Чтение онлайн

Крайне неожиданная интерпретация повергла меня в замешательство. Пока стою и обтекаю, она уходит навстречу коннице с окровавленными пожитками в руках, оставляя меня позади.

— Люта? — Окликнул с надеждой. Чуть ли не взвыл.

Не ответила, двинула ещё быстрее. Блин, не могу так.

— У меня договор с властительницей Нави, — признался. И Люта замерла. — Сто дней осталось, и я должен явиться к ней на поклон, и неизвестно вернусь ли вообще. Если не выполню её условие, из Разлома в Москве повалят такие твари, что курии двадцатого уровня покажутся детским лепетом.

— И что? — Выпалила Огарёва с усмешкой, не оборачиваясь. — У тебя есть время, раздели его со своей женой. Сегодня же у вас свадьба. Вот и будь Василисе достойным мужем. А не кобелём.

Удар под дых.

— Мне не устоять перед девственной кровью, — выпалил. — Ты же знаешь, как это работает.

— Не знаю, и знать не желаю, — фыркнула. И, похоже, даже завелась.

Млять, что я несу?! Зачем… Идиот.

— Рад был тебя видеть, — бросил напоследок с досадой и взмыл в воздух, не желая снова встречаться с туляками. Тошно. Наверное, больше от себя самого. А перед ними стыдно.

Умылся в холодной речке, взбодрился, перебесился. Всё обдумал. Это всего лишь бабы. Все они… просто бабы. Когда я разовью своё Королевство, чтоб от одного только упоминания о нём на чужбине одни мечтали примкнуть, а другие тряслись от злости или страха, тогда и стану по–настоящему счастлив. Потому что достигну своих грандиозных целей.

В четыре утра возвращаюсь в Замок, где все уже на ушах и какое–то время меня ищут. С чего бы? Похоже, Василисе доложили, что я гулял в таверне, а потом внезапно пропал. И это вызвало серьёзный ажиотаж.

Нашедшие меня слуги, выдохнули с облегчением и умотали к моей невесте докладывать. Но общая атмосфера суеты только усилилась. Утром начало мероприятий, а вся территория заполонена рабочими и организаторами. В последние дни в Замке появилось очень много незнакомых мне людей из вновь прибывшей свиты Вячеслава. Похоже, её не всю пожрали.

Пока летел домой, засёк, что и на главной улице движуха. Что–то украшают, при том ратников гуляет слишком много для дежурных смен.

Поспать нихрена не дали. Слуги Морозовой нарисовались вместе с мамкой, которая уже при параде: в сине–голубом платье, расфуфыренная настолько, что хоть за неё и выходи. В ванной меня отдраивают две служанки (стараюсь расписным задом не светить), затем начинают готовить к праздничному выходу. Думал, обойдёмся свадебным костюмом, но меня окучивают по полной программе. Бреют тщательно, причёску наводят гейскую, волосы в носу ищут. Полезли глаза подкрашивать, рявкнул на них, только тогда разбежались. Одна мамка продолжила смотреть с укором.

Надел свою чёрную корону и к десяти утра вышел на площадь с Галей и Вадимом, которые обступили меня с обеих сторон. Видимо, чтоб не сбежал. У Цитадели людей собралась целая толпа. И князья, и графы, и послы, и гости, и мои витязи с командирами. В процессе моя «шайка» с таверны подтянулась с помятыми рожами, но уже при параде.

Стоим около получаса, как дураки, гам всё усиливается. Чувствую себя актёром, дело которого выполнять все указания. И улыбаться… улыбаться счастливо.

И вот золочёная карета, припряжённая белоснежными лошадьми, с тремя десятками всадников въезжает на площадь. Выдержав паузу в пару минут, первым выходит Вячеслав в праздном кафтане, подаёт руку старой ведьме Истиславе, в своём наряде напоминающей красочного попугая. Следом князь перехватывает за лапку и показавшуюся Василису.

Шикарное белоснежно–кремовое платье шелестит на весь двор, внизу оно пышное, в центре приталено так, что пальцами двух рук можно девушку обхватить, а сверху две кругленькие дыньки с идеальной белой, очень нежной кожей — выдавлены очень аппетитно. Хотя у Василисы грудь и не большая, но тут кажется, что размера четвёртого. Лицо закрывает фата, из–под которой шикарные кудри цвета светлого золота струятся. На хрупких плечиках накидка с белоснежным мехом — смотрится всё гармонично, идеально.

Увидев невесту, народ перестаёт галдеть. Вячеслав с Истиславой ведут её ко мне. Хм, а я сразу и не заметил, что Василиса держит в руке Лазурную розу совершенно открыто. Похоже, теперь это её неотъемлемый атрибут на сегодняшнее мероприятие. Надеюсь, она не станет саботировать его, накалывая палец на шип!

Встают они за три шага. От Василисы веет сладкой луговой земляникой.

— Доброго здравия, ваше величество! Благословенный Ярило сын, наш защитник и опора, Ярослав! — Начинает торжественно Вячеслав. — Привели мы на смотрины для тебя невесту, дочь нашу дорогую, душу ненаглядную…

И бла–бла–бла. «Студентка, комсомолка и просто красавица».

— Показывай, князь, коль не шутишь! — Отвечает Галя Морозова, продолжая ритуальные фразы.

Стою, хлопая глазами и пытаясь разглядеть через вуаль личико. А вдруг подменили?!

— Жених, оценивай невесту! — Объявляет старческим голосом Истислава.

И Василиса поднимает вуаль. Что сейчас сравнимо с эффектом цунами, сносящего всё на своём пути. Стоящая полукругом за мной толпа ахает, а я перестаю дышать. Просто забываю об этом. Будто я снова очутился на празднике её дня рождения в Орле, окунувшись в то моё первое впечатление от обновлённой и распустившейся сказочным цветком девице. Так недолго и школьником себя почувствовать с такой фантастической красоткой!

Хочется любоваться этим лицом и получать от него улыбки. Хочется познать эту девушку и сделать её счастливой. Ведь это самое дорогое моё сокровище.

— И как невеста? — Раздаётся из толпы со спины Василисы. Этим легче, они не видят её умопомрачительного лика.

— Ваше величество, как невеста? — Подхватывают другие с иронией.

— Люба, — говорит за меня негромко Морозова, осипшим голосом.

Похоже, она охренела не меньше моего. Но нашла в себе силы после нещадной волны неземной красоты собрать буквы в слова.

— Люба! — Подсказывают мне из толпы.

Вот чёрт! Что со мной?! Слово сказать не могу, и это забыл, как делается! Вот тебе и проклятье Лели, о котором Могута мне рассказал. Любой, даже богатый интеллектом мозг, превращается в кашу при виде такой ангельской, чистейшей красоты.

Василиса держится серьёзной. Но чую нотки появившейся тревоги. Похоже, я затянул с ответом.

Поборов растерянность, киваю.

— Люба! — Кричит Вачеслав счастливо.

— Люба!! — Подхватывают другие.

— Люба, — шепчу, не в силах оторвать от неё глаз.

Лёгкая улыбка красавицы держит на крючке ещё сильнее. Сердце моё долбит часто. Откуда страх? Откуда такое беспокойство? И это волнение вдруг разыгралось. Вроде моя, а ещё нет. Ещё столько предстоит за день пройти по ритуалу. А вдруг сорвётся? А вдруг откажется сама? А вдруг… Как глупо.

Дальше всё, как в тумане. Садимся в открытую специально приготовленную повозку вдвоём и катим из Замка через Каменцы, затем сквозь стройку к северным воротам на въезд в Ярославец. С нами множество повозок с гостями и огромное сопровождение из всадников.

Шествуем по главной улице города, где всё украшено разноцветными ленточками и собрались, похоже, все горожане. Стоят по обе стороны, кричат, поздравляя. Выкрикивают слова любви и благоговения, платочками машут. Бабули ревут, девки молодые рыдают и убиваются. Вижу мельком, как ратники заламывают кого–то. Сразу в нескольких местах потасовка. Вдалеке с дороги ретивых убирают, волокут прямо по грязи, чтоб скорее убрать.