Чтение онлайн

– Послушай.
– Тассельхоф решил быть терпеливым.
– Все, что нам нужно, это длинная веревка - сбросить ему. Можешь ты ее создать?

– Веревка!
– Фисбен гневно воззрился на кендера.
– Неужели ты воображаешь, будто я так низко пал? Ты оскорбляешь мое искусство. Помоги-ка мне встать... Тас подал ему руку.

– Я совсем не хотел тебя оскорбить, - сказал он волшебнику.
– Я просто подумал, что нет ничего проще веревки, особенно при твоем-то мастерстве... Что ж, давай!
– Тас указал в сторону балкона.
– И будем надеяться, что останемся живы, - добавил он про себя.

– Я не подведу ни тебя, ни Сестана, - пообещал, сияя, Фисбен. Вдвоем они посмотрели вниз с балкона. Все выглядело в точности как и накануне. Сестан скрючился в уголке. Дракон спал крепким сном... Фисбен закрыл глаза. Сосредоточившись, он забормотал волшебные слова, а потом высунул сквозь перила худую руку и как бы потащил что-то вверх... У Таса, следившего за ним, сердце вдруг забилось где-то у горла.

– Стой!
– захлебнулся он.
– Не того!..

Фисбен открыл глаза и увидел: алый Пирос, сохраняя прежнюю позу, медленно поднимался над полом.

– Батюшки!
– ахнул маг и, быстро произнеся несколько слов, обратил заклятие вспять и плавно вернул дракона на землю.
– Промахнулся, - сказал он.
– Попробуем еще раз. Начнем сначала... И вновь зазвучал волшебный язык. На сей раз начал подниматься Сестан. Он плыл все выше и выше и наконец завис вровень с балконом. Фисбен побагровел от натуги.

– Почти готово? Держись!..
– Тас так и подпрыгивал, не в силах устоять на месте. Ведомый манящей дланью волшебника, Сестан мирно проплыл над перилами и, так и не проснувшись, мягко спланировал на пыльный пол.

– Сестан!
– прошипел Тас, предварительно зажав овражному гному рот ладонью, чтобы тот, паче чаяния, не завопил с перепугу.
– Сестан, это я, Тассельхоф! Просыпайся!

Овражный гном открыл глаза. Первой его мыслью было - никак Верминаард вздумал скормить его хищному кендеру вместо дракона!.. Однако потом овражный гном узнал друга и облегченно обмяк.

– Ты в безопасности, только молчи, - предупредил кендер.
– Дракон может услышать нас отсюда и... Его прервал гулкий удар, донесшийся снизу. Овражный гном встревоженно сел.

– Ш-ш!
– зашипел Тас.
– Наверное, просто дверь в логово...
– И он поспешил назад на балкон. Фисбен был уже там и смотрел вниз сквозь перила.
– Что там такое?

– Повелитель Драконов.
– Фисбен указал на нижние галереи.

Верминаард стоял на карнизе, глядя на спящего Пироса.

– Проснись, Уголь!
– крикнул он.
– Мне только что доложили о вторжении! Жрица здесь и подбивает рабов к бунту!..

Пирос зашевелился и неохотно раскрыл глаза. Ему снился такой странный сон - овражный гном, летавший по воздуху. Он затряс громадной головой, разгоняя остатки дремоты. Что там говорил Верминаард? Жрица?.. Пирос зевнул. Стало быть. Повелитель Драконов выяснил-таки, что она пробралась в крепость.

– Не изволь беспокоиться, мой господин...
– начал он, но тут же осекся, вглядываясь в нечто весьма и весьма странное.

– Беспокоиться?
– брызгал слюной Верминаард.
– Да я...
– И тоже осекся. А то, на что они оба смотрели, медленно покачивалось в воздухе, легко, словно перышко, слетая все ниже.

Это была шляпа Фисбена... Танис разбудил всех в самый темный час перед рассветом.

– Ну что?
– сказал Стурм.
– Вперед?

– Выбора в любом случае нет, - оглядывая маленький отряд, мрачно ответил Танис.
– Если один из вас - предатель, пусть вечно гложет его мысль о невинно загубленных жизнях. Верминаард убьет не только нас, но и заложников. Но я предпочитаю думать, что предателей среди нас нет. А потому будем действовать, как и собирались.

Никто ничего не сказал, но каждый искоса поглядывал на остальных. Всех мучили подозрения.

Когда проснулись женщины, Танис еще раз обсудил с ними свой план.

– Мы с моими друзьями и Мариттой проберемся к детям, прикинувшись женщинами, которые обычно приносят им завтрак. Мы выведем их во двор, -тихо говорил полуэльф.
– Ваше дело - заниматься своими делами самым обычным порядком. Когда вас выпустят на прогулку - хватайте детей и скорей с ними к шахтам. Ваши мужчины перебьют стражу и уведут вас на юг, в горы. Все понятно?

Женщины молчаливо кивали. В коридоре раздались приближающиеся шаги. Охрана!

– Ну что ж, - тихо проговорил Танис.
– За работу!

Женщины поспешно разошлись по местам. Танис поманил к себе Тику и Лорану:

– Если нас все-таки предали, вам грозит особенная опасность. Вы ведь будете охранять женщин...

– Нам всем будет грозить особенная опасность, - холодно поправила Лорана. В эту ночь она так и не сомкнула глаз, зная: стоит чуть-чуть ослабить тиски, в которых она держала себя самое, - и ей уже не превозмочь страха.

Танис и не подозревал, что творилось у нее в душе. Он видел только, что в это утро она была необычайно бледна - и необычайно красива. Сам он привык к сражениям настолько, что мучительного ужаса первой битвы уже и не помнил.

Кашлянув, он тихо сказал:

– Прими совет, Тика: держи лучше меч в ножнах. Больше толку будет... Тика нервно хихикнула и кивнула, а Танис добавил: - Да попрощайся с Карамоном.

Она пунцово покраснела и, бросив на Таниса с Лораной многозначительный взгляд, убежала.

Какое-то время Танис молча смотрел на Лорану. Только тут он заметил: она так отчаянно сжимала зубы, что напряглись жилы на шее. Он хотел было обнять ее, но она казалась окоченелой, точно труп драконида.

– Может быть, не надо?..
– сказал он, опуская руки.
– Это не твой бой. Иди с другими женщинами к шахтам... Лорана покачала головой и ответила не сразу лишь убедившись, что голос не дрогнет.

– Тика не обучена драться, - сказала она.
– А я обучена. И не важно, что учили нас разве что для церемоний...
– Она горько улыбнулась; выражение его лица от нее не укрылось.
– Я сделаю все, что должна, Танис, - непривычно выговорила она его человеческое имя.
– А не то ты решишь, что предатель - это я...

– Поверь мне, Лорана!
– вздохнул он.
– Я не более твоего считаю Гилтанаса предателем! Просто... Проклятие, от этого столько жизней зависит! Неужели ты не понимаешь?..

Он взял ее за плечи, и она почувствовала, что его руки дрожали. Подняв глаза, она увидела на его лице страх и муку сомнения. Он боялся не меньше ее самой - только не за себя, а за других.

Она поглубже вздохнула.

– Прости, Танис... Ты прав.
– И добавила: - Стража сейчас войдет. Пора!

И отошла прочь, не оглядываясь, и только потом, когда было уже поздно, подумала: а что, если Танис сам подходил к ней за утешением... Маритта и Золотая Луна повели спутников по узенькой лестнице вверх, на следующий этаж. Стражники-дракониды с ними не пошли, пробурчав что-то насчет "особого поручения". Танис спросил Маритту, всегда ли они так делали, и та отрицательно мотнула головой, а на лице ее появилось выражение тревоги. В любом случае им оставалось только идти вперед. Следом за ними топало шестеро овражных гномов, несших тяжелые горшки с чем-то, отдаленно напоминавшим овсянку. Они почти не обращали внимания на так называемых женщин - пока Карамон, запутавшись в юбке, не споткнулся и не упал на колени, выругавшись при этом вполне по-солдатски. У гномов округлились глаза...