Чтение онлайн

Голос Высоцкого слышится чуть громче. Аплодисменты.

ИГОРЬ НИКОЛАЕВИЧ. Рита, устал я. Домой поеду сейчас. Машину только вызови мне.

РИТА. Не будет вам сегодня машины, Игорь Николаевич. Я машину отдала вашу.

ИГОРЬ НИКОЛАЕВИЧ. Кому?

РИТА. Высоцкому. Пока вы тут судили-рядили, его на ней привезли сюда, на ней и отвезут.

ИГОРЬ НИКОЛАЕВИЧ. Как так? Распоряжаешься моей машиной?

РИТА. Эра Георгиевна еще утром сегодня мне говорит: «Ритка, выручай – если машина наша за ним поедет, его привезут. Гарантия. А так он может не приехать. Мало ли что? А так – гарантия!»

ИГОРЬ НИКОЛАЕВИЧ (устало). А ты что?

РИТА. А я ей: а как же Игорь Николаевич? А она мне: да пошел он, твой Игорь Николаевич… Там народ Высоцкого ждет! Кто для тебя дороже?

ИГОРЬ НИКОЛАЕВИЧ (горестно). Ну вот, благодарность. Ах, Рита, Ри-туля… (Вдруг оживившись.) А ведь это я вам пробил этот концерт! Лично я! (Махнув рукой.) Ладно, не надо машины. Пойду пешком.

Слышны аплодисменты. Голос Высоцкого исполняет «Баньку». Игорь Николаевич понуро сидит в кресле. Медленно меркнет свет.

Рита – Ирина Морозова, Игорь Николаевич – Андрей Молотков

Рита – Галина Борисова, Игорь Николаевич – Владимир Долинский

Игорь Николаевич – Андрей Молотков

Комедия из спортивной жизни

1990

НИКОЛАЙ МИХАЙЛОВИЧ ГУРЬЯНОВ, старший тренер

ЕВГЕНИЙ (ЖЕНЕЧКА) ЛАРКИН, врач-психолог

АНАТОЛИЙ БОРИСОВИЧ ШАРОВСКИЙ, начальник команды

САША КУБАРЕВ, хоккеист

ИГОРЬ ХОХЛОВ, второй тренер

БОБ КЭПЛУН, канадский хоккеист

ЭЛИЗАБЕТ КЕЛЛИ, невеста Боба

Действие происходит в середине 1970-х годов.

До начала слышна мелодия песни А. Пахмутовой «Трус не играет в хоккей».

Раздевалка хоккеистов во Дворце спорта «Колизеум». Разбросанные по креслам и полу детали хоккейной униформы, клюшки, полотенца…

Двери, ведущие на лед, полуоткрыты – виден борт хоккейного поля, за которым иногда мелькают тени игроков… Идет тренировка перед вечерней игрой: с арены слышны гулкие восклицания, скрежет коньков, удары о борт, щелчки, разгоряченное дыхание…

По радио транслируют хоккейный матч.

ГОЛОС КОММЕНТАТОРА: Говорит и показывает Джексонвилл! Говорит и показывает Джексонвилл! Мы находимся в раздевалке команды наших хоккеистов, совершающих большое спортивное турне по городам Америки и Канады. Через несколько часов здесь, в «Колизеуме», наши хоккеисты встретятся в очередном матче с «Джексонвиллскими пантерами», а пока наши ребята на предматчевой тренировке…

Женечка входит в раздевалку, садится в кресло, слушает. Появляется Гурьянов, вытирается полотенцем.

ЖЕНЕЧКА. Слышь, Михалыч, обо мне только что на весь мир вещали.

ГУРЬЯНОВ. Представляю себе. (Смеется.)

ЖЕНЕЧКА. Большая Земля пожелала большого успеха.

ГУРЬЯНОВ. Знаешь, что я тебе скажу? Лучше бы они нам ни пуха ни пера пожелали – можно было бы их к черту послать!

ЖЕНЕЧКА. Это точно.

ГУРЬЯНОВ. Ну что, чайку?

ЖЕНЕЧКА. Чайку. (Наливает чай из термоса.)

ГУРЬЯНОВ. Ну, неси прессу.

ЖЕНЕЧКА. Ой, куда это я ее дел? (Вынимает газету.) Все отклики исключительно в восторженных тонах. (Гурьянов тянется к вазе с конфетами.) Э-э-э, не надо! Это не конфеты. Это так, вроде витаминов. Для тонуса.

ГУРЬЯНОВ. Что-что?

ЖЕНЕЧКА. Для тонуса. Витамины.

ГУРЬЯНОВ (резко ставит чашку с чаем на стол). Значит, так: я тебя знаю не первый год. Я вот этого не видел, понял? Ты мне ничего не говорил. Понял?

ЖЕНЕЧКА. Понял.

ГУРЬЯНОВ. Убери это.

ЖЕНЕЧКА. Все. Видел, не видел – ничего нет! (Ставит вазу под стол.)

ГУРЬЯНОВ. Давай дальше.

ЖЕНЕЧКА (читает). Вот заголовок: «Русский лис против Джексон-виллских пантер». Между прочим, лис – это ты.

ГУРЬЯНОВ. Ладно, не подлизывайся. О ребятах что пишут?

ЖЕНЕЧКА. Упоминают Ахтырского и Кубарева. У Кубарева отмечают мощный бросок от синей линии. А вот третью тройку в расчет не берут.

ГУРЬЯНОВ. Прекрасно. Знаешь, о чем я сейчас подумал?

ЖЕНЕЧКА. Да?

ГУРЬЯНОВ. Слушай, может нам Кубарева в третью тройку поставить?

ЖЕНЕЧКА. Так… А Кочепыгу в первую?

ГУРЬЯНОВ. О Кочепыге есть что-нибудь?

ЖЕНЕЧКА. Да нет, там ни слова о Кочепыге, как будто у нас вообще нет Кочепыги.

ГУРЬЯНОВ. Правильно! Он же их в пятницу мотал, как детей, вот поэтому ничего и не пишут. Понял? Вот так. Слушай, Жень, а у них ведь такого игрока, как Кубарик, нет.

ЖЕНЕЧКА. Точно, нет.

ГУРЬЯНОВ. Сегодня третья тройка решит исход матча.

ЖЕНЕЧКА. Ох ты, удивляюсь я на тебя, Михалыч! Другие тренеры месяцами план вынашивают. А у тебя – раз, бац – в один миг, как импровизация!

ГУРЬЯНОВ (смотрит на игроков через дверь). Толик, давай! Вот так!

ЖЕНЕЧКА. Потом будут говорить о стратегии Гурьянова, книжки, статьи про тебя писать.