Чтение онлайн

— Меня зовут Верна, — сказала тихо, с теплом пожав руки учёного. — Благодарю Вас, мэтр. К сожалению, я никогда не пробовала пытаться лицедействовать.

— Не стоит благодарности, милая девушка, — отмахнулся мэтр. — Я, признаться, и сам очень рад, что удалось Вам помочь. Хотя бы в этом я смогу противостоять ему, хотя бы одну душу попытаться спасти. А научиться перевоплощаться придётся. Мы не можем проиграть, ведь на кону Ваша жизнь, дорогая моя.

— О ком Вы всё время говорите? Кому мы не должны проигрывать? — Ответ мне был известен, ведь о своём противнике я знала. Интересовало другое: почему этот странный учёный решился встать на пути настолько могущественного в нашем мире человека.

— Мой сын, — кратко ответил мэтр Вендцлас, и, нахмурившись, отвернулся. Я мгновение приходила в себя от удивления, не в силах поверить, что у чудовища может быть отец. Мэтр будто прочёл мои мысли, сказал хрипло, отрывисто:

— Он не всегда был таким, Верна. Мы ведь все рождаемся одинаковыми, различаясь лишь талантами, которыми наградила природа, а вот уже жизнь создаёт из нас тех, кем мы в итоге становимся. Возможно, это я виноват, что мои сыновья выросли настолько непохожими на меня. Всегда был занят своими исследованиями, предоставив мальчиков своей судьбе. Гений Конрада возвеличил его, но он же и убил его душу. Лишь однажды я видел в нём искру, только она угасла вместе с той рыжеволосой красавицей с изумрудными глазами, что зажгла её.

Моё удивление возросло ещё больше. Так и не удалось поверить в то, что Конрад мог быть любим, и даже отвечал на эти сильные чувства. Уж скорее, это были фантазии безумца, чем реальные воспоминания отца о сыне. Спросила с сомнением:

— Что стало с той девушкой, если она, конечно, действительно существовала?

— Она умерла, — тихо ответил мэтр. — Умерла, не оставив моему мальчику ни малейшего шанса остаться человеком. Пыталась спасти тело, глупышка, но погубила душу. И я, старый идиот, сам позволил ей сделать это.

Учёный снова громко засмеялся, будто воспоминание о той давней смерти его чрезвычайно позабавило. Я более не рискнула беспокоить его подобными вопросами и поторопилась сменить тему.

— Почему Вы здесь? — спросила, дождавшись пока смех безумца стихнет. — За что сын запер своего отца в этой башне?

— Мой сын не жалует тех, кто помнит его хрупким, болезненным подростком, брошенным матерью и презираемым за слабость людьми. Он предпочитает забыть то время, как и тех, кто был свидетелем его неустроенной юности. Многие старые знакомцы поплатились за свою хорошую память. Конрад предпочитает общаться с подобными себе — существами, лишёнными душ. Он увлечённо создаёт их для себя. Видимо, Вас, барышня, ждала такая же печальная участь.

— Да, — согласилась я тихо, — вашему сыну понадобилась мёртвая невеста, способная двигаться, говорить и подарить ему наследника. Вот только чувствовать и мыслить мне воспрещалось. Он объявил мою силу болезнью и пытался меня вылечить, заморозив душу. Вы спасли больше, чем мою жизнь, мэтр.

— Ещё не спас, — вздохнул учёный. — Но мы будем бороться за вас, дорогая. Кстати, мне знакомо Ваше имя. Или, скорее, оно напоминает имя героини одной древней легенды, в которой рассказано о том, как юная девица полюбила дракона. Конечно, из этого ничего хорошего не вышло. Бедняжка умерла при родах, а вот её дочь впоследствии стала королевой. К чему я это вдруг вспомнил?

Мэтр снова захихикал и какое-то время боролся с приступом, то вскакивая, то садясь со мною рядом. Я терпеливо ждала, пока он упокоится, намереваясь сознаться ему в своём происхождении. Продолжая нервно смеяться, учёный всё же умудрился закончить свою мысль, правда, в виде едва разборчивого бормотания:

— Полукровок ненавидели тогда…сжигали…Король боялся за жизнь жены и дочери…А королева умерла…И что же ему оставалось? Запер малышку в башне…в этой башне под охраной…Башня Принцессы изначально была тюрьмой…

— Та принцесса была моей прапрабабкой, — не удержалась я от восклицания. — У меня сохранились её дневники.

Эта новость неожиданно подействовала на мэтра успокаивающе. Он снова посмотрел на меня осмысленно.

— Теперь понятно, почему Конрад выбрал Вас, — сказал со вздохом. — Жажда власти — его навязчивая идея. А союз с последней принцессой нашего мира даст ему полную власть на совершенно законных основаниях. О крови дракона, я так понимаю, он прежде не знал, иначе к Вам уже давно бы наведались с визитом Молчуны.

— Да я и сама узнала о своей силе недавно, — мне оставалось лишь пожать плечами в ответ.

— Это естественно, — хмыкнул мэтр. — Кровь дракона проявляется не сразу. Этот талант пробуждается к жизни лишь под давлением обстоятельств. Не удивительно, что Вы не умеете им управлять.

— Вы можете мне помочь? — спросила я с надеждой.

— Научиться управлять своим гневом несложно, — мэтр выглядел задумчивым. — Я никогда не занимался подобным обучением, но мне было интересно попробовать. В любом случае Вам следует овладеть своей силой настолько, чтобы больше не причинять себе вреда. Ваша кровь должна защищать Вас, а не убивать. Над этим нужно поработать.

— У нас не так много времени, — с сожалением протянула я. — Конрад на моё лечение дал всего лишь неделю.

— Ну что же, — вздохнул мэтр. — Тогда следует поторопиться. И прежде всего мы должны защитить Вашу душу от вымораживающего препарата Молчунов. Принцип его действия прост. Когда-то я сам из-за безрассудного любопытства приложил руку к его созданию. А вот после заключения в башне разработал противоядие к нему. Мой сын был так снисходителен, что предоставил в моё распоряжение небольшую лабораторию в подвалах этого здания. Конечно, он часто изымает результаты моих трудов, но я смог утаить от него многие разработки.

— Он заточил Вас только для того, чтобы использовать, — сделала печальный вывод я.

— И для этого тоже, — кивнул мэтр. — К тому же я как-то спас его жизнь. Смею надеяться, что он учитывал этот факт, позволив мне жить и работать, пусть и лишив общения с себе подобными. Свою мать, к примеру, он не пощадил. Как только пришёл к власти, сразу же принялся за её поиски. В этом ему помог брат, чем, собственно, и выторговал себе жизнь, да свободу. Оба мальчика так и не смогли простить родившую их женщину, которая покинула семью ради любви к молодому магу. Даже я понял силу её чувств и позволил уйти с миром. Но сыновья отпустить не смогли. Маг же оказался достаточно сильным. Он дорого отдал свою жизнь, успев отомстить за смерть любимой женщины. Несмотря на большое количество стражей, маг успел многократно ранить Конрада, пожелавшего лично умертвить того, кого так люто ненавидел. Тогда он ещё был способен на сильные чувства. После той схватки мне пришлось долго бороться за жизнь сына. Я не мог поступить иначе, ведь он — моё дитя. Но тот, кто открыл глаза после долгого забытья, напугал меня. Он и теперь пугает меня.

Мэтр резко оборвал свою речь, затрясся, прикрыв лицо дрожащими руками. Не знаю, плакал ли он или снова смеялся. Он казался жалким, несчастным, сломленным. Наверное, следовало сочувствовать ему. Но я могла лишь тихо злиться на того, кто дал второй шанс чудовищу, приготовившемуся меня уничтожить. Нет, хуже! Ведь Конрад намерен сделать из меня копию себя самого, даже всего лишь своё отражение — бесправную, бесчувственную, опустошенную тень. Ну, уж нет! Если у меня появилась возможность избежать этого, я не собираюсь её упускать. Резко встряхнув мэтра за плечи, я громко потребовала: