Чтение онлайн

– Боже милостивый, нет… – застонала она.

Марк ускорился, Леона тоже.

– Элеонора! – Марк сорвался на бег, тогда и Леона побежала.

Они обогнули диван и быстро вышли на второй круг.

– Любимая, остановись! – кричал Марк.

– Нет! – кричала она.

– Ну перестаньте же бегать! – кричала тетя Беатрис и вертела головой.

– Что здесь происходит?! – прогремел голос дяди Стефана с порога гостиной.

Леона невольно замедлила шаг и перевела взгляд на дядю. Марк тут же воспользовался этим: подлетел, схватил в охапку, запустил пальцы в ее волосы и простонал что-то нечленораздельное.

– Да отпусти ты меня! – возмущенно зашипела она.

– Не могу, – очень серьезно ответил Марк, потом перевел взгляд на дядю Стефана и заявил: – Отец, я принял решение. Женюсь.

Леона вывернулась и двинула Марку локтем в живот – а что было делать? Он охнул и разжал руки. Леона отскочила на безопасное расстояние и выставила перед собой ладонь:

– Не подходи.

– Любимая, ты разбиваешь мне сердце! – воскликнул Марк.

– Не стой в дверях, примета плохая, – сообщила тетя Беатрис мужу.

– Да куда уж хуже, – сказал дядя и наконец шагнул в комнату.

Он подошел к сыну, окинул его хмурым взглядом, потом посмотрел на Леону.

– Почему ты рыжая? – удивился он.

Леона невольно провела рукой по волосам, поняла, что они окончательно растрепались и принялась приглаживать ужасную рыжую гриву, собираясь завязать ее в новый узел.

– Не надо! – попросил Марк. – Такие красивые… – И тут же, бросив взгляд на отца, добавил: – Мы с Элеонорой собираемся пожениться.

– Что-то я не заметил, чтобы твоя избранница была согласна. – Дядя скрестил руки на груди.

– Она согласится! – беспечно ответил Марк.

Он подошел к Леоне и опустился перед ней на одно колено. На этот раз она не успела убежать – Марк взял ее за руку, потянулся вперед и поцеловал тыльную сторону ладони.

– Любимая, я отправляюсь за священником, – обрадовал он ее. – Знаю, уже поздно, но я все-таки уговорю преподобного немедленно провести церемонию. Не хочу ждать даже до завтра. Этой ночью ты, как моя законная жена, будешь спать со мной в одной постели.

– Марк… – Леона покачала головой и осторожно забрала у него руку.

– Элеонора – сестра тебе, ты не можешь на ней жениться, – расстроенным голосом сообщила тетушка.

– Кузина, – улыбнулся Марк. – На кузине могу.

– Сынок, если хочешь жениться сегодня, поторопись, – заявил дядя Стефан. – Дом преподобного неблизко, а он наверняка скоро ляжет спать.

– Ты прав, – кивнул Марк.

Он вскочил и тут же помчался к выходу. В последний момент обернулся.

– Скоро вернусь, любимая! – нежным голосом пропел он. Потом посмотрел на отца: – Спасибо, пап. Я рад, что ты понимаешь.

Двери за Марком захлопнулись, и дядя Стефан перевел взгляд с тети Беатрис на Леону.

– Я не выйду за него замуж, – твердо сказала она.

– Конечно, нет, – ответил дядя. – Сейчас ты объяснишь мне, что происходит, а потом возьмешь лошадь и кошель с золотыми монетами, переоденешься в мужскую одежду и быстро отсюда уедешь. Ты ведь собиралась в столицу?

***

Леона распрощалась с дядей и тетей на крыльце дома из красного кирпича, понимая, что, возможно, никогда больше этот дом не увидит. Было немного грустно, но ведь всегда бывает грустно, если стоишь на пороге новой жизни?

– Извини, что так получилось, – сухо сказал дядя Стефан, и Леона поняла, что он только что продемонстрировал крайнюю степень своей привязанности. – Я должен был сделать это для Марка, да и для тебя самой. Нельзя вам жениться, вы близкая родня.

– Я никогда не вышла бы за него замуж! – Ее голос едва не звенел от напряжения. – Всё хорошо, дядя Стефан. Ты же знаешь, я и сама мечтала уехать.

– Сначала избавься от дара, иначе далеко не уедешь, – вздохнул дядя.

– Да, – кивнула она. – Я сделаю всё, как ты сказал.

– А надо ли избавляться от такого хорошего дара? – с сомнением протянула тетя Беатрис. – Она молодая девушка… Пусть найдет себе мужа и устроит свою судьбу.

– Надо, – отрезал дядя Стефан. – Иначе нашему сыну будет угрожать опасность.

– Надо, – добавила Леона. – Не нужна мне такая судьба.

– Ладно уж, решили, так поезжай. – Тетя промокнула платочком набежавшие слезы. – А то как бы Марк раньше времени не вернулся, да и в дверях стоим, примета плохая.

Леона еще раз поцеловала обоих, пообещала писать и не забывать. Потом быстро, пока не передумала, сбежала с крыльца, отвязала Принца и вскочила в седло.

Уже на улице, едва отъехав от ворот, она заметила приближающегося к дому всадника. Тот как раз проезжал мимо фонарного столба; тусклый свет упал на его лицо, и Леона вдруг узнала в высоком блондине с холодным взглядом Николаса Орвина. Она вздрогнула, поспешно отвернулась и пришпорила лошадь.

К счастью, сам господин Орвин не узнал ее в мужской одежде и большом бархатном берете, под которым была надежно спрятана проклятая рыжая грива.

Перед отъездом дядя Стефан снабдил Леону деньгами, а еще и старым отцовским пистолетом и патронами к нему, «потому что в дороге всякое может случиться». А тетя Беатрис выудила из сундука несколько сорочек, камзол, штаны и сапоги, которые носил Марк, когда ему было лет пятнадцать-шестнадцать – но совсем не износил, потому что быстро вырос, зато Леоне они оказались как раз впору. Чтобы сойти за мужчину, ей, конечно, следовало бы не только перетянуть грудь длинным лоскутом ткани, но заодно и обрезать волосы – однако ножницы отскакивали от заколдованной рыжей гривы, так что пришлось заплести ее в тугую косу и спрятать под беретом.

Тетушка дала ей с собой в дорогу флягу с водой и два полотняных мешочка, с сухарями и с вяленым мясом. Мешки Леона запихала в одну из седельных сумок, а во вторую с трудом, но всё же уместила нехитрые пожитки: сменную сорочку, белье, мыло, зубную щетку, веревку, карту и компас. К тому же она забрала из дома единственную свою драгоценность: раскрывающийся медальон на цепочке с портретами родителей.

– Чтобы избавиться от дара, надо обратиться за помощью к другой фее, – сказал дядя.

– В Огнёвке за Черной рекой живет фея Виолетт, – сказала тетя.