ДРАКОНЬЕ ЛЕТО
Шрифт:
– Квентин? – Лин вопросительно смотрела на меня. – Ты идешь?
– Конечно, – я натянуто улыбнулся. – Я хотел тебя спросить: при каких обстоятельствах ты бы дралась на дуэли?
– Если бы меня оскорбили при всех… – Она задумалась. – Нет. Мэтр предостерегал как раз от этого. Я бы ответила еще хлеще, только и всего.
– А если бы за глаза поносили близкого друга, члена семьи? Кого-то, кто вполне мог бы заменить тебе отца или брата?
– Они бы ответили за свои слова, – помедлив, кивнула она.
Мы вышли за ворота. Последний раз отпив из кувшина, я оставил его у плетня. Легкость уходила, тело мало-помалу обретало вес, но сухость только усилилась, будто тело, лишенное огня, сжигало само себя. Гудела голова.
– Тебе досталось, – тихо сказала Лин.
– Надеюсь, мой соперник выглядел не лучше. – Я обернулся на пустой двор. Две усыхающие березы вяло качали чахлыми ветвями вслед. У крыльца вилась пыль.
Точь-в-точь наша ферма в погожий день. Может, это и к лучшему, что и там, и тут меня проводили неласково. Меньше искушений.
Стал бы я драться за кормилицу и ее мужа на дуэли? Возможно, но… не знаю. Скорее фыркнул бы обидчику в лицо, как Лин тогда, в карете. «К вашему сведению!…» Смелая девочка. Она не боялась показаться смешной.
– Так, – спохватилась Лин, – я к тебе в оруженосцы не нанималась! Держи, – она передала мне сумку и плащ.
– Я надеялся, что ты забудешь.
– И не мечтай, – фыркнула она. – Я еще и свою сумку на тебя могу сгрузить. Пешком, между прочим, мы идем по твоей милости.
– Растравляешь свежие раны? Ну-ну. Вот вызову тебя на дуэль, будешь знать.
Беззлобно пикируясь, мы вошли в лес. В сердце смутно шевельнулась горечь: как же, де Верг проехал здесь совсем недавно, еще следы колес не остыли. Победитель…
Лин блаженно зажмурилась, шагнув в тень.
– Как ты думаешь, есть тут разбойники?
– Надеюсь, что нет, – честно отозвался я. Голова болела все сильнее.
– Не пышешь жаром гнева? Не горишь желанием отомстить за вчерашнее?
– Тебе бы все шутить, – я поднес руку к затылку. Пепел! – Лин… мне, кажется, нехорошо.
– После вчерашнего или после сегодняшнего? – Улыбка медленно сползла с ее лица. – Ой. Квентин, не умирай, а? Я тебя до Галавера не дотащу.
– Да. То есть не обещаю, но…
– Сворачиваем с дороги и устраиваемся на отдых, – перебила Лин. – От привала до привала, к ночи будем в Галавере. Заметь, я не сказала, к какой ночи.
Я невольно улыбнулся.
Мы спустились вдоль овражка по мягкой траве и вошли в солнечный бор. Между соснами прозрачным блеском светилась река.
– Остановимся у воды? – нерешительно спросила Лин.
– Думаешь, пора топиться?
– А тебе сейчас не все равно?
Я с изумлением посмотрел на нее. Хороший способ избавиться от попутчика, нечего сказать!
– Я не об этом, – поправилась Лин. – Марек сказал, у тебя сейчас упадок сил. Перенапряжение: если раньше не баловался с огнем, поначалу бывает худо. Раз огонь весь вышел, что толку бояться воды?
– Действительно, кому знать, как не ему? – пробормотал я. – То, что я столько времени провел на жаре, – мелочь, не стоящая внимания.
– Ты на него злишься?
– За что? Он делал свою работу. Ненавязчиво и мягко, надо отдать ему должное. Ты даже не заметила.
– Заметила, – Лин улыбнулась чему-то. – Он сам раскрыл карты. Знаешь, мне кажется, он получил от нашей встречи большое удовольствие. Марек любит загадки.
– Что может быть загадочнее, чем юноша, вспыльчивый во всех отношениях, – пробормотал я. – И как, разгадал он наши тайные замыслы?
– Пытался, – тряхнула головой Лин. – Но куда Мареку до меня! К тому же я обещала мэтру его не выдавать. Он мой учитель… и друг, наверное.
Мы вышли на песчаный берег. Вокруг теплыми колоннами стояли сосны, шуршала осока. Рядом крикнула чайка. Каменистая коса резала неглубокую воду пополам, будто неторопливая баржа.
Как дома…
Хочу ли я вернуться домой? К простой, изнуряющей работе, любимым книгам, знакомым лицам? Пустой разговор… но если бы? Или отправиться в безлюдные земли, стать собой, учить магию самому? Теперь, когда я знаю основы, что не подвластно мне?
А что останется вне моей руки, когда я пройду Галавер?
Не так. Что от меня останется после Галавера – вот что я хотел бы знать.
– «Вспыльчивый во всех отношениях», – медленно, словно пробуя слова на вкус, произнесла над ухом Лин. – А это звучит! В передряги ты и впрямь попадаешь с завидной частотой.
– Череда случайностей, – пожал плечами я. – Или время пришло. Перед Темью была еще одна… стычка.
– Мм-м, – Лин провела носком черту на песке. Выпрямилась, посмотрела на меня. – И стоит оно того? Зачем дразнить дракона?
– Дразнить драконов никогда не стоит. А вот вступиться за то, что считаешь правильным… Хотя ты права. Третья драка, и третий раз одни неприятности. И третий раз – выбор, который я не мог не сделать.
Ноги начали подкашиваться. Я сел на песок.
– Может быть, где-то я и ошибаюсь, – помолчав, добавил я. – А может быть, ошибается мир.
– Хороший из тебя боевой маг получится, – хмыкнув, Лин уселась рядом. – Люди, во всем виноват мир, с него и спрашивайте! А у меня принципы!
– Ты говоришь так, будто у тебя их нет. – Голова кружилась все сильнее, и я лег, закинув руки за голову.
Снова хотелось пить, но идти к реке не было сил.
Небо летело над головой, как весенний поток. Близко-близко, вытяни руку – коснешься, шелестели облака.
– Анри тебе за-ви-ду-ет, – упрямо продолжала Лин. – На что у тебя уходит час, у него уходили недели. Да и наставница его наверняка за промахи по голове не гладила. А тут появляешься ты, весь в алом… – Она смутилась. – Извини, прилипло.
– Ничего, – я махнул рукой. – Если уж я еду в Галавер, придется привыкать. Лин, я посплю немного, хорошо? Мне сейчас не то что заклятого врага не поджарить – костер не развести.
– Конечно, – она беспечно тряхнула головой. – Если что, я и мечом могу.