взрастил в ней, когда она убила оленя-вампира. Это наполнило ее неожиданной теплотой.

Сигрун подала ей миску с бульоном, ложку и кусок хлеба, и Силла набросилась на еду, ощутив внезапный голод. Пока она жевала, Гекла рассказала ей о прошедших двух днях — о том, как их обогнали двое всадников, спасавшихся от Слоутрари. При этих словах Силлу передёрнуло. Подумать только — этот убийца делит с ними дорогу… они могли пройти мимо него, могли взглянуть в лицо монстру и не узнать его.

Но, оглядевшись, она не могла не почувствовать утешение. Если бы ей пришлось разделить дорогу с убийцей, она была уверена, что для нее не было бы более безопасного места, чем среди воинов «Кровавой Секиры».

— Ты уверена, что хочешь тренироваться сегодня, дулла? — спросила Гекла.

Силла яростно закивала. Прошли целые сутки с тех пор, как она очнулась от лихорадки, и хоть силы ещё не вернулись полностью, её распирала неуемная энергия. Этим утром, когда Силла проснулась, ее разум был яснее, чем она когда-либо могла вспомнить, ее настроение было таким солнечным, а шаги такими оживленными, словно она была своей более яркой версией.

Когда она подала Рею полную миску каши с сияющей улыбкой, он проворчал что-то вроде: «Слишком рано, чтобы кто-то был настолько оскорбительно счастливым». Силла фыркнула. В эти дни в его словах было гораздо меньше яда.

Деревья, окружавшие их лагерь, сгруппировались в рощицы, а пробелы заполняла колючая ежевика. Завтра они достигнут Высокогорья, которое отмечает последний участок Дороги Костей перед Северным перекрестком. Копа ещё никогда не казалась такой близкой.

Теперь, когда посуда была вымыта и убрана, а вечер тянулся лениво и пусто, желание вновь росло внутри неё, накапливая силу. Сосредоточься, Силла Маргрэт, напомнила она себе. Есть только один путь вперёд — и он не включает те листья.