Чтение онлайн

Примерно в это же время на другом фронте в районе Порт-Артура отличились находившиеся там казаки 4-й сотни 1-го Верхнеудинского полка. Несмотря на сложные условия, казаки постоянно вели разведку, а позднее храбро сражались при обороне этой крепости. Затем казаки были переведены в резерв командующего сухопутной обороной Порт-Артура генерал-лейтенанта Р.И. Кондратенко. За совершенные подвиги и проявленный героизм многие казаки сотни были награждены Георгиевскими крестами и медалями, а сама 4-я сотня позже, в 1907 году, была удостоена Георгиевских серебряных труб. Героем обороны Порт-Артура стал командовавший всей артиллерией крепости кубанский казак, генерал-майор В.Ф. Белый [13].

Но далеко не всегда казачья конница действовала успешно на поле боя. Так, казачьи части весьма слабо проявили себя в ходе сражения при Ляояне. В бою 17 августа кавалерийская группа генерала Мищенко не вступила в бой с японской кавалерией и отошла. Создавшееся угрожающее для 1-го Сибирского корпуса положение было исправлено после подхода к группе Мищенко резерва Уральской казачьей бригады. После этого казаки оказали упорное сопротивление наступавшим превосходящим силам противника и остановили его дальнейшее продвижение. В ходе сражения довольно нерешительно действовал и конный отряд генерала Самсонова. Командование этого отряда не использовало представившуюся возможность нанести сильный удар во фланг и тыл японской 12-й дивизии и спасти от поражения 54-ю дивизию генерала Орлова. Когда же она была фактически разбита, спешившиеся сибирские казаки отряда Самсонова в течение суток в упорных боях удерживали стратегически важные позиции у Янтайских копей и практически спасли находившуюся в трудном положении всю Маньчжурскую армию. Проявленное во время этого боя мужество сибирских казаков было особо отмечено главнокомандующим русской армией на Дальнем Востоке генералом А.Н. Куропаткиным. 20 августа по приказу командования русские войска отошли к городу Мукдену.

В начале октября на фронт прибыла 4-я Донская казачья дивизия под командованием генерал-майора М.Н. Телешова. В ее состав входили 19-й, 24-й, 25-й и 26-й Донские казачьи полки и двухбатарейный 3-й Донской казачий артиллерийский дивизион. Примечательно, что перед отправкой дивизии на фронт в Маньчжурию в Персиановских военных лагерях около Новочеркасска находившийся там проездом император Николай II произвел ее смотр и высказал удовлетворение боевой подготовкой казаков. Шестнадцать сотен этой дивизии вошли в западный отряд Маньчжурской армии. В октябре началось и формирование Сводной Кавказской казачьей дивизии в составе 1-го Екатеринодарского и 1-го Уманского казачьих полков Кубанского войска, 1-го Кизляро-Гребенского и 1-го Сунженско-Владикавказского казачьих полков Терского войска. Примерно в это же время 1-я Кубанская и 1-я Терская казачьи батареи были сведены в Кавказский казачий артиллерийский дивизион. В ноябре к отправке на фронт стала готовиться сформированная 2-я Кубанская пластунская бригада в составе 8-го, 9-го, 10-го, 11-го и 12-го Кубанских казачьих пластунских батальонов.

В 20-х числах ноября 1904 года была проведена структурная реорганизация соединений Маньчжурской армии. Входившие в ее состав Западный и Восточный отряды расформировались, вместо них образовывались три армии. В их состав вливались и казачьи отряды, действовавшие в качестве отдельных воинских подразделений. Так, в находившуюся на правом фланге 1-ю Маньчжурскую армию под командованием генерала Н.П. Линевича наряду с другими частями вошли 5-й и 6-й Забайкальские пешие казачьи батальоны, Сибирская казачья дивизия, Забайкальская казачья дивизия. Во 2-ю Маньчжурскую армию под командованием генерал-адъютанта О.-Ф.К. Гриппенберга, находившуюся на левом фланге, были включены 4-я Донская казачья дивизия, 2-я бригада Оренбургской казачьей дивизии, 1-й Аргунский и Амурский казачьи полки. В 3-й Маньчжурской армии под командованием генерала А.В. Каульбарса находились Урало-Забайкальская казачья дивизия, Кавказская конная бригада, 1-й и 10-й Оренбургские казачьи полки и Уссурийский казачий полк [14].

В начале ноября командование русской армии приняло решение о сформировании отдельного большого кавалерийского отряда для активных боевых действий во вражеском тылу. Основными задачами этого подразделения должны были стать многокилометровые рейды по занятой неприятелем территории, разрушение коммуникаций (в первую очередь железнодорожной инфраструктуры), по которым осуществлялась переброска 3-й японской армии из района Порт-Артура, захват и уничтожение обозов и складов противника и, самое главное, занятие одной из важнейших баз снабжения неприятеля и стратегического железнодорожного и морского узла – станции и порта Инкоу. Однако подготовка предстоящего рейда велась довольно медленно, без соблюдения необходимой в таких случаях секретности. О предстоящей операции, по некоторым данным, открыто говорили не только на Маньчжурском театре военных действия, но даже в Петербурге [15]. В образованный сводный конный отряд, состоявший из 72 казачьих сотен и эскадронов регулярной кавалерии, вошли части Урало-Забайкальской казачьей дивизии, 4-й Донской казачьей дивизии, Кавказской конной бригады, трех драгунских полков, четырех конно-охотничьих команд. Общая численность этого отряда составляла 7,5 тысячи шашек [16] при 22 орудиях [17]. Вместе с отрядом должен был следовать и огромный обоз в полторы тысячи лошадей, груженных вьюками с продовольствием. Большой вьючный транспорт и пешие проводники очень сильно сковывали отряд и снижали скорость его передвижения. Но на это важное обстоятельство никто из представителей командования, к сожалению, внимания не обратил. Руководство отрядом поручили генералу Мищенко.

26 декабря отряд тремя колоннами вышел в рейд. По пути его продвижения были уничтожены некоторые мелкие части противника, в двух местах повреждено железнодорожное полотно, захвачено более 500 неприятельских повозок с продовольствием, фуражом и снаряжением. Для штурма Инкоу генерал Мищенко выделил всего около третьей части имевшихся в его распоряжении сил. Но буквально накануне штурма японцы перебросили в город дополнительные части. Поздним вечером 30 декабря пешим строем казаки пошли в атаку на Инкоу. Однако противник сумел организовать сильную оборону и отбил атаку. Неудачей закончилась и вторая атака, в ходе которой атакующие понесли серьезные потери. 1 января 1905 года генерал Мищенко отдал приказ об отходе отряда. Начав на следующий день отступление от Инкоу, русские части были неожиданно атакованы японцами. Их основной удар пришелся на подразделения 4-й Донской казачьей дивизии. В ходе скоротечного, но очень ожесточенного боя 2 января донские казаки, понеся немалый урон, отбили все атаки противника и прикрыли основные силы отряда. 5 января участники рейда возвратились на исходные позиции. В целом отряду не удалось выполнить все поставленные перед ним задачи. Замедлить переброску сил 3-й японской армии на основной участок военных действий в результате рейда не удалось. Потери, понесенные отрядом, составили 39 офицеров и нижних чинов, в основном казаков. Результатами 300-километрового рейда стали захват 69 пленных, уничтожение до трех рот пехоты противника, около 500 повозок с имуществом, поджог нескольких японских складов в пригороде Инкоу [18].

Значительно более успешно действовало соединение генерала Мищенко во время январского наступления русской армии на город Сандепу. После переформирования в его состав входили 42 сотни Урало-Забайкальской казачьей дивизии, 4-й Донской казачьей дивизии, Кавказской конной бригады и 24 орудия 1-й и 2-й Забайкальских и 3-й Донской казачьих батарей. Казачий отряд Мищенко активно поддерживал наступление 2-й Маньчжурской армии. 12 января казаки начали наступательные действия, в ходе которых уже на следующий день части отряда переправились через реку Хуньхэ и атаковали фланг и тыл оборонявшихся японских соединений. В результате уже к вечеру того же дня им удалось охватить весь левый фланг основных сил противника и вынудить его к отступлению. Отмечая успешные наступательные действия казаков, командующий 2-й Маньчжурской армией Гриппенберг направил в адрес генерала Мищенко специальную телеграмму с выражением благодарности. Для награждения казаков отряда было пожаловано по пять Георгиевских крестов на каждую сотню, а наиболее отличившиеся казаки и офицеры были представлены к именным знакам отличия Военного ордена и к внеочередным воинским чинам [19]. Впоследствии, в 1910 году, действия казаков отряда Мищенко под Сандепу специальной военно-исторической комиссией Генерального штаба Военного министерства России по изучению Русско-японской войны были охарактеризованы как «прекрасный образец боевых действий кавалерии в условиях дальневосточного театра военных действий и современной военной науки» [20].

Накануне знаменитого Мукденского сражения конный отряд полковника Я.Ф. Гелленшмитта, в который входили казаки двух сотен 1-го Верхнеудинского полка и по одной сотне от Кубано-Терского казачьего и 2-го Дагестанского полков, совершил успешный кавалерийский набег в глубокий тыл противника с целью разрушения его транспортных коммуникаций. Совершив быстрый многокилометровый переход, умело маневрируя, этот отряд на третий день операции вышел к цели – большому железнодорожному мосту через реку Сяохэ севернее города Хайчена и вечером 8 февраля захватил этот мост. Казаки серьезно повредили железнодорожное полотно, но взорвать мост не смогли из-за недостатка взрывчатки. Выполнив поставленную задачу, они успешно возвратились [21]. Все эти удачные боевые эпизоды весьма красноречиво свидетельствовали, что при грамотной организации и умелом командовании казачьими кавалерийскими частями они успешно выполняли самые сложные задания, дезорганизуя тыловое снабжение и передвижение противника, нанося ему урон и вызывая панику. К сожалению, таких успешных рейдов казачьих отрядов по тылам неприятеля из-за недостаточного внимания к их организации командования было довольно мало. Хотя возможная результативность их действий могла бы оказаться весьма значительной.

Непосредственно в ходе Мукденского сражения в феврале 1905 года отличились забайкальские казаки 1-го Аргунского, 1-го Нерчинского, 2-го Читинского казачьих полков, уральские казаки 5-го Уральского казачьего полка, уссурийские казаки Уссурийского казачьего полка, сибирские казаки 4-го, 5-го, 7-го и 8-го Сибирских казачьих полков, оренбургские казаки 11-го и 12-го Оренбургских казачьих полков, а также казаки 5-го Забайкальского пешего батальона и 4-й Забайкальской казачьей батареи.

После Мукденского сражения русская армия отошла на Сыпингайские позиции. Казачий отряд генерала Мищенко, располагавшийся на правом фланге армии, выполнял задачи по охране этого фланга и ведению постоянной разведки перед фронтом 2-й Маньчжурской армии. Чуть ли не ежедневно казаки участвовали в боевых столкновениях с противником. Так, в середине марта высланная в разведку одна из сотен 4-го Уральского казачьего полка под командованием подъесаула П.В. Железнова неожиданно столкнулась с двумя усиленными эскадронами японских гусар. Несмотря на более чем трехкратное численное превосходство противника, подъесаул Железнов отдал приказ об атаке неприятеля. Неожиданная лихая атака уральских казаков ошеломила японцев. Один из эскадронов бежал с поля боя. Однако оставшиеся японские кавалеристы, видя свое значительное численное превосходство, двинулись навстречу казакам. Завязался беспощадный встречный кавалерийский бой. Благодаря мужеству и высокой военной выучке уральские казаки полностью разгромили противника. За это сражение подъесаул был награжден орденом Святого Георгия IV степени, а наиболее отличившиеся казаки – Георгиевскими крестами [22].

В первых числах мая 1905 года конному отряду генерала Мищенко была поставлена боевая задача – совершить рейд в тыл 3-й японской армии, нарушить работу одного из ее коммуникационных путей и тем самым задержать переход этой армии в наступление. Учитывая предыдущий опыт подобных операций, 4 мая отряд в составе 46 сотен с минимальным объемом снаряжения, двумя колоннами вышел в поход. Правая колонна под командованием генерала Карцева двинулась по бездорожью параллельно дороге на Ляоянвопынь, а левая колонна под командованием генерала Логвинова направилась непосредственно по этой дороге. В боях 5 и 7 мая казаки отряда нанесли поражение ряду частей противника, заняли несколько важных населенных пунктов, уничтожили неприятельский обоз в 800 повозок, захватили много пленных. С боями отряд продвинулся далеко в глубь тыла 3-й японской армии и серьезно осложнил работу ее тыловых структур. Выполнив поставленные задачи, 11 мая отряд возвратился. В ходе рейда казаки убили и ранили 270 японских солдат и офицеров, взяли в плен 234 человека, захватили 2 пулемета, уничтожили несколько неприятельских обозов и складов. Потери отряда составили 37 человек убитыми и 150 человек ранеными [23]. Но самое главное – казаки успешно выполнили трудное боевое задание.

На полях сражений Русско-японской войны казаки многократно демонстрировали образцы личного и коллективного мужества и героизма. Они не только стремились полностью выполнить стоявшие перед ними задачи, но зачастую с риском для жизни совершали подвиги, которые сразу становились известны во всей армии и поднимали боевой дух ее солдат и офицеров. В качестве одного из таких примеров можно привести боевой эпизод, имевший место на участке Сибирской казачьей дивизии. 19 июня солдаты одного из стрелковых полков и казаки-сибирцы выдержали несколько напряженных боев с наступавшими силами противника. Пользуясь значительным численным превосходством, неприятелю удалось несколько потеснить казаков и солдат, которые отошли из одного населенного пункта на новые позиции. Но когда бой уже затих, среди измученных жаркими схватками солдат и казаков пронесся слух о том, что в спешке солдаты не успели вынести из оставленной деревни одного из раненых. Несмотря на смертельную опасность, есаул Егоров с тремя казаками отправился в занятую японцами деревню на поиски оставленного солдата. С большим трудом его удалось разыскать и вынести живым на свои позиции [24]. И таких случаев мужества и отваги казаков было немало.