Чтение онлайн

– Есть что сказать? – спросила Каз.

– Нет. Едем? – Валлет обернулся к Вегарду.

– Дакин? – позвала Каз. За время разговора монах так и не сдвинулся с места, не отвёл взгляда от пожарища. – Куда ты теперь?

– Моё предложение в силе, – напомнил Валлет и скрестил руки.

Подозрительно стихло. Нет, птицы пели, где-то далеко в поле работали люди, лаяли собаки, и коровы мычали, никакого затишья перед бурей. Это Клаудия перестала перебивать чужие разговоры: стояла в сторонке, поддерживая раненую руку, и пялилась в землю пустым взглядом. Ох, не хотела бы Каз попасться карге на глаза, когда та придёт в себя.

– Едешь? – повторил Валлет.

– Ему нечем тебе заплатить, – вклинилась Каз. Надо же предупредить монаха, чтобы не попался, как она. Княже цыкнул на Казимиру.

Дакин ещё раз обернулся на пепелище, взвесил цепь на руке и спросил:

– Куда едете?

– Так бы сразу, – огрызнулся Валлет.

– Пока до Мехшеда, – сухо ответил Вегард.

Несколько секунд Дакин молчал, что-то взвешивал в мыслях, прикидывал.

– До Мехшеда поеду с вами, – сказал он.

И свита Валлета поплелась к дороге – туда, где вчера они оставили машину и мотоцикл.

Казимира шла с трудом, каждый вдох-выдох сжимал грудную клетку, каждая кочка в траве лезла под ноги. Перед глазами всё ещё то вспыхивал дом, то мелькали грязные ботинки, то блестел прут, которым её били.

– Эй, княже, – просипела Казимира. Валлет вышагивал впереди и нервно обернулся на зов. – А когда доберёмся до следующего Белого Храма, – пришлось перевести дух, чтобы продолжить, – ты пошлёшь новых головорезов сжечь и эту деревню?

Дакин повернулся к ней, но ничего не спросил.

– Пожалуй, так и сделаю, – сказал Валлет на удивление спокойно. Каз ждала куда более яркой реакции. – Возражения? – его голос дрогнул. – Пара нравоучений? Или крови в рот набрала? – Валлет оглянулся. Хмурый, взбешённый, он тяжело дышал и напрягал верхнюю губу.

– Ан, – позвал Вегард, который шагал последним, поддерживая Клаудию.

– А ты даже не начинай! – Валлет развернулся на пятках и ткнул пальцем в его сторону. – Я был уверен, что ты там сгорел или сдох под обломками!

Вегард поравнялся с Арианом, положил руку ему на плечо и попытался отвести в сторону.

– Нет! – Валлет вывернулся из-под его ладони. – Ты меня выслушаешь.

– Выслушаю, – пообещал Вегард и снова потянулся к Ариану.

– Они заплатят.

– Ан.

– Они чуть не убили Клаудию, пока ты торчал зафери знает где, а эта была бесполезна!

– Ан, прекрати на неё срываться. Им с монахом больше всех…

– Ты прав, – выдавила Казимира. Думала, что они не услышат, но оба обернулись.

– Кто? – Валлет нахмурился и никак не мог отдышаться.

– Ты.

– В чём?

– В том, что я была бесполезна, – выдавила Каз, чувствуя, что не только синяки мешают говорить. – Что они заплатить должны.

– Нечего ему поддакивать, – осадил её Вегард. – Ан, послушай, эти люди…

– Молчать, – рявкнул Валлет. Он стоял к Вегу боком, глядя сверху вниз, и сплюнул в сторону.

Расправив напряжённые плечи, Вегард убрал руки в карманы брюк, медленно кивнул. Может, князь и был выдрессирован, но хватало его ненадолго.

– Потом поговорим.

Ариан пошёл дальше по высокой траве, будто ничего не услышал.

– Должны заплатить, это верно, – продолжил он. Поднял голову, сощурился на горизонт. – Я этого не забуду.

Машина и мотоцикл уцелели. Ох, если боги столько благоволят Казимире, какова же будет цена? Может, сломанные рёбра, разбитое лицо, возможное сотрясение мозга, вывих плеча и два десятка синяков? Достаточная плата?

Вегард без просьбы Каз сел на мотоцикл. До реки добрались быстро и в тишине, в небольшом лесу разбили лагерь. За ночь никто толком не поспал, и теперь один только Дакин не клевал носом, хотя синяки под его глазами занимали почти пол-лица.

– Схожу к реке, воды наберу, – сказала Казимира тихо. Вот уж не думала, что Валлет найдёт слова, которые смогут её пристыдить. Всю дорогу у Каз в ушах звучало его «эта была бесполезна».

– Я помогу, – вызвался Дакин и подхватил канистру для воды.

Ариан никак не отреагировал, только сонно жевал остатки вяленого мяса. Вегард проводил их напряжённым взглядом.

Когда Каз и Дакин вышли к реке, он спешно набрал воды и заторопился обратно со словами, что не хочет мешать.

– Плескаться голышом я тут не собираюсь, – сказала Казимира. – Можешь остаться, самому же умыться надо.

Пока Каз смывала грязь с волос, лица, шеи и руки, пока полоскала горло, выкашливая остатки гари, промывала нос и уши, Дакин разделся по пояс и вошёл в реку. Вода была ледяной, у Казимиры немели пальцы, ныли зубы и каждая косточка, а кожа головы гудела от холода. Монах же, похоже, был закалённый. Каз села на поваленное дерево на берегу, перевесила волосы через плечо и подставила спину солнцу, чтобы скорее отогреться.

Подпаленный балахон Дакина и выцветшая рубаха остались здесь же, на ветке. Каз перевела взгляд на монаха в воде. Его бледный торс усеивали шрамы и синяки, старые и новые. Обе руки от запястий до лопаток покрывали зажившие ожоги и мелкие татуировки-треугольники. Каз не хотела его рассматривать, но интерес был сильнее: она никогда не видела Чёрных Монахов без балахонов.

– Что? – спросил Дакин, стоя по колено в воде.

– Откуда у тебя столько шрамов?

– Коруфу, – сказал Дакин и сразу поправился: – Зафери. – Он ополаскивал руки до плеч, морщился от каждого движения, каждого наклона. Дакин набрал ладони, чтобы умыться, но замер над водой на пару секунд. Молитву читал? – Перед уходом наносят увечья. Мы берём их под контроль, впускаем в свои тела, кормим своей энергией, но в момент изгнания их не сдержать.

Кажется, таких длинных реплик за раз он ещё не произносил.

– Я такое видела. Однажды. – Каз хотела подтянуть к себе колено, но рёбра напомнили, что это плохая идея. Пришлось выпрямиться и прижать ладонь к боку, успокаивая тело.

Дакин вышел из воды и надел рубашку. Длинные волосы легли на плечи, и ткань быстро намокала. От одного этого вида Казимиру пробирала дрожь, но Дакин словно ничего не замечал.

– Что именно видела? – переспросил он.

С секунду Каз подбирала слова: