Чтение онлайн

Затем он позвонил своему слуге, чтобы тот завел машину и попросил принести ему в номер кофе с булочками, которые он проглотил, одеваясь. Пятнадцать минут спустя он запрыгнул на переднее сиденье своей машины, потеснив шофера, и сам быстро повел машину по городу.

Свежий, резкий ветерок дул на них с озера, разбрасывая сухие редкие хлопья снега. Это был ясный, идеальный день для первого декабря в Чикаго. Но Стивен Шеппард не обращал на это внимания. В северных лесах за границей Канады ветер в тот день был острее и чище, и на улицах меньше пахло, и – это был самый разгар его охотничьего сезона на крупную дичь в этих лесах! Там, наверху, он все еще стрелял бы, но, как писали газеты, "лес снова взял свое" в этом году, и жизнь его брата была частью этой потери.

"Тело Нила Шеппарда найдено в лесу!" – прочитал он заголовки в газете, которую мальчик сунул ему в лицо, и притормозил машину у моста Раш-стрит. – "Жертву случайного выстрела доставляют в Чикаго". Что ж! Так это было известно! Стивен Шеппард резко отпустил тормоз, пересек мост и восемь минут спустя остановил машину с более резким толчком перед зданием Первого национального банка.

Он никогда не встречал человека, к которому пришел, слышал о нем только благодаря поразительным успехам в психологическом раскрытии преступлений, которыми этот сравнительно молодой человек, только что закончивший университетскую аспирантуру и использующий методы, новые как для преступников, так и для их преследователей, поразил общественность и более мудрые главы полиции. Но, обнаружив, что дверь в кабинет Транта на двенадцатом этаже открыта, а сам психолог снимает свои вещи, Шеппард сначала уставился на коренастого рыжеволосого юношу, а затем удовлетворенно прищелкнул языком.

– Повезло, что вы пришли раньше, мистер Трант, – откровенно одобрил он. – У нас и так достаточно мало времени, прежде чем мы встретим поезд.

Говоря это, он взглянул на часы и без церемоний снял перчатки.

– Вы выглядите так, как я и ожидал, так, как я слышал о вас. Вы меня знаете?

– По крайней мере, по репутации, мистер Шеппард, – ответил Трант. – За последние две недели в газетах было достаточно сообщений, и поскольку вы только что говорили о себе по телефону как о брате покойного Нила Шеппарда, я полагаю, что сегодняшнее утреннее сообщение верно. То есть вашего брата наконец нашли в лесу – мертвым?

– Так вы следили за этим, не так ли?

– Только по газетам. Я, конечно, видел, что мистер Нил Шеппард пропал из вашей охотничьей группы в Северном Онтарио две недели назад, – ответил Трант. – Я видел, что вы не смогли найти его и выдали его за утонувшего в одном из озер или мертвого в лесу, и поэтому вы пришли домой в первый день недели, чтобы рассказать об этом его дочери. Затем сегодня утром я увидел, как мистер Чапин и ваш проводник, которого вы оставили продолжать поиски, сообщили, что нашли его убитого, по-видимому, случайным выстрелом.

– Это так. Я сказал Чапину предоставить это, пока он не увидит меня, независимо от того, как он его найдет. – Шеппард бросил свою меховую шапку на плоский стол Транта перед ним и хлопнул своими тяжелым перчаткам, одной за другой, рядом с ней.

– Вы имеете в виду, что у вас есть личная информация о том, что ваш брат не был застрелен случайно? – Трант сосредоточенно склонился над своим столом.

– Именно. Но я пришел не для того, чтобы обсуждать с вами вопросы, Трант. Он был убит, парень, убит!

– Убит? Тогда я понимаю! – Трант выпрямился.

"Нет, вы не понимаете, – прямо возразил его клиент. – Я пришел не для того, чтобы просить вас найти убийцу для меня. Я сообщил о нем в полицию и приказал его арестовать, прежде чем позвонить вам сегодня утром. Его зовут Джим Тайлер и, поскольку я знаю, что он был в своем клубе, к этому времени он должен быть у них. В этом деле очень мало психологии, Трант. Но если я собираюсь повесить молодого Джима, я собираюсь повесить его быстро – потому что это не очень приятная работа; и я позвал вас только для того, чтобы услышать доказательства, которые приводят Чапин и индеец, они сообщили только, что это убийство, как я и подозревал, так что, когда мы передадим эти доказательства в руки прокурора штата, они смогут прикончить Джима Квика и покончить с этим!

– Тайлер? – Трант снова быстро наклонился к своему клиенту, уже не пытаясь скрыть своего удивления. – Молодой Тайлер, ваш товарищ по стрельбе и ваш партнер в оружейной компании Нью Шеппард-Тайлер?

– Да, Тайлер, – резко ответил Шеппард, но при этом поднялся и повернулся спиной под предлогом закрытия фрамуги. – Мой товарищ по стрельбе в течение последних трех лет, и я думаю, что он больше, чем мой партнер в оружейной компании, потому что, по правде говоря, именно для него я вложил деньги, чтобы начать бизнес. И есть больше причин, заставляющих меня хотеть отпустить его – хотя он и застрелил моего брата. Но этих причин, как я решил сегодня утром, недостаточно! Поэтому я решил также ничего не утаивать, ничего не утаивать о том, что стоит за этим преступлением, кому бы оно ни причинило боль! Я сказал, что пришел не для того, чтобы обсуждать с вами вопросы, Трант. И я не буду!

Он отвернулся от Транта и еще раз быстро взглянул на часы.

– Я буду очень рад ознакомиться с доказательствами для вас, мистер Шеппард, – согласился Трант, проследив за взглядом пожилого человека. – И поскольку вы пришли сюда за полчаса до того, как нам нужно ехать встречать поезд…

– Именно так, – резко перебил Шеппард. – Я здесь, чтобы рассказать вам столько, сколько смогу, прежде чем мы встретимся с остальными. Вот почему я спросил вас, знаете ли вы меня. Итак, что именно ты знаешь обо мне, Трант?

– Я знаю, что вы богатый человек, крупный владелец недвижимости, как пишут газеты, которая значительно выросла в цене; и я знаю, это тоже из газет, что вы принадлежите к кругу людей, которые выросли вместе с городом, – старые поселенцы с тридцатилетним стажем.

– Совершенно верно. Мы с Нилом приехали сюда без гроша в кармане, чтобы забрать все, что могли, в Чикаго после пожара. И тогда мы сколотили свои легкие состояния – или легко, как я научился говорить сейчас, – он мрачно улыбнулся про себя, – скупая участки в городе, когда они были дешевыми и все боялись, и продавали их за бесценок, и нам оставалось только удерживать их, пока они не сделают нас богатыми. Теперь я богатый старый холостяк, Трант, охотящийся в сезон и стреляющий из засады, а в перерывах приобщаю Джима Тайлера к оружейному бизнесу. Худшее, что говорили о Ниле, – это его пьянство и дурной характер, потому что Ли, его дочь, тоже имеет хорошую репутацию, как и все остальные в ее кругу, и даже юный Джим Тайлер имеет дело с дюжиной клубов. Это все хорошо, респектабельно и удовлетворительно, не так ли? И это все, что вы знаете?

– Это все, – коротко ответил Трант.

– Никогда не слышали о Белом дворце Шеппарда, не так ли? Разве вы не знаете, что когда кто-нибудь говорит с одним из тех старых парней тридцатилетней давности, которых вы называете избранным кругом, о мистере Стивене Шеппарде, ему в голову приходит мысль: "О! вы имеете в виду Стива Шеппарда, игрока!' Тридцать лет назад, более или менее, мы зарабатывали деньги, чтобы купить эти участки в алкогольном дворце и игорном аду – Нил, я и отец Джима Тайлера, старина Джим.

– Однако там были не только Нил, старина Тайлер и я, – взорвался он, расхаживая по ковру рядом со столом Транта и вообще не глядя на своего консультанта. – Кроме того, были Финдли – Енох, который был с нами в лесу, его фотография появляется в газете каждые шесть месяцев или около того за то, что он заплатил тысячу долларов за центовую монету тысячелетней давности; и брат Еноха, и Чапин, с которым мы собираемся встретиться в несколько минут. Мы вели честную игру – такую же честную, как и любая другая, поймите это! Но у нас случались другие дьявольские вещи, которые встречаются даже в игорном доме на открытой местности в большом городе – драки, самоубийства и убийства.