Чтение онлайн

В среде казачества доминировали тогдашние официальные политико-идеологические постулаты и вытекавшие из них конкретные установки. Воздействие на казаков в целом и на их отдельные социальные слои или группы каких-либо оппозиционных политических партий или организаций и их программных положений было крайне незначительным. Исключение составляла лишь небольшая часть казачьей интеллигенции, разделявшая далеко не все положения кадетской политической программы. Встречающиеся же в эмигрантской литературе утверждения о том, что «большинство казачьей интеллигенции пошло к кадетам» [158], представляются гиперболизированными. Возникавшие благодаря деятельности отдельных радикально настроенных представителей казачьей интеллигенции накануне и в период рассматриваемых событий общественно-неполитические группы, например, такие как «Казачья Воля», «Казачий Союз», «Донская казачья организация» и ряд других, были более чем немногочисленными по своему составу, окончательно неоформившимися по организационному принципу и неопределившимися по основным программным установкам, целям, формам и направлениям деятельности. С очень большой долей условности их можно определить как организации народнического типа. Их влияние на казачество, на его мировоззренческие установки, общие политико-идеологические взгляды и конкретные позиции были практически неощутимыми. В то же время сам факт их возникновения свидетельствовал о начале кризиса господствовавшей официальной идеологии в отдельных группах казачьей среды. В общем и целом революционные события периода 1905—1907 годов и участие в них казачества не прошли для него бесследно. Помимо довольно серьезного воздействия, оказанного революцией на устоявшиеся взгляды и представления казаков, их общие идейно-политические приоритеты и конкретные позиции, она породила и оппозиционные настроения в казачьей среде, носившие как скрытый характер брожений в казачьих воинских частях и станицах, так и открытые антиправительственные выступления, имевшие более радикальный характер.

Одно из последствий – события 1910 года. К этому времени в силу самых разных причин, каждая из которых имела свою конкретную подоплеку, обстановка в станицах Донского казачьего войска стала серьезно накаляться. Доминирующими факторами являлись социально-экономические проблемы казачества, прежде всего растущее недовольство ухудшающимся экономическим положением, малоземельем и т.п. Однако сказались и причины субъективные, а отчасти и мировоззренческие идеологические, связанные с отголосками революционных событий. Весной 1910 года настроения казаков Усть-Медведицкого и Хоперского округов области войска Донского, по агентурным сведениям, становились все более оппозиционными и взрывоопасными. (Как отмечалось в официальных документах, и агрессивными.) В одном из донесений жандармских властей указывалось: «...казаки высказывают сожаление, что подчинились начальству и усмиряли в 1905–1907 гг. бунтующих крестьян(выделено автором данного донесения. – В. Т.), которые и волнуются только потому, что их притесняет несправедливое начальство и богачи-помещики» [159].

В мае 1910 года произошла целая серия волнений в казачьих учебных лагерях на территории Донской области. Первое открытое выступление имело место 17 мая в учебном лагере Хоперского округа. Оно носило массовый характер. Непосредственное участие в нем приняли казаки 1-го и 2-го учебных полков. Причем в данном случае дело не ограничилось одними брожениями и даже открытыми проявлениями недовольства казаков существующим положением в лагерях и станицах. Во время возникшего инцидента произошло вооруженное столкновение с офицерами. При этом казаки пустили в ход пики, офицеры – шашки. Для расследования столь серьезного происшествия в лагерь прибыла специальная следственная комиссия. Во время начавшегося разбирательства, принявшего затяжной характер, один из членов комиссии в письменном донесении начальству отмечал, что «беспорядок был предварительно обдуман, а не явился вспышкой массового недовольства, требования, предъявленные казаками, привезены ими из станиц и с тех заводов и фабрик, на которых им пришлось стоять во время забастовок, соглашение заявить требования было между обоими полками и во главе „забастовки“ стояло несколько человек» [160]. Данное утверждение расходилось с выдвинутой официальной версией, согласно которой беспорядки возникли на почве плохих бытовых условий в лагерях и грубого поведения офицеров и носили случайный стихийный характер.

Чуть позже, но тоже в мае возникли волнения и в учебном казачьем лагере в 1-м Донском округе. В их ходе произошло открытое столкновение казаков с офицерами. В мае же подобные события развернулись и в учебных лагерях во 2-м Донском и Усть-Медведицком округах. Всего в ходе волнений в четырех учебных казачьих лагерях Донской области приняло непосредственное участие около 2 тысяч казаков. В результате проведенных следственных дознаний к военному суду было привлечено 407 казаков (279 человек в Хоперском округе, 110 – в 1-м Донском, 13 – во втором Донском и 5 – в Усть-Медведицком) [161]. По другим данным, к суду привлеклось 829 казаков [162]. Большая часть из них была осуждена на различные сроки тюремного заключения и каторжные работы (в некоторых случаях вплоть до пожизненного заключения и бессрочных каторжных работ), и лишь небольшое количество подсудимых приговорили к отбыванию различных дисциплинарных наказаний. Например, из 279 казаков, привлеченных к суду по делу о волнениях в лагере Хоперского округа, 215 человек получили разные сроки тюремного заключения, 9 – каторжные работы, один – пожизненное заключение, а 54 человека получили наказания в виде различных дисциплинарных взысканий. Правда, позже часть из осужденных была помилована императором.

Расследовавшие причины казачьих выступлений во всех четырех учебных лагерях служащие Донского областного жандармского управления в своем донесении в департамент полиции пришли к заключению, что «волнения не были результатом пропаганды, а имели почву в том настроении, которым казаки были охвачены в хуторах и станицах... Казаки пришли в лагеря готовые... благодаря бытовым условиям дома и на службе» [163]. Жандармские следователи констатировали, что революционные выступления в стране в предшествующий период (имелись в виду события 1905–1907 гг.), прошедшие на глазах казаков, а в лагерях в то время находились казаки 2-й очереди, большинство из которых непосредственно участвовало в различных усмирениях, не могли на них не отразиться [164]. Примечательно, что в конце донесения жандармские чины выделили основные вопросы, в наибольшей степени, по их мнению, волновавшие казаков: земельный вопрос, расширение местного самоуправления (по трактовке следователей, не сильно искушенных, видимо, в сущности, системе и принципах местного казачьего самоуправления, казаки якобы хотели «введения земского самоуправления». – В. Т.), улучшение общего положения дел в области образования и просвещения («стремление казаков к просвещению», как было написано в данном документе), улучшение значительно более тяжелых условий воинской службы казаков по сравнению с условиями службы в регулярных армейских частях (отсюда стремление к переводу их воинской службы «на общие основания»), отмена несения полицейской службы [165]. Озабоченное происшедшим правительство дало указание местным властям Области Войска Донского по возможному устранению причин недовольства казаков и улучшению условий их пребывания в учебных лагерях в будущем с целью недопущения каких-либо непосредственных поводов к неудовольствию. Но, несмотря на это, в следующем, 1911 году в некоторых донских учебных казачьих лагерях в Хоперском, Усть-Медведицком и Втором Донском округах вновь начались брожения. Правда, они носили локальный характер. Было очевидно, что ликвидировать основные причины не только местные, но и центральные власти не в состоянии.

Таким образом, бурные события революции 1905—1907 годов затронули и вовлеченное в них в той или иной степени и армейское, и станичное казачество. При этом и сами события, и уроки, извлеченные из них казаками, не прошли бесследно. Непосредственно в период революции в сознании казачества весьма отчетливо обозначились две противоречивые тенденции. С одной стороны – верность гражданскому и воинскому долгу, присяге, идеям законности и правопорядка, а с другой – внутреннее чувство солидарности со многими требованиями основной массы народа, нежелание выполнять насильно навязанные жандармско-полицейские функции. Однако подавляющее большинство казаков, несмотря на внутреннюю борьбу, послушно выполняло приказы командования по борьбе с революционными выступлениями, стойко выносило все тяготы возложенных на них полицейских обязанностей, осознавая негативную оценку общественности. И все же революция серьезно повлияла на традиционные идеологические и общественно-политические взгляды казачества. С известной долей осторожности можно говорить о том, что в сознании казаков, особенно тех казаков, кто находился в армии, постоянно усиливался мировоззренческий конфликт между чувствами гражданского и воинского долга и протеста. Недаром участились случаи волнений и выступлений и среди армейского, и среди станичного казачества.

При характеристике всех отмеченных аспектов допускать какую-либо гиперболизацию, впадать в крайность, переоценивать их, преувеличивать масштабы и значение, равно как и совершенно игнорировать или упускать из виду, сознательно замалчивать, преуменьшать их, совершенно недопустимо.

В один из жарких июльских дней 1914 года во всех казачьих областях страны от станичных правлений галопом поскакали в разные стороны дежурившие казаки.

Каждый из них держал в руке маленький красный флажок – «сполох», означавший сигнал общей тревоги и немедленного сбора казаков второй очереди строевого разряда. Завидев мчавшихся во весь опор всадников с флажками, народ понял, что это была не обычная учебная тревога. Бросив дела (а в это время шла уборочная страда), казаки поспешили к своим станичным правлениям. Так в казачьи курени постучалась война, названная потом и Великой, и даже Второй Отечественной, а еще позже осуждающе-пренебрежительно империалистической и грабительской. В обыденном же сознании простых людей она получила незамысловатое наименование Германской.

В ответ на бесцеремонные и откровенно агрессивные действия Австро-Венгрии по отношению к находившейся под покровительством России маленькой славянской православной Сербии, последовавшие после убийства в боснийском городе Сараеве австрийского эрцгерцога Франца Фердинанда, исчерпав все возможности урегулировать возникший конфликт дипломатическим путем и натолкнувшись на жесткое противодействие уже полностью готовых к войне Германии и Австро-Венгрии, русское правительство вынуждено было прибегнуть к чрезвычайным мерам.

17 июля [18] в стране была объявлена мобилизация. 19 июля Германия объявила России войну. Вскоре в войну вступили и остальные участники противостоящих друг другу коалиций – австро-германской и Антанты, а позже их стратегические союзники.

Казачьи воинские части формально относились к иррегулярным войскам русской армии и отличались от регулярных армейских формирований исторически сложившейся системой комплектования, порядком прохождения воинской службы, внутренней структурной организацией.

Как известно, все мужское казачье население по достижении 18 лет считалось военнообязанным и должно было не только отбывать положенную действительную службу в армии, но и очень длительный срок после этого числиться в запасе, и призывалось в армию в случае военной угрозы или иных экстраординарных обстоятельств. По достижении призывного возраста казаки зачислялись в так называемый приготовительный разряд [19] , в котором в течение года проходили начальную военную подготовку в специальных военных лагерях на территориях своих войск. Затем они переводились в строевой разряд, подразделявшийся на три очереди. Всего в строевом разряде казаки числились 12 лет. Из них на действительной военной службе в армии находились четыре года, состоя в первой очереди строевого разряда. При выходе на службу каждый казак должен был за свой счет приобрести строевого коня, стоившего очень дорого, а также полный комплект обмундирования и снаряжения, включая и холодное оружие. После отбытия действительной военной службы казаки переводились во вторую очередь, в которой они числились следующие четыре года. Части второй очереди находились в постоянной мобилизационной готовности, поэтому второочередные казаки обязаны были иметь строевых лошадей, полную военную экипировку и проходить ежегодные трехнедельные тренировочные военные сборы в лагерях. Потом они переводились в третью очередь строевого разряда, в которой находились еще четыре года и должны были проходить один лагерный сбор. По истечении установленного двенадцатилетнего срока строевого разряда казаки зачислялись в запасной разряд. А после пятилетнего пребывания в нем переводились на льготу и в случае крупномасштабной войны могли призываться уже не в строевые, а только в ополченские формирования. Фактически казаки числились военнообязанными и несли службу в течение целых восемнадцати лет. Данный порядок прохождения воинской службы был очень тяжелым и сильно тяготил казаков и морально, и физически, и материально. Но он позволял государству при незначительных затратах располагать большим числом отлично подготовленных воинов и значительным количеством находящихся в постоянной готовности опытных резервистов.