Достойные сыны
Шрифт:
– Зачем Согр прислал вас?
Гурион медленно поднял голову, и посмотрев ему прямо в глаза, ответил:
– Великий Велезар, - голос старика был уверенным, а тон уважительным, - Согр принял свое поражение и готов все убытки возместить Криворгу. Вы уже победили. Тысячи греманнских мужей не вернутся никогда домой и не обнимут своих детей, жен, матерей, – Гурион видел, что Велезар внимательно слушает его слова, - Мы в полной мере испытали на себе мощь криворгского меча, а волколаки во все времена почитали силу. Сегодня вся Волозария склоняет перед Вами голову. Согр готов на все Ваши условия и ждет ответа.
– Передай своему господину, что я готов обсудить с ним условия сдачи. Жду его завтра у озера Мира в полдень. Отряды на месте встречи, двадцать на двадцать.
– Я все передам Великий Велезар, разрешите нам покинуть ваш лагерь?
– Разрешаю.
Люди Согра медленно поднялись с колен и оседлав своих коней отправились в путь, высоко держа белое знамя, сопровождаемые презрительными взглядами криворгцев.
Глава 10. Каждому свое.
На следующий день от криворгского войска отделилась небольшая группа всадников, которая отправилась на встречу с проигравшим Согром.
– Да, погода сильно поменялась за эти три дня. Скоро пойдут проливные дожди, - сказал Велезар спутникам, разглядывая затянутое тучами серое небо.
– У нас только погода, а у Согра поменялось все, - сострил Омирон, - пытаясь разглядеть вдали озеро.
– Отсюда его не увидеть, - сказал Багран Горячий, заметив это, - Здесь холмистая местность, мы сейчас едем в низине. Заберемся на тот холм, - он указал рукой направление, - и оно будет как на ладони.
– Понятно, - сказал Омирон и подмигнул Баграну, - Не верится даже. Двести лет назад вот этой же дорогой ехал сам Кригрон Великий на встречу разбитому Гарду. А теперь этой дорогой едем мы, чтобы новый завоеватель вновь умылся позором, который побежит очищать в Вонодар священной чашей.
– Велезар, не хочешь рассказать, как ты расправился с Кронгом, - Омирон смотрел на молчащего брата и пытался его разговорить, - Дорога еще длинная, а мне так никто ничего толком об этом и не рассказал. Все произошедшее знаю только со слов воинов.
– Да, нечего рассказывать, - попытался отговориться от него Велезар, обдумывая предстоящий разговор, - Сошлись в поле, бились изо всех сил, мне повезло больше, он упал, и больше не поднялся.
– Да, спасибо брат! Не ожидал такого повествовательного и главное подробного рассказа, - сострил, разозлившись Омирон, - Я точно так же убиваю надоедливых мух в комнате. Ей везет меньше, она падает и больше не взлетает.
– Прости если обидел, просто мне сейчас не до этого. Дай мне время обдумать некоторые моменты. Обещаю, потом я тебе все подробно расскажу.
– Какие мы задумчивые, - проговорил Омирон остыв и немного поотстав от Велезара, с этим же вопросом он пристал к Баграну, - Может хоть ты мне поведаешь об этом поединке, или выходит Кронг вообще не боец?
– Такой силы как у Кронга, мне не приходилось видеть раньше, - начал Багран и по его глазам мирмандец понял, что последний снова оказался свидетелем того поединка, - Он был просто огромен, намного больше Тимрога, - кивок головы указал на сопровождавших их гвардейца.
– Разве можно быть еще больше?
– удивленно пошутил Омирон, посмотрев на внушительные габариты Тимрога, которому уступал даже он.
– Он был гораздо больше. Его тело было словно высечено из камня. Я со своим полком держал оборону на возвышенности и отчетливо все видел своими глазами, - лицо Баграна стало серьезным, а голос наполнился металлическими нотами, - Первым ему навстречу вышел Мигрон Могучий, наш Мигрон, который ударом кулака валил с ног здорового быка. Кронг снес его своими секирами, будто это надоедливый комар. От первого страшного удара Мигрона отбросило назад. После второго его тело развалилось надвое, - от рассказа всем ехавшим рядом стало не по себе, и мурашки пробежались по коже, - Вторым на его пути встал Иллор Крепость. Иллор рогатиной на охоте так прижимал медведя к земле, что косолапый даже переставал сопротивляться, ощущая такую мощь. Всего два удара Кронга и Иллора больше с нами нет, - он на миг замолчал, желая братьям всех благ в замке Храбор, а затем продолжил, - Когда навстречу ему вышел господин, - он резким кивком головы указал на Велезара, - Сердца многих внутри екнули после увиденного до этого. А потом началась что-то невообразимое. Гигант никак не мог попасть по нему, изворачиваясь, господин уходил от всех атак, после чего нанес удар мечом, который поверг всех в изумление. Кронга отбросило назад как пушинку и свалило с ног, поставив на колени. Вскочив, он ринулся вперед, и мне показалось на миг, что его больше нет, а есть лишь одни бешенно вращающиеся секиры. Как господин все это проделал, я до сих пор понять не могу? Но сначала он отрубил ему руку, после чего снес голову с плеч. Если бы я не видел все это своими глазами, вряд ли бы поверил в такое.
– Да. Вот это зрелище я пропустил!
– сказал Омирон, с уважением и гордостью смотря едущему впереди Велезару.
– Вижу озеро, - сказал царевич спутникам, забравшись первым на холм, - Греманнцы уже там, ровно двадцать, все как договаривались и как доложила разведка.
От греманнцев отделилась одна фигура и направилась им на встречу.
– Согр, - догадался Велезар, разглядывая движущегося к нему греманнца.
– Оставайтесь здесь, дальше я поеду один, - он подстегнул своего Орла, и конь послушно перешел с шага на рысь.
Съехавшись ровно посередине, они какое-то время молча разглядывали друг друга, после чего Согр начал:
– Благодарю царевич Велезар, за эту встречу.
– Не хотелось бы, чтобы она оказалась напрасной, - прозвучал сухой ответ.
– Понимаю твои чувства, твою злость, - Согр внимательно вглядывался в царевича, - Для тебя я кровожадный враг, обрушившийся на твой дом. Но враг или друг, я все равно воин, как и ты. А у нас воинов свои законы и взгляды на жизнь, свои понятия о долге и чести.
– Ты знаешь о моем отношении к тебе, я этого и не скрываю, но мне непонятно твое желание встретится со мной. Это явно не связано с твоей капитуляцией, ведь все важные решения будут зависеть от моего отца? – Велезар отвел взгляд, любуясь тихой гладью озера.
– Нет, не связано. Я долгие годы наблюдал, как Кронг Ужасный уничтожал одного за другим лучших бойцов на арене Зетхов, - Согр переполненный эмоциями, говорил медленно, и в его голосе чувствовалось уважение, - Видел его мощь, скорость, бешенный нрав. Я верил, что этому чудовищу нет равных во всем Аскериане, а сейчас, он лежит в земле, поверженный тобой. Ты победил непобедимое, я хорошо видел этот поединок. Когда Кронг упал на колени под ударом твоего меча я понял, что сам Рэмэр Всемогущий управляет твоей рукой, - Согр склонил голову в знак уважения, а затем продолжил, - В тот миг я осознал, что иду против него самого. Я верю, что такую силу как у тебя, никому не дают просто так. Я хотел лично отдать тебе дань уважения великий воин, и попросить быть милосердным ко всем греманнцам. Такие как ты это могут, в отличии от таких как я. После решения царя Мироса мой брат Рэмуз сделает все, что Огненный трон посчитает необходимым, конечно, в пределах разумного.
– Не надоело еще греманнам повторять одни и те же ошибки из века в век? – спросил Велезар.
– Мы воины, и живем другой жизнью, ремесла и огородничество, это не про нас. Мы не можем обещать друг другу, что Волозары больше никогда не нападут на Криворг, или то, что Криворг никогда не пойдет войной на Вонодар. Пустые обещания, которые ничего не значат, - Согр прищурил глаза и продолжил, - Если разобраться, то без волколаков никому больше не будут нужны и кригронцы, а без кригронцев отпадет надобность в волколаках. Зачем тогда содержать огромное войско, закалять себя изматывающими тренировками, мы все обабимся, сидя по домам и военное искусство умрет. Благодаря таким битвам как наша, этого еще долго не произойдет. Молодые воины будут ровняться на героев, переживших это сражение. Так творится история, так рождаются легенды. Я испытал горечь поражения, но все равно я горд, что сделал эту попытку. Я с тобой честен и не буду врать, что поступил бы иначе. Мы, воины, и слеплены в отличии от обычных людей из другого теста. Смерть в постели от болезни в старости - это не про нас. Каждому свое в этой жизни. Кому-то пасти овец и радоваться новым рожденным ягнятам, кого-то осчастливит большой урожай, а наше дело - война.