Чтение онлайн

— Что вы! Если у этого египтянина достаточно денег, он всё приведёт в порядок.

— Вам хорошо говорить, пан каплан, а если мы с ним не поладим? Как потом быть?

— Ну, пан Орловский, ведь вы с ним не рядом будете жить. Он окажется соседом пани Маргиты, — сказал доктор весело.

— Действительно. А кто знает, что за варвар этот египтянин!

— О, восточные люди с дамами очень вежливы, — засмеялся декан.

В конце концов, все, даже молчавший всё это время адвокат, посоветовали пану Орловскому не отказываться от посредничества в этом деле.

Уже сидя за шахматами, они всё ещё обменивались мнениями по поводу этого известия.

— А верно ли, — спросил вдруг декан, — что покойный пан Адам Орловский должен был стать управляющим в Подолине?

Старик, казалось, не слышал вопроса; он углубился в игру; но как раз в этот момент совершил ошибку. Заметив её, доктор под столом довольно чувствительнонаступил на ногу декану, и когда тот посмотрел на него, он многозначительно приложил палец ко рту.

Когда партия была окончена и хозяин вышел, чтобы распорядиться насчёт ужина для господ, которых он сегодня не хотел рано отпускать, декан спросил:

— Я, наверное, что-то натворил, пан доктор?

— Почти что, ваше благородие.

— Ну, а как же было дело?

— Управляющим должен был стать пропавший без вести Фердинанд Орловский, хотя он этого и не желал.

— Ну, в другой раз я буду повнимательней, чтобы вы мне не наступали на мозоли.

На дворе бушевала непогода, поэтому пан Николай оставил своих гостей у себя на ночь. Он очень беспокоился о Маргите, опасаясь, не чувствует ли она себя одинокой в Горке, и решил больше не оставлять её там одну. Либо он привезёт её обратно, либо сам переберётся туда.

Господа разошлись по спальням, старик с деканом остались ещё посидеть у камина. Оба они обычно поздно ложились спать.

А декан уже давно ждал удобного момента для разговора.

— Что я, собственно, хотел спросить, — начал он, закуривая сигару. — Получила ли уже молодая пани Орловская святую фирмацию?

— Нет ещё, ваше священство.

— Вот как раз и удобный случай будет. Летом в М. приедет его священство епископ, и многие молодые женщины и девушки собираются поехать к нему.

— Я рад, что вы мне напомнили об этом, ваше священство, ибо до сего дня у меня ещё не было возможности поговорить с внучкой об этом.

— Я верю вам. Я бы никогда первым не начал разговора об этом, если бы не узнал, что пани Орловская в пансионате в А. не обучалась нашей религии. Извините, что я об этом говорю, но по другим предметам она так успевала, а этот, главный предмет, совершенно запущен. Упущенное надо наверстать. Мы также не знаем, коммутирована ли молодая пани, знает ли она порядок святой мессы. И перед своим бракосочетанием молодые ко мне не приходили для собеседования, и причастия не принимали.

Конечно, это всё так получилось из-за поспешности их бракосочетания, это можно извинить и исправить. Она не была к этому приучена, а к чему человек не приучен с детства, то и легко запускается.

Пан Николай помрачнел. Что правда, то правда: кроме как на Пасху и на рождество, он никогда не ходил в церковь. Но покойная его жена и Адам посещали её прилежно. И Маргите надо бы ходить в церковь. Однако очень возможно, что она действительно не имеет понятия о святой мессе. Посещая богослужение, люди могли заметить её неосведомлённость, и это смутило бы её.

Собственно, для того он и взял её от матери, чтобы вернуть в лоно католической церкви.

— У вашего священства теперь есть каплан — энергичный, образованный человек. Он бы мог преподать моей внучке то, что ей необходимо знать, чтобы стать доброй благочестивой католичкой.

— Похвальный план, ваша милость! — одобрительно произнёс декан. — Мы сделаем это так незаметно, что об этом никто, кроме нас четверых, ничего и не узнает.

Общество будет думать, что каплан играет с нами в шахматы, а он в это время будет преподавать молодой пани истины нашей святой церкви. Нескольких часов будет достаточно, остальное пани Маргита найдёт в хороших книгах, которыми мы её обеспечим.

— Благодарю вас, ваше священство! У меня камень с души упал.

Договоритесь, пожалуйста, с капланом. Разумеется, он получит хороший гонорар, особенно, если будет молчать и общество не узнает о неосведомлённости моей внучки в вопросах нашей религии.

— Разумеется, каплан будет молчать, как могила; ведь он исповедник.

До поздней ночи длился разговор о судьбе Маргиты Орловской, которую хотели таким лёгким способом вернуть в лоно святой церкви, к которой она принадлежала через крещение.

Если бы каплан знал, какие новые приятные обязанности его ждут, он, наверное, от одних добрых намерений не смог бы заснуть.

А Маргита? Как всё же хорошо, что будущее наше нам неведомо!

ГЛАВА СЕМНАДЦАТАЯ

Примерно в то самое время, когда пан Орловский заметил наступление непогоды и распорядился об ужине, на станции Подград остановился скорый поезд. Маргита Орловская быстро вышла из вагона и стала искать извозчика. Так как она приехала в Орлов без предупреждения, дедушка не послал за ней, как обычно.

Сегодня по почте она получила письмо, и какое!

«Дорогая, любимая Маргита!

Я не могу уехать, не простившись с тобой хотя бы письменно, незнакомая моя сестра. Как бы мне хотелось увидеть тебя! Если бы вы, отец и ты, знали, как я тосковал, вы бы не боялись расстроить меня, и ты пришла бы ко мне. А теперь уже поздно.

Завтра утром мы уезжаем. Но я верю, что желание моего сердца исполнится. А пока всего доброго желает тебе, любимая моя сестра, твой Николай».

Какое письмо! Некоторое время Маргита стояла, совершенно потрясённая. Зачем она добровольно отказалась от радости увидеть брата перед отъездом, опасаясь навредить ему? А он тосковал по ней! Каким-то образом он узнал, что отец её посетил, что они примирились. Может быть, сам отец сказал ему об этом. А теперь действительно было поздно. Завтра он должен будет уехать с неисполненным желанием, и пройдут недели, пока он вернётся.

Что делать? Писать или телеграфировать? Выйдет слишком холодно.

Но ведь сейчас только первый час, а скорый поезд будет в пять.

Но он в Подолине, на последней станции до Боровцев, не останавливается, а до М. три часа езды.

Превозмогая своё волнение, молодая женщина пошла к пани Боровской, от которой узнала, что теперь, при хорошем санном пути, из Горки в М. можно доехать за два с половиной часа. Маргита написала учителю Галю, что ей необходимо уехать и что сегодня занятий не будет. Затем она сделала некоторые распоряжения и переоделась. За это время запрягли, и добрые кони повезли её в М,.