Чтение онлайн

Меня пытаются отвлечь тупыми вопросами свои же, но я шиплю на них, чтоб заткнулись. И вот доносится первый крик! Почти над головой! Быстро вычислив зал на пятом этаже, рвусь туда. В небольшом театре шло представление, и вот теперь первые трое упырей набрасываются на людей! Среди заражённых вижу саксонского принца Альберта и его сестру! Вот те раз, их обратили сразу!

Через проём влетают ещё четверо невменяемых и накидываются на свежее орущее мясо.

Стараясь держаться невозмутимо, вычисляю, где сидел Альберт. Судя по развороченному ряду стульев — на первом ряду. Вздёрнув ползущую по полу дамочку, предположительно оттуда, встряхиваю её, как только что постиравшуюся тряпку, и пытаюсь выяснить, что странного она слышала. Мямлит ерунду, поэтому бросив её, хватаю следующего полоумного. В итоге бабка сама мне орёт из–под стула:

— Я слышала хлопок, ваше величество, хлопок.

— Где именно?!

— Не знаю. Поднялась пыль, я чихнула…

Всё отрапортовала, дальше расфуфыренную старушку хватает и тащит упырь. Её когти скребут по полу, как скрипит мел по доске. Она начинает истошно вопить, подбавляя страстей. Хаос быстро овладевает театром, покусанные обращаются в вампиров буквально за минуту. Подрубаю шрапнелью, корчащегося у моих ног, и размышляю…

Хлопок и пыль? Белка тоже упомянула о трёх хлопках. Пока факты ведут к версии, что это некий микро–взрыв, зацепивший лишь единицы. Но почему так мало людей в зале поражены? Может, из–за одежды круг поражения сужается? Это если речь о пробивающих элементах. Но если эта дрянь распыляется — следовательно заражение идёт через дыхательные пути, и слизистые. Хотя бабка чихнула, значит, в нос попало, однако она не обратилась. Получается, заряды находятся в некой сухой безвредной среде? Замаскированы?

Спускаюсь обратно в ресторан. Там тоже уже началось. Двое стражников в зале накинулись на соратников, завязалась резня. Откуда они атаковали, где были изначально?!

— Где они стояли?! — Ору.

— Вон там! — Показывает стражник место, явно несовпадающее со столом брянских.

Может заряды на потолке? Замаскированы и замазаны штукатуркой?

— Вы слышали взрыв? Хлопок, что–то странное?! — Допытываюсь в самый неуместный момент.

— Нет, ваше… — прервал ответ, ибо на него налетел новый упырь.

В зал хлынули обращённые гости. В таком бардаке уже не разобраться, и больше нельзя задерживаться. Или точку выхода снова сдвинет, оставив мне меньший интервал.

Взмываю в воздух, чтоб разбиться и иду на четвёртую попытку, забирая у вышитой лисицы четвёртый хвост.

Вернулся в момент, когда посыльный оповестил о драке. Никому ничего не говоря, взлетаю и уношусь в театральный зал на пятом этаже, куда попадаю через балкон. В полумраке весь свет идёт на сцену, где представление в самом разгаре. Первые три ряда стульев заняли господа побогаче, дальше уже гости попроще сидят. Заполнив примерно половину мест, набралось человек сорок, и четыре слуги шныряют по периметру, обновляя фуршетные столики.

Немного всполошив зрителей, прохожу по флангу, сгоняю саксонского посла и усаживаюсь рядом с Альбертом.

— Ваше величество? — Осеняет принца, явно не ожидавшего, что я подвалю вот так внезапно.

— Не возражаете, если к вам присоединюсь? — Интересуюсь с незначительной долей иронии, излагая на немецком.

— Нет, что вы, ваше величество, для нас честь…

— Ещё какая, — раздалось от его сестры сварливое.

— Вы чем–то недовольны миледи? — Поинтересовался я с иронией, наклонившись к ней, чтоб лучше разглядеть. А то сидит по другую сторону от Альберта и вякает.

— Что вы, как можно? Уверена, обидчица моего брата уже наказана, ведь так? — Ехидствует пассия.

— Ага, подверглась порке, — хмыкаю.

Не думал, что будет так забавно общаться с людьми, смерть которых вот–вот наступит, если не вмешиваться.

— Его величество, король Ярослав! — Раздаётся со сцены торжественное.

Да твою ж дивизию. Представление прервано, народ подрывается с мест. На пару секунд отвлёкся, и сестра потащила Альберта прочь, показывая, насколько она зла на меня. Быстро покивал, некогда исполнять любезности. Опустился на коленки и ощупал пол. Мрамор, ничего особенного. Народ в недоумении, но мне плевать.

Перекидываюсь на потолок. Первым делом прохожусь сканером, в надежде, что заряды могут состоять из металла. Хрен там плавал, ничего не разглядеть, проекции наслаиваются с верхних этажей. Что ж, ладно. Не мытьём, так катаньем.

Ращу стремянку и поднимаюсь на ней до потолка. Если внизу камень, то здесь уже белый довольно выпуклый барельеф из чего–то помягче. Так по указанию Василисы украсили практически все потолки праздных залов. А то, видите ли, ей не понравилась простота идеально ровных поверхностей.

Начал скрести, всё на людей посыпалось. Блин, нет. Белой крошки не было. По крайней мере, я не зафиксировал.

Уже собрался заканчивать это гиблое дело, а тут польский принц Август пришёл со своей Каролиной.

— По мне так убранства под стать вашему величию, — выпалил он снизу. — Что же вам так не понравилось?

Ах ты ж собака!

Почуяв ревностные нотки, я взялся за потолок с новой волной энтузиазма. Хлопки были лёгкие, белой пыли я не увидел, но это не значит, что её не было в малых количествах. Заряды могут быть размером с горошину. Горошины!

Когда осенило, я принялся щупать барельеф с веточками смородины. Среди горошин из извести могла затесаться помягче. Из неё направленный взрыв легко пробьёт головы двум–трём сидящим.

— Вам помочь, ваше величество? — Проклёвывается от господ в ворохе недоумевающего гама.

Под пальцами хрустнуло! И у меня сердце упало. Стараясь не нарушать целостности капсулы, оскрёбываю вокруг неё когтями. Неужели нашёл?!

Пока ковыряю, набежали гвардейцы и слуги. Две стремянки притащили ещё без команды, рабочие появились со шпателями, хотя я не просил. Свет зажгли в зале — ну хоть тут подсобили немного. Наконец, удаётся извлечь инородное тело, не поломав. Камушек с полостью чуть больше горошины. Спускаюсь вниз и хватаю первый попавшийся на столике бокал с игристым вином, куда плюхаю добытое. Водная среда должна хоть немного вымыть от извести и воспрепятствовать разлёту, если будет самопроизвольная детонация. Сразу зашипело, вступив в реакцию. Окутанный белой пеленой объект стал постепенно проявляться.

И вот, спустя две минуты, я вижу семя гречки. Не оставляя надежды, накрываю бокал ладонью и спускаю к нему тонкие волоски корней, которые сперва прощупывают оболочку, а затем уже вторгаются в полость. А там… пусто, мать его.

Выпрямившись с глубочайшим разочарованием, наблюдаю вокруг себя гвардию, всяких зевак, ну а дальше толпу работяг, которые нанесли сюда уже десять стремянок! Похоже, готовы по моей команде выскоблить всю стену.

— Отбой, — говорю негромко. Скорее себе, чем окружающим. Но тут спохватившись, спрашиваю: — где стулья?

Первые шесть рядов вынесли из зала, я и глазом не успел моргнуть.

Выйдя на балкон, слетел на веранду ресторана, пугая посетителей. Нырнув в зал, устремился к моим первым клиентам. Брянские как раз только расселись за столом. Сейчас они моя единственная зацепка, главное не спугнуть. Чувствую, если буду метаться по всему Дворцу в поисках зарядов — никакого толку от этого не будет.

Вызывая лёгкий ажиотаж, усаживаюсь на свободный стол неподалёку, ко мне сразу прибегает ответственный старший слуга, который в прошлый заход получил от Гойника по лицу. Он улыбается и любезничает, предлагая стол на веранде.