Дорогами чужих Жизней
Шрифт:
Мне надоело безвольно мотаться в крепких руках, и я с трудом встала на ноги, положив ладони на вздымающуюся мужскую грудь. Темно-русые волосы спадали на лицо, раздуваясь от тяжелого дыхания.
– Нет, не думаю. И я тоже лишилась семьи, поэтому могу тебя понять. Только, пожалуйста, хватит меня трясти, а то я и так неважно себя чувствую.
Вольвгант дернулся, будто очнувшись от забытья, несколько раз моргнул и негромко сказал:
– Прости. Я, наверное, погорячился.
Я не ожидала каких-либо извинений от волколака, поэтому глупо раскрыла и закрыла рот. А, потом, не задумываясь о последствиях, крепко обняла мужчину. Тот беспомощно опустил руки, но не отстранился. Его кожа пахла чем-то терпким, бьющим в голову.
– Если хоть одна живая душа об этом узнает - ты труп.
Я засмеялась, и в то же мгновение мир пошатнулся. Сделав пару шагов назад, я почувствовала, как в очередной раз проваливаюсь в темноту. Ощущала, как волколак, укладывает меня на свою кровать, как убирает с лица волосы. Ощущала холодные пальцы на лбу. Слышала, как он встревожено зовет меня по имени. Слышала, но ничего не могла поделать. Тело налилось свинцом, а затем исчезли все звуки с ощущениями. Мир перестал существовать.
...она бежала по тускло освещенному коридору, больше всего на свете боясь не успеть. Босые ноги гулко шлепали по натертому до блеска черному мрамору, которым был выложен пол. Воздух с хрипом вырывались из груди, перемешиваясь с проклятиями.
До заветных дверей оставалось несколько коридоров и пара ступеней. Она хорошо знала место, где сейчас находилась, но оно не являлось ее домом. Четверо стражей перегородили путь. Глупцы, невозможно сдержать ураган, достигший своего апогея! Не в ее привычке убивать, но сегодня все изменилось. Предатели должны понести наказание.
Приходится действовать в слепую, полагаясь лишь на полученные в детстве уроки. Тонкий кинжал безошибочно находит слабые места, освобождая проход. Мертвые тела бесшумно оседают на мрамор, словно алые лепестки маков.
Еще немного и она достигнет цели...
Холодный пол заставил поежиться и с натугой открыть глаза. Я лежала около входной двери, не имея ни малейшего представления как здесь оказалась. Все тело ломило. Я поморщилась, встав на трясущиеся ноги, и с трудом дошла до кухни.
– Лана, - дрогнувшим голосом начал ведьмак, - опусти, пожалуйста, ножи. Здесь никто не желает тебе зла.
Я окинула тяжелым взглядом испуганные лица мужчин. Глухо звякнула сталь, выпавшая из ослабевших пальцев. Дарен сделал несколько шагов в мою сторону. Его руки светились мягким голубоватым светом. Он вытянул их вперед, показывая, что не представляет для меня опасности.
– Хватит.
– Глаза стали слипаться от успокаивающего действия чар.
Ведьмак раскрыл было рот, но я опередила:
– Только не надо вопросов. Я не знаю, как здесь оказалась и что со мной происходит.
– Вольв, проводи Лану наверх, а я кое-что приготовлю.
– Дар кивнул каким-то своим мыслям.
– Обещаю, что спать ты будешь крепко и без всяких кошмаров.
Я попыталась было отказаться, но слабость, охватившая тело, не позволяла мне сделать и шагу, а уж спорить с ведьмаком - тем более. Без особых усилий волколак подхватил меня на руки и отнес в кровать, накрыв одеялом.
– Спасибо.
– Будешь должна.
– И не надейся.
– Может прибить тебя пока не поздно?
– Иди-ка лучше спать и запри дверь. На всякий случай.
Волколак нахмурил брови.
– С чего бы это? Бояться спятившей девчонки? Вот уж...
– Пошел прочь, Вольвгант.
У меня не было сил на ругань. В комнату как раз вошел ведьмак и, окинув нас внимательным взглядом, обратился к светлоглазому:
– Иди. Дальше я сам.
Мужчина кивнул и молча вышел, оставив дверь нараспашку.
– Вот, держи. Только сразу предупреждаю - гадость редкостная.
– Я знаю, что это такое. Давай сюда.
Запах болотной тины и мяты. Этим варевом я спасалась от кошмаров, что преследовали меня после гибели семьи. Привычно задержав дыхание, я осушила кружку тремя большими глотками и утерла губы тыльной стороной ладони.
– Лунных снов, Лана.
– Ведьмак с минуту постоял около кровати, а затем беззвучно скрылся в темном проеме двери.
***
Утро (если можно считать утром час дня) началось с радостной суматохи и общей атмосферы веселья. Когда я спустилась на кухню, Тари уже вовсю хлопотала около печи, из которой тянулись такие ароматы, что желудок сводило не только у меня, но и у соседей, толпившихся во дворе напротив окна.
– Чего они так смотрят?
– спросила я хозяйку, поежившись от голодных взглядов.
– Таковы традиции, - ответила Тари, не отвлекаясь от готовки.
– Соседи и приехавшие гости должны первые испробовать и одобрить все блюда, которые я приготовлю.
– Ничего себе!
– присвистнула я, с интересом наблюдая, как мои спутники хаотично бегают вокруг длинного деревянного стола, с отломанными ножками. Заметив меня, Дарен замахал руками, явно пытаясь что-то сказать. Я улыбнулась и помахала в ответ.
– А ломать мебель тоже входит в ваши традиции?
– Что?!
Побледневшая хозяйка кинулась к распахнутому окну, хватаясь за сердце. Мужчины, завидев угрозу, поспешно закрыли собой заваленный набок стол и попрятали ножки за спины.
– Дарен! Что там у вас происходит?!
– строго закричала Тари, пытаясь разглядеть потери.
Ее заверили, что все нормально, натянуто улыбаясь и бросая в мою сторону недобрые взгляды. Женщина погрозила им кулаком и вернулась к своим делам, краем глаза следя за возобновившейся суматохой.
– Вот негодники, - беззлобно ругалась хозяйка, замешивая тесто в огромной миске.
– Сколько знаю Дарена - всегда что-нибудь учудит и не признается.
– И давно вы с ним знакомы?
– Давненько, но не будем вспоминать прошлое - негоже это делать в такой светлый день. Мы с тобой потом посплетничаем, если захочешь - лукаво подмигнула Тари.
– Ты, наверное, проголодалась? Возьми кружку и налей во-он из того кувшина свеженького молочка. На столе должны были остаться пирожки, кушай на здоровье!
Я поблагодарила хозяйку и с огромным удовольствием сжевала еще теплые пирожки с мясом. Когда женщина успела их сделать - ума не приложу!
– Тари, а где сама невеста?
– Она сейчас живет у своей подружки, а жених у своего лучшего друга. Они не должны видится неделю ни друг с другом, ни с родителями.
– Время одуматься?
Хозяйка засмеялась и покачала головой.
– А когда все начнется?
– Вечером, когда сядет солнце. Я тебе сообщу заранее, не переживай.
– Спасибо, - поблагодарила я, вставая из-за стола.
– Я могу чем-нибудь помочь?
– Нет-нет, дорогая, сегодня кухня должна лежать только на моих плечах. Таковы правила. Но я буду благодарна, если ты проследишь за этими несносными мальчишками, пока они мне все не переломали.