Чтение онлайн

Он прав. Надо забыть эти три дня. За те полтора года, что я работала у Василия Ивановича, это был самый нестандартный заказ. Не считая первого раза, конечно. Но я его никогда не считала. Его словно не было, я вычеркнула его из своей памяти, как до этого вычеркнула громкие и беспощадные ссоры родителей. «Вдыхай глубже, котёнок», — от одного воспоминания по телу пробежала дрожь отвращения.

Я умылась, пригладила волосы и вернулась в салон. Села в своё кресло и наклонилась к Вике:

— Слушай, а ты знаешь, почему я выбрала имя Диана?

Она покачала головой.

— Ну подумай, это просто. В честь одной знаменитой женщины.

— Дианы Арбениной? — предположила Вика.

— Нет.

— Шурыгиной? — она улыбнулась.

Никто, кроме Степана, не знал, что я выбрала это имя из-за принцессы Дианы. Она мне всегда нравилась: вышла замуж за принца, взяла в любовники миллионера, красиво и вовремя разбилась в Париже. До Степана меня никто не спрашивал об имени. А он спросил. Он режиссёр, его интересуют такие вещи — выбор имени, выбор судьбы…

И Молчанов тоже знает. Откуда? Он словно подслушал тот разговор на яхте…

Мы приземлились, когда солнце уже всходило.

Самолёт грубо шмякнулся на взлётно-посадочную полосу и покатился к зданию аэровокзала. Какой агрессивный у лётчика стиль вождения! От толчка проснулась Мария Борисовна. Она устало провела рукой по лицу и начала складывать плед, как будто привыкла сама себя обслуживать и не хотела напрягать других. А ведь она богатый человек…

— Давайте я вам помогу, — я вскочила, хотя самолёт ещё не остановился, и взяла подушку. Положила на багажную полку, следом засунула свёрнутый плед. Я выше, чем Мария Борисовна, — мне удобнее. Она с улыбкой поблагодарила:

— Надеюсь, мы ещё встретимся, Диана.

Вика бросила на нас косой взгляд.

Подали трап и Саша открыл дверь. Я думала, что Мария Борисовна первой покинет самолёт, но нет: и она, и сотрудники Кирилла не спешили выходить. Тогда мы втроём — я, Вика и Жанна — попрощались с компанией, оставшейся на борту. Скорее всего, они ждали персональный бронированный автомобиль, а мы по-простому сели в служебный Пулковский автобус и поехали проходить паспортный и таможенный контроль.

Василий Иванович проявил неожиданное радушие, когда спустя несколько дней я зашла в его контору на Васильевском острове:

— О, ласточка моя, проходи, садись! Давненько не виделись. У меня есть для тебя две новости — и обе хорошие!

Это что-то новенькое! Я села на подлокотник дивана. Он продолжил:

— Первая: звонил Степан и очень тебя хвалил. Вторая: я решил дать тебе отпуск и отпустить к дедушке. На целый месяц! Или на два. Ты как? Рада? Проведёшь время со стариком, отдохнёшь и вернёшься к началу учебного года как огурчик!

— А-а… А почему?.. — я не могла найти слов.

Лето — жаркая пора для девочек Василия Ивановича во всех смыслах. Участие в вечеринках, круизах, корпоративах. Выезды на базы отдыха, в частные загородные клубы. Много «чистого» эскорта или заказов, где секс обговаривается отдельно, в процессе общения с клиентом. Это очень удобно: можно выбрать мужчину по душе или отказаться под благовидным предлогом. И Василий Иванович хочет отослать меня из города до сентября? Это не отпуск, это — ссылка. В чём я провинилась?

— Что случилось, Василий Иванович? Что вам сказал Степан?

Он вздохнул, взял меня за руку и стащил на диван. Сел рядом и сделал такое лицо, будто собирался сообщить что-то ужасное.

— Ты понравилась Кириллу Кохановскому. Можно даже сказать, он на тебя запал.

— Я знаю, и что с того?

— Степан вначале сказал ему, что ваши отношения осложнились и находятся на грани разрыва, и Кирилл выразил желание поддержать тебя… Ну, когда ты останешься одна.

Так вот откуда его слова «Встретимся при других обстоятельствах»! Он уже тогда знал, что у нас со Степаном «осложнились отношения». Ему оставалось только подождать. И теперь понятно, почему Степан сказал на прощание: «Всё зависит от тебя, дивная Диана, лови удачу за хвост!». Мол, я подогнал тебе богатенького Буратино, не упусти свой шанс. То есть прикинься порядочной девицей, уйди из агентства, сделай вид, что влюблена, и зааркань парня, который клюнул даже не на тебя, а на твоё подростковое сложение и невинное лицо. И всю жизнь скрывай, что работала в эскорте, а он, хитромудрый Степан Федорчук, будет владеть этой информацией и немножко тебя шантажировать, если ему захочется. Или, наоборот, раскроет эту тайну и посмеётся над Кириллом: запал на мелкую шлюху, как глупый школьник! Только глупые школьники совершают такие дебильные поступки: проигрывают любимых девочек в покер, западают на шлюх…

Просто замечательно.

— Вы сказали: «вначале». А что случилось потом?

— А потом к нему обратился человек и предложил свой план действий. Навязал, если говорить начистоту.

— Что ещё за человек?

— Степан не сказал. Он лишь упомянул, что у него не было никакой возможности отказаться: у этого человека были веские аргументы. Очень веские, — повторил он многозначительно.

— Пистолет, что ли?! Он угрожал Степану?

— Думаю, да.

— И что за план?

— Сказать, что ты умерла.

— О боже…

— Степан сообщит Кириллу, что вы разругались, ты поехала к дедушке в Карелию и утонула во время грозы. Разыгралась буря, лодка перевернулась, у тебя не было спасательного жилета. Трагедия. У вас в Карелии такое часто бывает, ну, ты в курсе.

— И тогда Кирилл меня забудет.

— Да.

— Хорошо, я не против. Я всё равно не собиралась с ним встречаться.

— Вот и умница! Я тоже думаю, что не стоит встречаться с Кохановским, если кто-то так сильно против. Это опасные игры, в них лучше не лезть.

«Кто-то» — сказал Василий Иванович. Я догадывалась, кто это был.

Нет, я точно знала.

— Да я и не лезу никуда, — ответила я, — меня втянули. Лучше бы Степан представил меня как проститутку, а не как свою девушку. Столько лишних проблем.

— От вранья в нашем бизнесе всегда одни проблемы. Я рад, что ты это понимаешь и стараешься работать честно.