Дорога в дюны
Шрифт:
Силк нагнулся к соседу справа и тихо процедил сквозь зубы:
– Ты не о том, волнуешься. Еще раз скажешь что-нибудь подобное - и не дойдешь не то что до карьеров, но и до перевалочного лагеря у "диких" не дотянешь.
Ближе к обеду пленников стали поодиночке отводить в сторону леса, для того чтобы они могли справить естественную нужду. Буре, Силку и Керну в отличие от других мужчин руки не развязывали. В результате произошла небольшая пертурбация. Слева от Силка по прежнему сидела девушка, а вот справа теперь очутился Керн и даже Бура стал виден через несколько голов.
– Командир не важно выглядит - поделился Силк своими впечатлениями с товарищем.
– Две раны - их и не перетянули толком.
Немного помолчали, потом Керн спросил:
– Чего делать будем?
Вместо ответа Силк кивнул на воткнутый в землю штырь. Керн в очередной раз тряхнул головой: видимо все еще сказывались последствия удара головой в таверне Хоша - и непонимающе уставился на товарища.
– Он их разделил - тихо пояснил Силк.
Увидев вновь непонимание в глазах товарища, решил объяснить по-другому, понизив голос до минимума:
– Теперь мы люди Хода. Док говорил - он своих не бросает. Да и без его слов понятно, что у нас появилась лишняя купеческая гарантия на наши жизни. А вот эти ребята - тут он кивнул на бандитов - Уже покойники.
– Ночь наступает, Маг Искажений идет - чуть громче чем следовало произнес Керн при этом улыбнувшись.
И тут же получил ощутимый тычок под ребра от товарища:
– Тихо ты - прошипел Силк.
Заметив странную активность, охранник подошел поближе:
– О чем шепчетесь?
– Мага Искажений вспомнили. Наверное, думают, что он их освободит - "сдал" их кто-то со спины. Судя по голосу, то самый тип, которому Силк обещал короткую дорогу.
Стражник почесал пузо и с важным видом произнес:
– Он вам не поможет. Наоборот, именно благодаря ему мы теперь контролируем этот путь, а то раньше "серые" не давали нам развернуться.
Поделившись столь "ценной" информацией охранник через минуту возвратился на свое место.
"У тебя будет возможность его лично поблагодарить" - подумал про себя Силк.
Девушка посмотрела на наемника и спросила:
– Кто такой Маг Искажений?
Несмотря на большое желание ее успокоить, Силк вынужден был лишь пожать плечами, решив, что педалирование этой темы среди пленников Ход потом не одобрит.
– Говорят, он вырезал всех "серых" в Форлане - ответил кто-то сзади.
– Так то они его жинку с детьми порешили, вот он их и вырезал, а до наших пленителей ему дела нет - возразили ему.
– Может и до них руки дойдут - мечтательно протянул кто-то.
– Разговорчики!
– рявкнул охранник.
Все замолкли. Через некоторое время Силк решил нарушить тишину, шепотом обратившись к девушке:
– Как тебя зовут?
– Алисия - так же тихо отвечала она.
– Все будет хорошо, Алисия.
– Тебе то откуда знать?
– Я всегда выкручивался из неприятностей, а раз ты рядом со мной, то и тебе повезет.
– Мне уже везет - скептически произнесла Алисия и шмыгнула носом.
– Ноги мерзнут?
– Ага.
– Ты красивая, Алисия - невольно вырвалось у Силка.
Девушка удивленно смотрела на него пару мгновений и, не выдержав, затряслась в немом смехе. Потом, немного успокоившись, произнесла:
– Странный ты - нашел место, где клинья ко мне подбивать.
– А я никогда не унываю - улыбнувшись, ответил Силк - И на счет выберемся: я серьезно - верь мне.
Вдруг над поляной разнесся отборный мат. Когда Силк увидел источник нецензурных выражений, ему поплохело: к пленникам медленно двигался Хмарь.
– Чтобы он не говорил - не смотри ему в глаза - успел он шепнуть Керну.
Бывший "начальник трактира" выглядел не так плохо, как могло бы быть после потасовки в заведении. Была ли тому причиной хорошая конституция, унаследованная от предков, притворство о серьезности своих ран перед "главнюком" или что-то выпитое у костра - не столь важно, как то, что он хотел отмщения за перенесенное унижение.
Видя, что Керн с Силком не реагируют на провокации, Хмарь подошел к Буре. История с подначками повторилась с той лишь разницей, что бандит стал детально расписывать, что именно он собирается сделать с близкими наемника.
В конце концов, видимо у Буры не выдержали нервы, он поднял голову и тихо произнес: "копец тебе, Хмарь - беги пока можешь".
В этот же миг в голове Силка пронеслась мысль: "ты что творишь, капитан?!!", но слова были сказаны, и судьба вновь стала неумолимо раскручивать свои жернова.
Хмарь рывком поднял Буру с земли, сам при этом заметно покачнувшись. Потом вытащил нож. Стоявший неподалеку охранник немедленно отреагировал:
– Хмарь, ты хозяин в трактире, а здесь у нас свои порядки - не забывай!
– Не плачь - правила я знаю. Я выплачу хозяину полную стоимость этого куска мяса - ради такого дела не пожалею часть своих сбережений.
Растерявшийся от этой выходки охранник перевел свой взгляд к центру поляны, туда, где находилось его непосредственное начальство. В ответ один из разбойников с широкой окладистой бородой неопределенно пожал плечами и махнул рукой, давая понять: "пусть делает, что хочет - горбатого все равно только могила исправит".
– Дурак ты, Хмарь, но раз так - дело твое - пришлось отступиться охраннику.
На Буре затрещала одежда - это Хмарь, не особо церемонясь, стал разрезать одеяние на пленнике: на ногах и туловище наемника появились кровавые полосы, оставленные кончиком ножа. Когда Бура оказался совершенно гол, Хмарь схватил его за волосы и стал демонстративно водить перед пленниками, выкрикивая женщинам поднять глаза и посмотреть на этого красавчика.
Видимо, позора устроенного Буре, оскорбленному "начальнику трактира" оказалось мало, и тогда он привязал капитана к одной из лошадей, став нарезать круги по самому краю поляны. В конце концов, и это развлечение ему надоело. Он остановил лошадь прямо напротив Силка и Керна, крикнув: