Чтение онлайн

В указанном тетушкой помещении и правда обнаружилась снедь. Там же были и койки. Но механик от волнения ел без аппетита, хотя раньше ему казалось, что запросто сжует быка, если того хорошо прожарить. А сон и вовсе улетучился. Сверчок мысленно был уже там, у топок.

Дожевывая на ходу кусок мяса, парень пробурчал.

– Спите, а я в машину схожу

Женщины и девушка прекратили есть и удивленно переглянулись. Тая переспросила.

– Куда?

Но механик не стал ничего объяснять, только махнул рукой и вышел.

На двери машинного отделения вполне отчетливо виднелся красный треугольник. Судя по состоянию механизмов двери, ее не открывали давно. Возможно, с той поры, когда с судна ушел последний экипаж. Наверное, любопытных отпугивал значок предупреждения, вот никто и не подходил к двери даже чтобы смазать узлы. Оттого-то кремальера и не крутилась. Только когда парень навалился на колесо всем телом, механизм отчаянно скрежетал и сдался. Сверчок уперся плечом в прикипевшую дверь. Посыпались чешуйки краски и куски уплотнителя, отчаянно завизжали петли, из темного провала пахнуло сырой затхлостью. В темноте, зрением тэпа, механик заметил еле заметное сияние. Изумрудным облачком энергия окутала выключатель и Сверчок, не колеблясь, поднял рычажок. Загорелась маломощная лампочка. Тщательно прикрыв за собой дверь, парень сошел по коротенькой лестнице в машинное отделение.

Под ногами хлюпала вода, пахло затхлостью и ржавчиной. Уже подходя к топкам, Сверчок не питал иллюзий. И окончательно отказался от идеи покинуть на этой посудине "Астрею", когда увидел масштабы произошедшего.

Механизмы были в ужасающем состоянии. Даже некоторые контрольные трубки отгнили. Но если каким-то чудом удалось бы поднять давление в котле до нормы и избежать при этом взрыва, то прикипевшие и поржавевшие за долгие годы детали просто развалятся при первых же оборотах. Надо все промазывать, перебирать...

Сверчок оглядел котельную со странным чувством - смесью жалости, гордости и любопытства. Машина давно мертва. Но зато мало кто может похвастаться, что видел одно из первых вихревых судов с подводным режимом! А то, что это прототип, предок современных "Аистов" - сомнений нет. Но здесь всего по одному: одна топка, один бункер с лотком подачи. И потому, нет клети перегрузчика. Но углу лежали почти начисто съеденные ржавчиной лопаты, которыми кочегары и подбрасывали горючее в топку.

Без перегрузчика требовалось как минимум два человека, чтобы не давать котлу остыть в момент выхода на вихри. Воображение тут же нарисовало картину, как два полуголых, похожих на Юпитера здоровяка поочередно бросают лопату за лопатой брикеты - нет, тогда еще не брикеты - уголь!
– в топку. А механик, время от времени поглядывая на приборы, а их расположение несколько отличалось от принятого сейчас, открывает створки перед каждой полной лопатой и тут же закрывает, чтобы уберечь от жара людей. И пыль от угла висит в раскаленном воздухе кочегарки.

Сверчок обнаружил над головой колпаки вытяжной и приточной вентиляции, а затем, в переплетениях трубопроводов, попытался отыскать приборы. Зачем? Скорее, из любопытства, чем преследуя некую цель. Он довольно скоро обнаружил манометр и протер от потеков ржавчины стекло. На облезшем циферблате теперь не различить цифр. Сверчок осторожно, словно опасаясь повредить, коснулся рычага заслонок топки, навсегда замершего в нижнем положении. Да, вот тут, на этом самом месте стоял механик и поглядывал на растущее давление. А вот и раструб переговорной трубы, чтобы слышать команды вихреоника.

Парень разглядывал устройства древней машины и, когда удавалось сразу разобраться в назначении узла, радовался, словно встретил старинного друга. Казалось, части судна устали ждать благодарного слушателя и сейчас взахлеб, перебивая и споря о деталях, рассказывали случайному посетителю о былых приключениях.

Сверчок провел еще раз ладонью по стеклу манометра, словно хотел во что бы то ни стало уловить вибрацию работающих механизмов, вздохнул и повернулся к машине спиной. Тут же дух разрухи и запустения, стер из воображения запах горящего в топке угля, а ржавчина вновь сделала механизмы грудой металлолома.

Да, удайся Тору задуманное, тут бы и пришел конец Сверчку. Зачем бы тогда капитану такой бесполезный груз, как желторотый механик?

Уже находясь рядом с выходом, Сверчка вдруг осенило. Он вспомнил, что справа, чуть выше топки на "Аисте" была латунная табличка с данными изготовителя машины и названием судна. Может, тут тоже нечто подобное есть?

Парень вернулся и вскоре обнаружил щильдик. На металле полукругом расположились в три ряда знаки, выполненные завитушками, которые можно увидеть только на древних машинах. Вверху - большие вычурные буквы "ОКСМА" Чуть ниже шло "КХМ ? 008 - 03.07.3875" и еще ниже выбито, но уже другим шрифтом, "Тайна".

– "Объединенная компания силовых машин"!
– не удержался от возгласа Сверчок. Аббревиатуру эту он знал благодаря увлечению наставника историей. Уже давным-давно гигантская корпорация перестала существовать. Изменился мир, навсегда исчезла нужда в военных машинах. Многие фабриканты из тех, кто работал на оборонку, разорились. Умерли люди, стоявшие у истоков разработки подобного типа машин, а "Тайна" - один из первых вихревых пароходов, сохранилась. Восьмерка наверняка означала порядковый номер судна. И дата изготовления лохматая совсем.

Дух захватывало от прикосновения к подобной древности. Даже не верится, что так давно придумали вихревые приводы. "Тайна"... А ведь таково полное имя Таи! Выходит, девушке дали имя в честь рыбацкой деревни и некогда сверхсовременного судна, где поселение и обосновалось.

Сверчок вышел и тщательно закрыл за собой дверь. Не стоит трогать сны "Тайны". Ее время ушло, пусть грезит о былом. В каюте все уже спали. Механик снял ботинки и лег на свободную лавку. На жестких досках лежать было некомфортно, но после всего произошедшего парень моментально отключился. И там, в другой реальности он вел "Тайну" к родным берегам. Судно шло на вихрях полным ходом. Вода кипела, мелкая взвесь окутывала корпус туманом из трубы едва не вырывался огонь. А в ходовой рубке, рядом со Сверчком, стояла Кси, а он, одетый в безукоризненно белую капитанскую форму, обнимал хрупкие плечи девушки. Даже пронизывающий холод в помещении казался пустяком. Но вдруг что-то произошло с моторами. Судно затрясло, стало швырять из стороны в сторону. Наверное, началась рассинхронизация, надо вызвать вихреоника. А вот как раз и он на экране - легок на помине. Нелепо размахивает руками что-то кричит. Нет, не он, а она. Вихреоник не мужчина, а седовласая женщина. Илона! Что она кричит? Почему такие странные слова?

– Проснись, Сверчок, проснись!

Механик открыл глаза. Рядом стояла Тая и трясла его за плечо.

– А?

– Проснись же! Надо уходить. Иначе в Машины нам не пройти.

Сверчок уселся на лавке и обхватил руками свои холодные плечи. Все тело сотрясала дрожь и унять ее не очень получалось. Даже зубы стучали! В помещении было очень холодно.

– Да, сейчас...

Собрав волю в кулак механик встал и сделал несколько упражнений. Сильно теплее не стало, но хоть дрожь унялась.

Немножко придя в себя, он огляделся.

– А где дамы?

– Они ушли. Я их вывела отсюда, а дальше Лана покажет дорогу. Там, в Машинах, есть немало укромных мест, куда никто никогда не заглядывал. Они оттуда родом. Выживут. Там друг друга стараются не замечать - город, не то что наша "Тайна", где все люди заодно.

– А я? Мне в этих самых Машинах не сориентироваться.

– Мы с тобой пойдем в северную деревню. Там вчера, говорят, много людей потеряли во время лова - галерея затонула. Им теперь работники нужны: лишних вопросов не зададут.