Дорога праха
Шрифт:
– Надо? – Вег протянул точильный камень.
– Зафери, да, но этот меч ничего не спасёт, кузнец нужен. – Каз помолчала и мечтательно добавила: – Где-то в оружейных Гур висит отличный меч. Полуторник, кожаная рукоять, утяжелённая гарда и навершие, что череп пробить можно. Отличная сталь, фийовская. Мастер из Мехшеда, кстати, делал.
Вегард покивал, слушая её.
– Неплохо.
– Было. Пока у меня его не отобрали. – Каз осеклась. Впервые со вчерашнего дня они заговорили о Гур и её заключении.
– Хм. – Вег ещё раз провёл камнем по лезвию ножа. Дз-з. – А когда ты сбегала, – начал осторожно, – как раздобыла мотоцикл?
– Угнала из гаража.
– И никто не заметил? – Он оглянулся, будто пытался поймать на лжи.
– У меня был… – Каз поводила головой, придумывая формулировку. – Отвлекающий манёвр.
Вег приподнял брови, ожидая продолжения.
– Я подожгла одну из башен, – будничным тоном ответила Казимира.
– Ха! Неплохо. – Вегард открыл рот, словно ему было чем ответить, поделиться какой-то своей историей, но промолчал. Вернулся к ножам, изредка поглядывал в ту сторону, куда ушла Клаудия. Всё время он присматривает за каждым из них.
Секунд десять Каз боролась с собой, прикусывая щёку изнутри. Вопрос жёг язык, но тема казалась слишком личной, не спугнуть бы его, не оттолкнуть напором.
– Могу я о чём-то спросить?
Вег глянул через плечо. Она расценила это как разрешение.
– Ты против убийств, но, когда пришли ассасины, не раздумывал. – Казимира смотрела только на тучи, что собирались у горизонта. – Я видела.
– Выхода не было, – просто ответил Вегард и взял следующий кинжал. Дз-з.
– Был. Сбежать. – Каз пожала плечами. – Оставить меня с ними разбираться. Это же не твоя проблема.
– Не было выхода, – отрезал он. Не грубо, не холодно. Так же бесстрастно, как точил ножи.
– Это что-то меняет? – Каз чуть подалась вперёд, чтобы видеть его лицо, но то ничего не выражало. Расслабленные скулы, сосредоточенный взгляд. – Условия, при которых ты… прольёшь кровь, назовём так.
Вегард остановился на секунду, но снова вернулся к точильному камню. Дз-з. Дз-з-з.
– Почему ты спрашиваешь?
Казимира оглянулась на тучи и ответила тихо, чтобы не услышали посторонние, чтобы было легче признаться себе:
– Никогда не была по эту сторону. Того, у кого есть выбор. Интересно.
– Меняет. – Он помолчал, наверное, подбирая слова. – Меняет то, что я о себе буду думать.
Его жесты, мимика должны были сказать то, что не выдавали слова и тон, но лицо оставалось непроницаемо.
– Как меняет?
Вег шумно выдохнул, опустил руки. Останови меня, если тебя раздражает эта тема. Просто скажи, и я отстану.
– Это ведь разное – убить кого-то ради забавы или ради защиты близких.
Каз нахмурилась. Близких? А, заказ на Валлета.
Клаудия уже возвращалась к дороге, задирая подол плаща и бурча что-то под нос. Казимира соскользнула с капота и сказала, пока была возможность:
– Спасибо, что поделился.
Она не стала говорить, что такая защита долго не выстоит. Когда-нибудь Вегарда это сломает.
Необходимость убивать ради Ариана Валлета его сломает.
Ещё два дня ушли на дорогу. Уже чаще встречались постоялые дворы, где за пару монет предлагали постель, еду и горячую ванну.
В очередном безымянном заведении остановились на завтрак, но Валлет не притронулся к своему кофе, пока не пересчитал деньги.
– До Мехш… Меш…
– Мехшеда, – подсказал Вегард по слогам.
– Вот до него денег нам не хватит. – Валлет швырнул на стол скромный кожаный мешочек, из которого выкатился медяк и закрутился на месте. Ариан прихлопнул его, как муху. – Я всё посчитал. Остановки, провизия – мы ровно укладываемся в шестьдесят один касими [24] .
24
Материковая серебряная монета.
– Ровно?
– Ага. Ни медяка лишних. Хотел по пути войско нанять, а теперь ни хера.
За столом стихли, только нож и вилка Вегарда скрежетали по тарелке. Каз поморщилась и заговорила, чтобы заглушить этот звук:
– До столицы примерно день пути. – Она откинула голову на спинку стула. – Там поживимся.
Казимира не видела этого, но почувствовала, как Клаудия повернулась к ней, вперилась взглядом. Её бы воля – когтями бы вцепилась.
– Ты смеешь предлагать его светлости воровство?
– Нет, что вы, – наигранно отозвалась Казимира. – Пусть лучше раздаёт чужое.
Разумная часть Казимиры уже успокоилась и согласилась – это было самое выгодное, простое и быстрое решение. Эмоциональная же представляла, как переломает Валлету все пальцы. Хрусть. Хрусть. Один за другим. А потом и руки. Хрусть. Хрусть.
– Можно продать машину и взять лошадей, – предложил Вегард. – Медленнее, но дешевле.
Валлет закурил, покрутил в пальцах сигарету, полюбовался синеватым дымом.
– Хорошо, в столице решим. – Он махнул рукой, и пепел упал на край карты, что лежала на столе. Запылённая, пропахшая машинным маслом и гвоздичным дымом, с подпаленной канвой. Теперь вот мокрые бурые пятна проступили на Каллгире и других горных княжествах. Каз это показалось дурным знаком. Ариан переспросил: – Как, ещё раз, называется город?
– Лахм, – повторила Казимира. – Думала, будущие князья должны хорошо учиться, ваша разорённая светлость.
– Князья должны выучить только границы собственных княжеств, – проговорил Валлет лениво. – Чтобы знать, куда их расширять.
Каз приподняла бровь, медленно кивнула.
– Не удивлена, что ты из Монтанье.
– М?
– Там все такие пафосные.
Ариан пожевал губу, затушил сигарету в своём блюдце и посмотрел на Каз, вздёрнув подбородок. Будто вызов бросал – давай, что ещё придумаешь. Клаудия кашлянула.
– Ты даже не торговался, – процедила Казимира, пытаясь выдержать взгляд чёрных глаз. – Четыре карисоса [25] ! Где ты видел такие цены?
Да-да, разговаривать с князем в таком тоне – верный способ лишиться головы. Пусть попробует.
25
Материковая золотая монета.