Дожить о свадьбы
Шрифт:
Именно Паша познакомил меня с Екатериной Васильевной Нежельской – бывшей актрисой, которая почему-то очень меня полюбила. А я благодаря ей полюбила Петербург. Уже позже, классе в пятом, я чаще стала бывать у нашей одноклассницы Тани Заболоцкой. Мы и с ночевкой часто друг у друга останавливались. Мне было ее жалко – друзей у Тани почти не было, потому что в нашем классе учились в основном девчонки из очень богатых семей. А Танина мама торговала цветами у метро, и эти дуры из-за этого над ней смеялись. Но Пашу я все равно считала своим самым лучшим другом. Таня, наверное, это чувствовала и раньше очень на нас обижалась. Сейчас уже не так.
– Папа скоро придет? – спросила я, снимая с Ксюши совершенно мокрый комбинезон.
– Только утром! Он на ночном дежурстве!
У Паши дома, как обычно, царил легкий беспорядок. Но к этому я привыкла, а вот полностью пустой холодильник меня несколько расстроил.
– Слушай, а давай бутерброды горячие сделаем? Как в детстве, помнишь? – заглянул через мою спину в одинокий холодильник Паша.
– Эээ, а из чего? – спросила я, удивленно рассматривая вскрытую банку каких-то серых грибов, похожих на гигантских слизней…
– Дак я мигом в магазин сгоняю! – вызвался он. – Две минуты! Ставьте чайник!
Две – не две, но едва мы с Ксюшей успели собрать валявшиеся на полу джинсы, учебники, листки с надписью «Протокол», порванные раскраски и мокрые чайные пакетики (!), он ворвался в квартиру с победным криком:
– Встретил Екатерину Васильевну! Ксюха, в воскресенье пойдешь в театр на «Белоснежку»!
– Ура! – захлопала в ладоши девочка.
Она готова была идти куда угодно и когда угодно и на очень приличной скорости. Максим Николаевич ласково называл дочку «электровеник».
– Ласточка, а ты сходишь с нами? – как-то растерянно спросил меня красный от мороза и от бега Паша. – Отец в выходной не сможет ее повести, а мне одному скучно…
– Да, конечно, схожу! – улыбнулась я.
Через десять минут мы с удовольствием уплетали горячие бутерброды из микроволновки – на черном хлебе, с колбасой, сыром и помидорами.
– Ой, я еще конфеты купил! – спохватился Паша, чуть не снеся кухонный стол.
В этот момент мне позвонила мама:
– Катя, ты где?
– У Паши!
– Иди домой!
– Сейчас, только чай попьем! Мы…
– Катя, я жду, – резко перебила она. – Мне нужно с тобой поговорить!
– Ну, хорошо. Сейчас… Паша, проводишь?
– Сейчас! Ксюха, я всего на десять минут! Это вот столько! – поставил он перед сестрой будильник. – Включи мультики!
– Угу! – грустно отозвалась Ксюша. Она очень боялась оставаться в квартире одна.
Мама встретила меня хмурая, недовольная. Наташа сидела на кухне и опять болтала по телефону. Судя по сахарному тону, с каким-то мужчиной.
– Пообедаешь с нами? – тихо спросила мама.
– Нет, мы у Паши поели! – так же шепотом ответила я.
– Катя, ты почему утром ушла и даже не поздоровалась с Наташей?
– Она что, на меня настучала? – удивленно подняла я брови.
– Она не могла выйти из квартиры!
– Почему?
– Потому что у нас с тобой только два ключа! – раздраженно ответила мама.
– Ой!
– Ты что, не видишь, как мне сейчас сложно? У меня отчет квартальный!
– Мама, у тебя каждый квартал квартальный отчет! – буркнула я.
– А тебе сложно мне помочь? Она же мне просто мозг чуть не съела сегодня, раз двадцать на работу позвонила!
– Так может мне ей свой ключ отдать? – предложила я.
– Нет, просто не убегай больше вот так, без предупреждения! Чтобы я не оказалась в идиотской ситуации! Ты же видишь, она человек… сложный.
В этот момент Наташа высунула свое длинное лицо из кухни и улыбнулась мне:
– Катенька, привет!
– Угу, – угрюмо отозвалась я и пошла в свою комнату.
III
Третья жертва
Я проснулась, с трудом заставила себя встать с кровати и медленно побрела на кухню. После вчерашнего дня я была какая-то разбитая. Как там Надя? Бедная, ей сейчас так тяжело… Наташа ещё спала – лежала на маминой кровати, скинув одеяло на пол, и звучно храпела. Интересно, а если она не проснется в ближайшее время, как я пойду в школу? Мне же надо ее «выпустить» из квартиры…
Впрочем, если я прогуляю последний день в четверти – никакой катастрофы, думаю, не случится. Я достала из холодильника йогурт, нашла в шкафу хлопья и уже собиралась сделать свой любимый завтрак…
– Доброе утро, Катюша! – раздался за моей спиной голос Наташи.
– З…здравствуйте! – вздрогнула я от неожиданности.
– Ну и куда ты вчера так убежала? – спросила она игриво, сев напротив меня.
– Вы не смогли выйти из квартиры, простите! Я в школу торопилась, и не знала, что у вас нет ключей.
– Ага, в школу? – как-то ехидно произнесла Наташа. – Да ничего страшного, твоя мама приехала, открыла мне.
О, тогда я понимаю, почему мама была такой раздраженной! Она не любит, когда ей даже звонят на работу и отвлекают от дел. А если ей еще и пришлось отпрашиваться и возвращаться домой…
– Вы на работу опаздывали, да? – с извинением произнесла я, перемешивая хлопья с йогуртом.
– Ой, да нет! У меня же суд в первый день прошел. Наша фирма его благополучно проиграла, ну да ладно! Я вчера погулять по городу захотела! Так редко бываю в Петербурге, захотелось по магазинам прошвырнуться, прикупить себе что-нибудь!
Я удивленно посмотрела на Наташу. Она из-за этого заставила маму возвращаться с работы? Не могла до вчера подождать?
– Ой, а где там мой завтрак? – вспомнила она и подошла к холодильнику. – Ага, вот! Я, Катенька, придерживаюсь здорового образа жизни! Чего и вам с мамой советую! Вот что ты ешь? Хлопья – это сплошная химия!
Я лишь пожала плечами. Наташа тем временем достала из холодильника баночку с мутно-серым содержимым, подозрительно напоминавшим блевотину. По крайней мере, хлопья в меня после увиденного лезли уже большим трудом. Но я недавно дала маме честное слово завтракать каждое утро, потому героически продолжила есть.