Чтение онлайн

Корчмарь смерил меня тяжелым взглядом. Было видно, что его прямо таки подмывает послать незваного гостя куда подальше. Но он слишком боялся кары, которая бы за этим последовала.

— Меня зовут Генри, — широко улыбнулся я, протягивая трактирщику руку. Тот нехотя пожал её, — А это, — я кивнул на сидящую рядом девушку, — Айлин. Вообще-то мы оба из знати, но с друзьями предпочитаем общаться без титулов.

— Вальрин, — мрачно кивнул трактирщик, и тут же замолк, сверля нас холодным, колючим взглядом.

— Рад, что мы пришли к взаимопониманию, Вальрин, — кивнул я, стараясь не убирать улыбку со своего лица. Делать это было не так уж просто, особенно когда передо мной стоял человек, только и думавший о том, как бы послать меня нахер, — Что же до постояльцев — мы тоже постояльцы. И насколько мне известно, за каждого члена королевской делегации, размещённых на постоялом дворе вам полагается весьма щедрая выплата от городского магистрата, так что я не вижу повода для беспокойства.

— Ага как-же, — мрачно буркнул трактирщик, — Держи карман шире. Эти говнюки не дадут мне денег. Скорее уж выпишут вексель, который я смогу у них обменять на какое-нибудь не шибко то и нужное дерьмо. Ну да… — он тяжело вздохнул, — Это уже не ваши проблемы. Прошу прощения за эту… вспышку.

— Ничего страшного, — кивнул я, — А насчёт выплат, поговорите с послом. Он завтра вечером придёт навестить нас, так что у вас будет шанс перекинуться с ним пару слов.

— Только если вы замолвите за меня…

— Замолвлю, — перебил его я, — А если вы сейчас растопите баньку, что стоит у вас во дворе, позовёте цирюльника а после — подадите нам горячий ужин, то это будет не одно и не два словечка. Мы очень устали с дороги, да и выглядим… как хер знает, что.

— Что правда, то правда, — ухмыльнулся в усы Вальрин, — Но прежде у меня к вам будет всё же один вопрос. Вам с госпожой Айлин выделить одну комнату или две разные.

Я с некоторым сомнением покосился на девушку. На корабле мы жили в одной каюте, не особо друг-другу мешая. Но после такого соседства ей может захотеться немного больше личной своб…

— Одну, — в отличии от меня Айлин сомнения не терзали, — Главное, чтоб там была большая-большая кровать.

— Есть у меня такая, — хмыкнул корчмарь, гремя связкой с ключами, — Моя служанка сейчас вас проводит. Эй, Гретта, — из кухни тут же появилась миниатюрная, светловолосая девушка, в таком же кожаном переднике, на котором уже виднелись несколько тёмных пятен, — Проводи этих гостей в комнату в мансарде.

— Хорошо, господин, — кивнула она корчмарю. Приняла у него из рук ключ и повернулась к нам, — Прошу за мной.

— Слушай… — Айлин на мгновение замялась, глянув на меня, — А можно я пока одна схожу? Мне надо… Хоть немного себя в порядок привести. А ты тут посиди, хорошо?

— Договорились, — хмыкнул я, потянувшись за кружкой. Но ухватить её уже не успел.

Внезапно моей небритой щеки коснулись мягкие, тёплые губы. Я рефлекторно попытался обнять Айлин за талию, но девушка встала с табурета. Ловко вывернулась, загадочно улыбнулась. А затем, весьма выразительно покачивая бёдрами, отправилась вслед за служанкой, оставив меня наедине с собственными мыслями. Весьма приятными мыслями.

Долго скучать мне не дали. Спустя несколько минут в главную залу корчмы заглянула одна из служанок и сказала, что баня уже растоплена. Желающих мыться прямо сейчас не оказалось. Парни решили сначала пропустить по кружечке пива, да как следует поужинать, и лишь потом идти гонять с себя вшей и блох. Так что у меня появлялась уникальная возможность помыться в гордом одиночестве, чем я и не преминул воспользоваться. Залпом допил квас, схватил из груды вещей небольшой свёрток со своей парадно-выходной одеждой и потопал следом за служанкой.

К моему удивлению, с виду небольшая и неказистая баня внутри оказалась довольно просторной. Более того, она делилась на две секции: мужскую и женскую. Чтоб одни не шибко стесняли других. Впрочем, даже это оказалось ещё не всё. На мужской половине оказалась ещё одна комната. Поменьше общей, той, что с очагом, камнями и длинными лавками вдоль стен, но гораздо уютнее и заметно функциональнее. Помимо небольшой жаровни с камнями в углу, прямо посреди комнаты располагалась небольшая деревянная купальня, уже заполненная тёплой водой. Возле неё стоял столик, на котором лежали мочалка, связанная из грубой пакли, кусок мыла и несколько странных металлических скребков. На кой чёрт нужны последние я не знал, но по большому счёту мне было глубоко наплевать. Мыла и губки будет более чем достаточно. В дальнем углу, том, что напротив жаровни с камнями, располагалось большое ростовое зеркало. К нему то я в первую очередь и направился.

Из отполированной до блеска серебристой поверхности, на меня смотрел мрачного вида тип. Густые чёрные, поблёскивающие от засаленности космы, ниспадающие на бледноватый, перечёркнутый ниткой бугристого шрама лоб. Не помню где его получил. Точно не в бою. Может храмовники оставили на память, пытаясь снять с меня скальп? Или хлыстом попали? Хер его разберёт. Чуть ниже была линия бровей, из под которой смотрели серые, колючие глаза. Переносицу перечёркивал глубокий тёмный рубец, заходивший на левую щёку и правую сторону лба. Радовало только то, что именно в части носа он был совсем тонким и поверхностным. Не доставал до хряща. Три бледные полосы на щеке с неровными рваными краями, тонувшие в густой чёрной щетине. Это мы уже видели. Усы, борода. Слишком длинная и уже начавшая обрастать колтунами. И несколько новых неглубоких шрамов вокруг рта. Наверное поход к церковному дантисту прошёл не слишком удачно. Брыкался, отбивался и получил щипцами по роже.

Да уж. Прэкрасный прынц, ничего не скажешь. Встреть тот юный наивный мальчик, что прибыл в этот мир с год назад, меня нынешнего, да ещё и где-нибудь посреди тёмного проулка… Ох чую, наложил бы тот, старый я, сначала в штаны, а потом бы и вовсе помер от страха. Больше всего напрягал взгляд. Холодный, колючий и не выражавший абсолютно ничего. Взгляд удава, собирающегося сожрать кролика. Что-то в нём изменилось в последнее время. И совсем не в лучшую сторону.

Так, ладно. Что имеем, то имеем. Надо это отмыть, как следует. Я подошёл к лавке и принялся стягивать с себя гамбезон. Он вонял потом, морской солью и слегка задубел, поэтому справиться с ним получилось не сразу.

— Вам помочь раздеться? — поинтересовалась служанка, до сих пор мявшаяся у входа. Вполне симпатичная светловолосая девочка. С хорошо сложенной миниатюрной фигуркой, невинным личиком и большими голубыми глазами. Я б может даже попытался бы за такой приударить, если б не был скован негласными обязательствами по отношению к другой даме. Впрочем, скован, наверное, неправильное слово. Я просто её любил, и не хотел делать ей больно.

— Нет, спасибо, справлюсь сам, — бросил я, стягивая с себя мокрую от пота нательную рубаху. Сзади послышался сдавленный вздох удивления, в котором угадывались и нотки испуга. Увидела мою спину. Впрочем, служанка быстро пришла в себя и снова поинтересовалась.

— А помыться?

Предложение было соблазнительным, но мне вновь пришлось отказаться. А заодно кое-что ей разъяснить.

— Нет, благодарю, — покачал я головой, начав расстёгивать пояс, — И впредь такие вещи мне не предлагай. Особенно при посторонних. Поверь мне, это для твоего же блага. Целее будешь.

— Может тогда… — голос служанки сделался неуверенным. Она замолчала на несколько мгновений, но затем всё-таки продолжила мысль, — Я Альсина позову? Это молоденький мальчик…

O tempora, o mores! (О времена, о нравы!) Если мужчина не пытается задрать юбку первой попавшейся навстречу миловидной мордашке, то, наверное, он педик и ему нужно предложить «мальчика». Жёваный крот, куда же катится этот мир? Такое чувство, что конец света уже наступил, просто его никто не заметил, поскольку чистилище не слишком то отличается от той жопы, в которой местные жили раньше.