Чтение онлайн

Мои колени вдруг ослабли. Желудок скрутило, и пришлось собрать все силы и волю, чтобы не рухнуть наземь, пока его горячее дыхание ласкало мое голое плечо.

– Jok_46897. Ты определенно знаешь, о чем я говорю, Дарси. Верно?

Мой профессор наблюдал за тем, как я удовлетворяю себя на камеру.

Вот же. Гребаный. Боженька.

Мою грудь сдавило. Это было так унизительно. Больше, чем что-либо, а еще разрушительно. Мысли о последствиях происходящего наводнили мой разум так быстро, что я не могла разложить их по полочкам и разобрать по порядку. Не понимала, что будет дальше, хотя и знала, что именно сейчас происходит. Случившееся было абсолютно ненормальным. Этого не могло происходить на самом деле.

– Я не понимаю, почему вы мне это говорите, - сказала я тихо. Мой голос дрогнул, и я ненавидела себя за то, что проявила слабость.

– Потому что, - пробормотал он.
– У меня есть то, что нужно тебе. А у тебя есть кое-что, чего хочу я.

– Вы... Вы меня шантажируете?
– я вытянула руку и сбросила его ладонь со своей шеи. А затем сделала шаг в сторону.

В его глазах пылало веселье, но еще я видела в них тень раздражения, скрытой под некой пеленой.

– Предлагаю соглашение, - поправил он меня.
– Выгодное для нас обоих, потому что обе стороны получат желаемое.

– Верно. Я попалась, - я не хотела этого сознавать, но меня загнали в угол.
– Я знаю, чего хочу. Но что у меня есть такого, что нужно вам?

Он выгнул бровь.

– Тебе и правда нужен мой ответ на данный вопрос?

Нет, не нужен. Мне бы хотелось не знать ответа, но я знала.

– Вы хотите меня, - я не спрашивала. В этом не было нужды. Я просто констатировала очевидное.

– Да, Дарси. Я хочу тебя. Я хочу тебя трахнуть, - он сделал шаг мне навстречу.

Я непроизвольно глубоко вдохнула. И моя грудь соприкоснулась с его, отчего соски тут же отреагировали на контакт.

– Я так сильно хочу тебя трахнуть. Если бы ты только представляла, как сложно учить тебя истории, когда все, что я могу видеть, так это как твои пальцы скользят в узкую киску... Верь мне, когда я говорю, что хочу трахнуть тебя так неистово, что кончая, ты даже не сможешь закричать.

В ответ на его слова моя киска сжалась. Иисусе, нет. Я не могла так на него реагировать. Мое тело предавало меня.

Он был моим профессором.

И он был абсолютно, определенно, на все 100% под запретом, и ни за что на свете я не собиралась позволять своей киске вогнать коготки в его член. Не важно насколько он был красив или какие чертовски возбуждающие вещи говорил. Это было неправильно.

– Я хочу тебя до конца этого семестра, - продолжил он, ни на секунду не разрывая зрительного контакта.
– И затем ты получишь свое письмо.

– А если я откажусь? Что, если расскажу кому-нибудь об этой беседе?

– Тогда твой маленький секрет больше не будет секретом, так? И кто поверит твоему слову больше, чем моему, хмм?

Сейчас он реально меня шантажировал. И я на хрен ничего не могла с этим поделать. Если мой секрет всплывет, я могу попрощаться с университетом юриспруденции. А может и со всей своей карьерой. Я не знала подробностей последствий своих действий, да и не хотела знать. Я никогда не желала оказаться в положении, когда горит лишь указатель на выход.

– Позвольте прояснить ситуацию, - произнесла я, - если я позволяю вам получить то, что вы от меня хотите на следующие шесть или около того недель, то получу свое рекомендательное письмо?

Он кивнул.

– А если я не стану этого делать, вы расскажите всем о том, чем я занимаюсь, и по сути, погубите ту единственную вещь, ради которой столько работала.

– Ты схватываешь на лету.

А вы - чертов ублюдок.

Он сжал пальцами мой подбородок и наклонился вперед. Его губы оказались в опасной близости от моих, и искушение словно маячило у меня прямо перед лицом.

– Послушай, сладенькая. Может я и ублюдок, но в моей ладони лежит твой билет в будущее. И тебе стоит принять решение до конца следующего занятия по истории.

А это менее, чем через сутки. Я снова ощутила приступ тошноты. Мне стоило знать, что мой род деятельности однажды укусит меня за зад - в конце концов, Джейк предупреждал меня об этом на протяжении двух лет. Я просто никогда не думала, что пираньей окажется мой профессор истории.

– Так мы договорились?

– Я подумаю об этом, - ответила я тихо. Тише, чем по идее я должна была говорить в столь раздраженном состоянии. Прошло уже много времени с тех пор, как я последний раз ощущала такую злость, которая обжигала вены изнутри.

Профессор Китон смотрел на меня в течение длительного времени, его глаза угрожали разрушить, а затем наклонился и поцеловал меня. И скажу вам, он офигенно хорошо целовался. Посреди аудитории, прямо после того, как этот жалкий сукин сын меня шантажировал, угрожая сломать остаток жизни, он меня поцеловал.

У меня возникла мысль врезать ему коленом по яйцам.

Но к сожалению, злость не могла погасить предательское желание, которое распространилось по коже прямо от того места, где наши уста соприкасались. Это желание не угасало и после того, как он отстранился, отпуская меня, и отступил. Самодовольство в его глазах снова вызвало зуд в коленке, но я сдержалась.

Вместо этого просто вытерла губы тыльной стороной ладони. Гордость мгновенно сползла с его лица, но благо я открыла дверь до того, как он сказал еще хоть слово. Я оставила ее открытой, когда развернувшись, бросилась вдоль коридора. Мой шаг был быстрее обычного, и в ту секунду, как достигла парадных дверей корпуса, навалившись на них всем телом, буквально вывалилась наружу.

Когда свежий воздух коснулся лица, отчаянно вдохнула полной грудью. Свежесть осени была именно тем, в чем я нуждалась, и я собиралась наслаждаться ею так долго, как только могла.

Однако наслаждение не входило в мое сегодняшнее меню; реальность происходящего во всей своей уродливой красе шла за мной по пятам.

Мой профессор знал, что я работаю в эротическом чате. Он был клиентом, которого я обслуживала по крайней мере последние два с половиной месяца. Он видел каждый дюйм моего тела, когда я удовлетворяла себя для него, и он видел, как другой парень делал это для меня.

А сейчас собирался использовать это в роли своего оружия. Шантажируя меня. Я была всецело поглощена словами Китона, и у меня не было ни шанса с этим хоть что-то поделать.

Хуже того? Я уже обдумывала его предложение. Несмотря на то, что пыталась убедить себя в обратном, мне нужно было это последнее письмо. Да и в любом случае, у меня не было другого варианта. Если бы отказалась, с его письмом или без оного, все было бы бесполезно.

Но знаете, в чем состояла самая худшая часть всего этого? В том поцелуе. Той легкой затяжной волне, которая, казалось, омыла мое тело жаром.

Это был именно тот поцелуй, который при иных обстоятельствах мне бы очень понравился.