Чтение онлайн

Мужчина шёл, волоча ноги, и Чон Дунг вскоре пришлось его тащить на себе. То и дело ей приходилось скидывать тяжелую ношу с себя и отбиваться от бандитов, но она вновь брала Маджияртая и тащила его к пещере. Скрывшись там в темноте, Чон Дунг положила мужчину на холодный пол и сняла с него окровавленную одежду, чтобы перевязать его раны и остановить кровь.

Чон Дунг перевязала одну рану своей повязкой, а затем стала отрывать лоскуты от одежды Маджияртая. Тот, кряхтя, слабо ударил ее по рукам с недовольством. Чон Дунг удивлённо посмотрела на него.

– Ты знаешь, сколько стоит эта ткань?

– Уж точно не больше вашей жизни, – Она оторвала ещё один кусок, а Маджияртай тяжело завыл, будто от него оторвали этот кусок.

– Разве моя жизнь так ценна? – с огорчением спросил он.

– Вы свидетель смерти моей госпожи. Вы сможете защитить меня и наказать Ляо-хатун.

– Защитить тебя? Да ты же сама ещё чуть-чуть и умрешь, – Маджияртай показал кивком на кровавое пятно на ноге Чон Дунг.

– Такие раны не смогут меня убить. Можете не беспокоиться, – сказала она с полным равнодушием и ушла, совершенно не хромая, из пещеры.

Маджияртай выдохнул с облегчением. Чон Дунг направилась осторожно в деревню, которая была неподалёку. На самой окраине стоял домик, на крыльце которого старичок продавал лечебные травы. Увидев ее, он ахнул и тут же подбежал к ней, ведь вид у неё был не самый лучший.

– Госпожа, вы ранены? – спросил старичок, осматривая ее.

– Не страшно все это. А вот мой друг ранен очень.

– Я дам вам лекарства и хлеб, зайдите в дом скорее.

Чон Дунг зашла в дом, а позже направилась обратно в пещеру, чтобы залечить Маджияртая. Он все ещё лежал на холодном камне, но кровь перестала течь. Чон Дунг разбудила его каплями холодной воды из пещерного родника. Маджияртай недовольно закряхтел и сел, морщась от боли и неприязни к своей спутнице.

– Я говорил, что это подстава. Служанка указала на большую часть солдат, а потому госпожа и мертва. Это ты виновата!

– Я предлагала остаться во дворце, но вы сказали, что возьмёте больше солдат, которые оказались бесполезны.

– Ты права, – вздохнул Маджияртай. – Мне стоило согласиться с тобой. Что я за дурак? – он схватился за голову. – Я виноват в смерти собственной невесты!

– Вы не правы. Чтобы понять, кто виноват, достаточно исключить из цепи событий человека, которого считают виновным, и посмотреть, что изменится. Если убрать меня, то Мяошири была бы убита ещё в первый раз. Если убрать вас, то Ляо-хатун нашла бы другое время и причину, чтобы убить госпожу. Если же убрать Ляо-хатун, то ничего бы не случилось. Не вините себя, – Чон Дунг горько улыбнулась и протянула кусок хлеба Маджияртаю. – Пойдёмте, нам пора возвращаться во дворец.

Чон Дунг снова повела Маджияртая за собой, периодически таща его на себе. Она шла осторожно, стараясь не шелестеть листьями под ногами. Наконец, они пришли к деревне. У домика старика стояла лошадь. Старичок гладил животное, ожидая Чон Дунг. Как только они подошли, он тут же протянул им поводья. Чон Дунг помогла Маджияртаю взобраться на лошадь, а потом села сама.

– Мы не забудем вашей доброты, – сказала Чон Дунг и погнала лошадь ко дворцу, потому что Маджияртай начал терять сознание.

Лошадь скакала, поднимая пыль, пугая прохожих. Все, кто видел их, возмущался и спрашивал сам себя или собеседника, куда же так спешат эти двое? Приехав в дом, где жила семья Маджияртая, Чон Дунг отдала его слугам.

Убедившись, что все с ним будет хорошо, она хотела идти, но заблудилась. Дом был довольно большим, ведь там также жил главнокомандующий Баян, хотя и у Маджияртая был не малый чин.

Чон Дунг вышла на балкон, где в углу сидел мальчик лет пятнадцати. Он закрыл лицо руками и тихо плакал. Его одежда была такой же дорогой, что и у Маджияртая. Чон Дунг присела на колени рядом с ним и хотела погладить его по голове, чтобы успокоить, но вспомнила, что на ее лице нет повязки. Она остановила руку совсем у его головы. Вдруг мальчик медленно стал поднимать голову. Чон Дунг тут же одернула руку, закрыв рукавом нижнюю часть лица. Опухшие глаза мальчика смотрели с испугом и печалью на нежданную гостью.

– Кто вы? – его голос звучал твёрдо, хоть он и был испуган.

– А ты кто?

– Я первый спросил.

– Мой ответ зависит от твоего.

– Я Тогто, сын Маджияртая.

– А я друг твоего отца, Чон Дунг.

– Откуда мне знать, что это правда?

– Ну… – Чон Дунг задумалась. – Просто поверь мне на слово. С чего бы мне тебе врать?

– С того, что вы закрываете своё лицо.

– Если я уберу руку, то вряд ли понравлюсь тебе больше, чем сейчас.

– Если вы друг моего отца, то вы мне понравитесь независимо от вашего лица.

– Потом не говори, что я не предупреждала, – Чон Дунг убрала руку.

Мальчик замер в ужасе, пытаясь его скрыть. Он сглотнул комок в горле и осмотрел балкон, надеясь увидеть кого-то ещё. Не найдя никого, он вновь посмотрел на Чон Дунг.

– Вы пришли убить меня? Так же, как моего отца?

– Я же сказала, что я друг твоего отца, – Чон Дунг разочарованно вздохнула. – Я спасла его от смерти. С чего бы мне убивать тебя?

– Вы так выглядите.

– Как так? Страшно? Уродливо? – мальчик молчал. – Можешь не молчать. Я сама прекрасно знаю, как ужасно выглядит мое лицо.

– Вы выглядите, как злой человек, – сказал Тогто боязливо.

– Порой уродливые люди, как раз, добрые, а красивые – злые. Вот знаешь госпожу Ляо-хатун?

– Знаю, госпожа.

– Мне так льстит твоё вежливое обращение. Никто из господ ко мне так не обращается. А Ляо-хатун назвала меня шавкой. Она же убила госпожу Мяошири и пыталась убить твоего отца и меня.

– Это точно она? Она не выглядит так, – Чон Дунг усмехнулась.

– Сколько в тебе сохранилось доверия до такого возраста. В твои годы я не то что никому не верила, я всех ненавидела.

– Почему?

– Сколько тебе?

– Четырнадцать.

– В тринадцать лет меня отправили в качестве дани в Юань, лишив семьи и родного дома. Мой брат, пытаясь спасти меня, был убит. Перед смертью он сообщил мне, что матушка умерла от горя. Всех девушек, которые были со мной, по воле случая убили. Я скрывалась месяц в горах, питаясь только летучими мышами. Тогда я была способна только на ненависть.

– А что же сейчас?

– Прошло восемь лет. Я встретила людей, которые подняли меня с этого дна и показали, как можно отомстить тем, кто лишил меня всего, что я имела. Тогда я стала помогать людям, но ненависть не уходила. Больше всего на свете я желала мести.

– Но почему?

– Потому что считала, что все чиновники такие, как тот, который забрал меня из дома. Но потом я встретила Мяошири. Я увидела в ней возможность помочь большему количеству людей, потому что она тоже этого хотела. Так моим главным желанием стала помощь людям, а не месть за мою боль.

– А что это были за люди, которые… ну… это…

– Это был свободный евнух, бывший офицер из Корё. Он поселил меня в кореской деревне. А однажды, когда я приносила посылку в дом чиновника, я увидела, что он делал со слугами, и как он был богат. Я узнала, что все его состояние было частью заработанных денег с фальсифицирования чао. Он грабил народ, а я ограбила его и накормила его голодавших слуг на те деньги. А на остатки накормила и одела нашу бедную деревушку. Меня поймали и посадили в тюрьму. Хотели казнить, но я сбежала. Тюрьма у них никудышная, – оба усмехнулись.