Чтение онлайн

– Кажется я знаю, чем займусь сейчас.

– Что ты задумал? – спросила Руна.

– Отправлюсь с гвардейцами к Федею Мариусу и выбью из него всю правду, а ты останешься здесь, - указал он пальцем на Димира, - И до моего возвращения будешь сидеть под стражей. Взять его, - приказал он двум гвардейцам.

Руна не стала останавливать сына, так как брать Федея нужно было срочно, пока последний не догадался, что его заговор раскрыт.

Добравшись до имения Мариусов, Омирон оставил часть людей на улице, оцепив дом, дабы Федей не дал деру и трижды громко ударил кулаком в дверь. Слуга слегка приоткрыл дверь, чтобы узнать, что за гость потревожил их. Омирон не дожидаясь приглашения, с силой толкнул дверь и вошел. Навстречу спускался одетый в домашний халат мужчина, на вид ровесник царя Мироса. По испуганным глазам хозяина, мирмандец догадался, что скорее всего Димир прав.

– Что здесь творится?
– попытался изобразить уверенность в голосе и на лице Федей, видя, как в дом вошел десяток гвардейцев.

– Это ты мне сейчас и расскажешь, ничтожество, - прорычал в ответ Омирон, ударив с силой по стоящему у стены шкафу. От сильного удара шкаф задрожал, а передняя дверь повалилась на мирмандца. На лице Федея промелькнула усмешка.

– Тебе сейчас будет не до смеха, тварь, - взревел Омирон.

Он с силой отшвырнул дверь в сторону. Она, отлетев, с грохотом ударилась в стену, рухнув на пол вместе с гербовым щитом, на котором красовались два перекрещенных кинжала. Один из них с шумом, привлекая внимание всех находящихся в комнате, крутясь, отлетел к ногам Омирона.

– Где-то я уже такой видел, - проговорил он вслух, повернувшись к хозяину. Мирмандец вытащил из-за пазухи кинжал, которым убили Олера и понял, что они похожи как две капли воды, - Мне кажется в этой коллекции не хватает третьего, - Омирон воткнул кинжал сверху в специальное гнездо на щите, и все увидели, что он именно отсюда.

Заметив непонятные движения Федея, мирмандец отдал приказ немедленно его задержать.

– Допрыгался, теперь тебя ждет лютая смерть, мразь, за всех моих павших братьев, на легкую даже не надейся. Захотел власти, скоро ты ее получишь сполна в загробном мире. Вот так, обычный десятник, может нарушить все планы, оказавшись в нужное время, в нужном месте. Неужели ты надеялся, что останешься в тени и будешь спокойно доживать свой век?

Взгляд Федея изменился, глаза засияли ненавистью, а голос наполнился презрением:

– Плевал я на все твои угрозы, - хозяин плюнул под ноги Омирона, - Я надеялся на то, что отомщу Миросу и Сафалии за свою любимую Лину. Жалко не смог прикончить остальных его ублюдков, я ведь для каждого приготовил по кинжалу. Не успел, - Федей весь кипел от злости.

– Что ты несешь, при чем тут сыновья Мироса, ты совсем двинулся умом от злобы, - Омирон не видел никакой связи в словах Федея.

– Я хотел, чтобы он, как и я, остался один. Чтобы он прочувствовал, каково это, когда забирают твоих любимых людей.

– Ты полностью выжил из ума, - сказал Омирон понимая, что говорить с этим ничтожеством бесполезно, - Увести его в темницу, - отдал он приказ гвардейцам.

«Получается я спас Велезара и Яроса от этого недоумка. Не задержи его сейчас, могло произойти страшное в будущем. Нужно рассказать Велезару о его спасении», - усмехнулся своим мыслям Омирон, возвращаясь домой. «Сегодня не буду его отвлекать, пусть развлекается с Ниробой, а завтра обрадую его».

Согр неспешно возвращался домой, туда, где раньше его почитали как посланника Рэмэра на земле. Туда, где он железной рукой объединил разрозненные племена греманнов, возродив былую силу волозаров. Туда, куда он принес на долгие годы вперед голод и разруху, безотцовщину, страх. Все повторилось снова в истории волозаров, но теперь настало его время забытья. Время, когда он перестал существовать для своего племени и народа.

Весь путь до самого замка в Вонодаре Согр ощущал на себе корящие и ненавистные взгляды тех, кто когда-то ему служил и клялся в верности, боясь даже поднять глаза на своего повелителя. «Сейчас вы осмелели, - думал он про себя.
– Лучше бы такую смелость показали на поле боя». Каждым волоском на своем теле он ощущал, как его поглощает невыносимое отчаяние и одиночество, справиться с которыми нет ни сил, ни желания. Сейчас ему хотелось лишь одного, провести обряд и очистить свое имя от позора, в котором пришлось искупаться по вине трусливых шакалов, называющих себя волколаками. «Я привел с собой на битву лишь бледную тень былых воинов. Гард хоть и проиграл войну, но не в единственном сражении. Пять крупных битв выдержали волозары против Кригрона. С таким успехом я мог взять на войну баб, может и большего добился бы», - горько усмехнулся, думая про себя Согр. «Пришло время очиститься и уйти подальше от окружающих трусливых подлецов, чтобы не стыдясь, посмотреть в глаза Рэмэру на том свете».

Подъехав к замку в наступившей вечерней темноте, Согр окинул взглядом встречающих и медленно слез с коня. Поднимаясь по ступеням, освещаемыми многочисленными горящими факелами, он отдал приказ Рэмузу приготовить на утро все, что требуется для священного обряда и доложить об исполнении ему.

Выполняя приказ, младший старался держать себя в руках. Вид раздавленного брата глубоко засел в его сознании. Рэмуз больше всего в этот миг хотел помочь ему, но не знал, как. А медленно закрадывающаяся страшная мысль, что завтра он останется один в этом мире, по-настоящему пугала его. «Может стоит отговорить его от обряда? Зачем нам этот трон?» Младший подошел и остановился на миг у двери в палату брата, отбрасывая на нее огромную тень. «О чем я думаю? Согр никогда не согласится жить с позором, за одни эти мысли он перестанет звать меня братом». Постучав и не услышав ответа, Рэмуз вошел внутрь, где увидел повелителя, сидевшего с задумчивым видом за столом, заваленным множеством свертков, опирая голову на обе руки.

– Присядь рядом, Рэмуз, - сказал, наконец, Согр охрипшим голосом, стоявшему у двери брату, и указал на кресло, стоящее рядом. Не дожидаясь, когда он присядет, повелитель спросил:

– Все на завтра готово? Жрец предупрежден?

– Да, все готово, - прозвучал сухо скупой ответ.

– Что шепчут стены замка? – Согр спрашивал, смотря перед собой в стену.

– Тишина. В замке кроме слуг и охраны никого, как будто все вымерли.

– Не переживай о тишине, она ненадолго. Завтра все явятся, посмотреть на обряд, чтобы затем, давать тебе свои лживые клятвы. Гордые волколаки, одно название. Бежали как трусливые шакалы, побросав раненных товарищей, - Согр говорил, продолжая крепко сжимать свою голову обеими руками, а затем резко перевел взгляд на брата, - Рэмуз, я пройду завтра обряд, но ты мне должен поклясться…

– Я клянусь, продолжить… - начал было младший, но Согр тут же перебил его.

– Забудь все, что я говорил тебе раньше, - в глазах повелителя читалась тревога, - Забудь о войне с Криворгом! Горько признавать, но волколаки перевелись в этих землях. Нам не одолеть их войско, - в голосе Согра чувствовалось сначала отчаяние, переросшее потом в восхищение, - Даже оставшись без магов и находясь в полном окружении, они все равно продолжали сражаться. Они бились с таким отчаянием, с такой волей к победе, что, находясь в меньшинстве, все равно превосходили духом моих волколаков и заставляли отступать. Ни у меня, ни у Гарда не было ни малейшего шанса, - в глазах Согра вновь всплыла эта битва, а речь замедлилась, - Они идут на смерть, приветствуя ее. Ни один полк, ни одна сотня врага, не отступила ни на шаг. Отец был прав, избегая этой войны. Добейся мира любой ценой, брат, - вдруг с неожиданной горячностью выпалил он, - Казни сразу таких глупцов, как я и Гард, мечтающих покорить Криворг. Не допускай даже шепота об этом, ибо мы не понимаем, насколько он могуч. Криворг может победить только сам Криворг!

Братья некоторое время молча смотрели друг на друга, после чего Согр продолжил:

– Прости меня за былую гордыню и гнусные слова о нашем отце, Рэмуз. Вы оба намного умнее, чем я. Только горькое поражение смогло открыть мне глаза. По дороге назад я много думал о тебе, о нем, о прожитой жизни. Отец копил не на войну, он знал, что нельзя идти на них войной и знал, что я все равно это сделаю. Он копил, чтобы помочь тебе разгрести то, что я натворю!

– Ты просто устал, ни о чем таком, отец не думал.

– Поверь мне, Рэмуз, не будь каким был я, это - не твой путь. Отец хотел помочь тебе. Ты настоящий правитель греманнов, с тобой земли волозаров без войны добьются всего того, что я хотел получить легким путем.

– Война - не легкий путь, - начал было спорить младший.

– Не легкий, но быстрый. Я не хотел тратить долгие годы на развитие и процветание нашего дома, я хотел все получить сразу. За это меня и наказал Рэмэр Всемогущий. За мою гордыню, за мою дерзость, за мои слова об отце. Я видел их Велезара лицом к лицу, как тебя сейчас, - голос Согра стал тихим, как будто он боялся этими словами накликать на себя беду, - Видел, как он играючи разделался с Кронгом, да что я, все войско это видело. Такая сила, брат, не дается обычным смертным, поверь мне. Но главное, Рэмуз, каждый его воин готов жизнь отдать за него, не колеблясь, - Согр сел за столом ровно, выпрямился и снова продолжил обычным голосом, - За меня волколаки не захотели умирать, они бежали, спасая себя и надеясь на милость врага в будущем.