Чтение онлайн

Вижу, что оттеснили её более наглые ребята, и теперь к кусту не подступиться.

— Держи, малышка, — протягиваю ей фруктовый букетик, что вырастил из ладони.

— Благодарю, ваше величество, — прочирикала и раскраснелась. — Право, не стоило…

— Ой, что это? — Начались вдруг возгласы, когда на лица лёг лиловый свет.

С холодеющей грудью обернулся. А там мой инопланетянин стоит с перевёрнутой вверх ладонью, над которой зависла фиолетовая проекция моего деревца. Это он его сканирует чем–то?!

— Поразительно, — слышу через забрало перевод его тихих комментариев. — Все элементы соответствуют окружающим природным структурам. Иными словами…

— Да, — перебиваю. — Всё это настоящее. Удивлён?

— Ещё как, ваше величество! — Восклицает, продолжая в своей проекции раскладывать мой куст на молекулы.

— Давай завязывай детей пугать, — заворчал на него.

— Слушаюсь, правитель, — выпалил Странник официозно, и проекция схлынула.

— Где вы его откопали? — Раздалось от Сашки. — Хотя что удивляться, если волоты под боком живут, а теперь и берендеев приютили.

— А чем тебе берендеи не угодили? — Обернулся.

— Мы на них много ходили, в Ростовском княжестве — это самая опасная нечисть была.

— Опасная, потому что мудрая?

— Верно, говорите, ваше величество, — согласилась с ехидной улыбкой.

— А раз мудрая, то можно договориться, согласна?

Княжна посмотрела на меня с прищуром, вид такой, будто подвоха ищет.

— Ваше величество, беда! — Слышу от бегущего к нам стражника.

В груди холодеет.

— Говори быстрее! — Кричу на него, распугивая детвору.

— Пересвет с иноземцем подрался, громят всё!

Тьфу, ты твою мать.

Одно опасение схлынуло, но тут же возобладало другое. С кем там Пересвет может драться? Точнее, какая горилла больше двух–трёх его ударов выдержит? Ответ прост: Локк!!

Мчим с княжной Александрой наперегонки, Странник на лестнице догоняет.

Поднявшись на второй этаж, натыкаюсь на прислугу, выскочившую с подносом крайне неожиданно. Всё стекло с шампанским падает с грохотом, девчонка с перепуга садится на задницу и ладонями напарывается на стекло. Чуя девственную кровь, я чуть на неё не набрасываюсь. Увидев демонические глаза, служанка приходит в ужас.

— Помогите ей! — Прошу спешащую за нами гвардию и несусь дальше, пытаясь поскорее подавить зверя внутри.

Ещё в переходе слышна потасовка. А в самом зале, где у нас скрипачи играют печальную музыку для романтических танцев всё к чертям разнесено. В щепках от столов два мужика в красивых костюмах мутузят друг друга. И никто их разнять не может, просто стоят плотной толпой поодаль и смотрят. Даже стража, отвечающая за порядок и имеющая право носить оружие, не решается вмешаться.

— И чего не поделили? — Вырываюсь я вперёд.

— У шотландца острый язык, — раздалось от Богучара, который тоже оказался здесь.

— Ой, наш король пожаловал, — слышу ехидное от Бенедикты. — А я и не надеялась.

Из двадцати четырёх залов Кастильская принцесса предпочла тот, где дерутся самые мощные мужики на балу. И явно упивается дракой, судя по довольному лицу.

Два верзилы перестреливаются кулаками в стойке, растаптывая еду, осколки и куски мебели под собой. Бой идёт на равных. Сколько же в этом шотландце дури?!

— А ну прекратили! — Горланю, и народ вздрагивает.

Следом и Пересвет отступает послушно. А вот Локк продолжает уже подлую атаку, попадая витязю прямо в челюсть. Огромный шкаф падает с грохотом. Тут же с проёма летит на обидчика Остромила!

— Сейчас ты у меня получишь, супостат!! — Орёт не своим голосом сводная сестра.

Хотелось бы за неё не переживать, зная о том, что в ней таится сила вервульфа. Но дурында же беременна. Локк на неё обернувшись, сразу замахивается встречать. И всё это под пьяный хохот Бенедикты.

— Король, поберегите себя! — Слышу от неё очередную подковырку и перехожу в изнанку, чтоб успеть.

Пока двигаюсь, тяжело прорезая пространство, наблюдаю, как мощная колотушка летит чётко в нос Остромилы. А это даже уклониться не успевает толком. Можно было пикой его садануть в задницу, и дело с концом. Но он же иностранный представитель, применение тёмной магии против него — это скандал. А тут простой мордобой.

Поэтому я выставляю ладонь на пути его кулака, когда до носа сестры ему остаётся сантиметров двадцать. Часть боевого довеска, перенося на руку, уплотняю практически до камня. Одновременно сцепляясь корнями с полом, чтоб самому не улететь. Встав стеной, принимаю удар, который достаточно сильно сотрясает. Но следом слышен хруст косточек противника.

Похоже, толпа не сразу сообразила, что произошло. Король каким–то чудом оказался между Локком и Остромилой. Рука шотландца отскочила, как от стены, он потряс её, рыча, и посмотрел на меня ошалело.

— Ты на кого руку поднял, воин? — Наехал на него, придерживая сестру, которая продолжила рваться в бой.

Сбоку и Странник обозначился уже с алебардой наготове.

— Я сын конунга! — Прогремел в ответ Локк и полез драться уже со мной.

Тут уж гвардия бросилась со всех сторон с оружием, не давая пришельцу развернуться. Но я их всех опередил! Поднырнул под выброшенную руку шотландца и выстрелил боковой в челюсть, как по старинке. Одного я не учёл… тяжесть собственной руки. Встретившись с хвалёной каменной челюстью, мой кулак разбил её, как стеклянную, а следом расколол и череп. Твою же ж мать.

Локк рухнул навзничь и уже не поднялся. Под лёгкий гам, княжна Александра проверила пульс и констатировала смерть.

— Убил, — загалдели гости. — Как легко…

— И поделом! Он поднял руку на короля! — Объявил десятник гвардии.

— Большая ошибка, — хмыкнул Пересвет, тяжело поднимаясь.

Уже на выходе ловлю взгляд Бенедикты. Сучка больше не улыбается, она в шоке от того, что увидела. Думаю, теперь до неё дошло, как нелепы были все те выпады в мой адрес.

Конечно, со смертью Локка придут и проблемы от этой страны. Похоже, мужик был не последний человек в Шотландии.

Спешно покидаю зал, выходя на длинный балконный переход, Пересвет с Остромилой плетутся за мной, пытаясь догнать. Но им мешает назойливый Странник. Александра тоже не отстаёт, цепляется за мою руку сама.

— Теперь понятно, почему ты не участвовал в турнире, — болтает княжна в ухо. — Если прежде иноземцы сомневались, то ныне уже никто не выкажет тебе неуважение. Ты всё правильно сделал.

Видимо, чувствует моё сожаление и пытается поддержать.

— Смерти можно было избежать, — бурчу. — Но я потерял контроль.