Древесный маг Орловского княжества 3
Шрифт:
— А ты имеешь?
— Я знаю, где об этом написано, — отвечает деловито.
— И где?
— В Архивах академии есть всё. Просто надо хорошо покопаться. И знать примерно, что ищешь. О Лазурной розе там точно есть.
— Чай, барин? — Раздалось из–за прилавка.
Белка кивнула. Я метнулся и поухаживал за своей новой подружкой.
Смотрит, как подаю. На меня поглядывает через разрезы маски. Кто же ты. Видел ли я тебя? И если да, почему же взгляд мой не зацепился?
Хорошо мне, не нужны никакие балы с праздниками. И Зорина мне тоже не нужна.
— Ты ведь не исчезнешь? Скажи? — Спросил, когда уже допиваем.
— Не знаю, Крот, — усмехнулась грустно.
— Ты знаешь, где меня искать, ведь так?
— Если не ошибаюсь, где–то рядом.
— Малорыжково, Новосёлки, в Каменцах меня каждая собака знает. Яро…
— Без имён! — Прервала строго. — Ладно?
— Хорошо, — вздохнул. И подумал, что за принципы? Ты же знаешь, кто я.
Немного помолчали.
— Спасибо, накормил Белку, барин, — выдала девица и двинулась в сторону озера. — Теперь надо растрястись.
Вверх поглядывает. Время уже к десяти вечера, темно. Луна сегодня полная.
Догнал, под руку зацепил.
— Откуда ж ты такой взялся, — слышу от Белки негромкое. Вздыхает.
— Не грусти, — отвечаю ей. — Мандарин хочешь?
— И где ж ты его припрятал? — Спрашивает, принимая фрукт. — А что ещё можешь?
Мдя, спалила. Сердце забилось бешено. Видимо, чувствуя мой напряг, Белка на меня посмотрела.
— Ты не первый Тёмный, с кем я имею дело, — призналась. — Поэтому не нужно. Что бы ты сейчас не задумал, не далей этого.
Похоже на предупреждение. Выдыхаю.
— Да не Тёмный я, достали, — выпалил сгоряча и сам расцепился. Чуть в сторонке пошёл.
— Выходит, не одна я об этом ведаю, — делает вывод Белка с задумчивостью.
— Зла никому не делаю, вон, недавно от мертвяков бегал, сорняка завалил. Не без помощи магии своей. Но она не как ваша, прости я не знаю, какой ты там обладаешь. Но мне всё через шкуру надо делать. Ей и рискую. Пока так.
— Не дуйся, — выпалила девушка и сама подцепилась под руку обратно. — И я не белая овечка. И не согласна с миром, где делят всё на чёрное и белое. Серое тоже есть.
— Да всякое есть, — соглашаюсь. — Я за своих друзей и зло сделаю, если вынудят.
— А вот это уже путь тёмного, — укорила.
— Не учи меня, — фыркаю.
— Не буду. Сама ошибок наделала и предстоит.
Мимо Чудо–барахолки идём. Снова Ясмина в башке. И как её оттуда выбить?!
Белка чистит мандарин, дольки мне подсовывает.
— Спасибо, — киваю и ем. Очень сладкий вышел и чуть побродивший. Мдя, всё из–за алкоголя в крови. Интересно, а она понимает, что кушает часть меня? Обычно девушек это не обламывает. Упс.
Банан подаю.
— Угощайся.
— На императорской кухне тебе бы не было цены, — усмехнулась, принимая.
Поделилась частью со мной. Как раз до горки дошли. Но уселись на лавочку рядом. Немного помолчали. Чувствую, что девушка сказать что–то хочет.
— Ну чего ты? — Шепчу ей, хотя никого рядом нет. — Хочешь, ко мне поедем хоть сейчас, выспишься в безопасности. У меня в особняке. Там охраны хоть сто человек выставлю. Вон любую карету наймём, да домчим за пять минут. Всё равно стоят.
Прижалась, опустив голову мне на плечо. Ничего не ответила. Но вскоре начала о другом.
— Молва ходит в Туле, — заговорила тихо. — Что сын чернобога явился на стороне людей. Бился он за рать князя орловского против половцев на Калининских топях. И встретил войско тульское весь истыканный стрелами и изрубленный мечом. Дал наказ витязям, а потом ушёл из тела, бросив плоть героя к их ногам.
Вздыхаю. Убирает голову с плеча. Чувствую её взгляд. Но сам не поворачиваюсь.
— Люди не благодарны, — добавила вдруг. И мне показалось, что больно ей за себя саму.
— Пошли кататься, — предлагаю, переводя тему. — Чего грустить?
— В этот праздный день грустить нельзя, — согласилась Белка. — Особенно нам.
Вскочила и меня потянула за обе руки, как старая добрая подружка. Помчала на горку я за ней. Взобрались, прихватив обкатанное полотно с ремнями. Уселись вверху, я сзади, она между ног устроилась. Приобнял её и за ремни прихватил. Подгребли ногами к краю и как понеслись!
Эта визжит, я кричу! Почти до середины озера докатились, чуть адепта на конках на сбив. Завалившись на бок, хохочем. Затем Белка вскакивает и заявляет:
— Ещё!
И так мы раз пятнадцать съехали. Пока уже на лёд не завалились, распластавшись.
И тут вдруг девушка заявила:
— Хорошо, что ты со мной пошёл.
Вибрацию ото льда почувствовал хребтом и встрепенулся. Трещина мощная поползла метрах в десяти стороной! Катающиеся на коньках попадали. А Белка лежит, да посмеивается. Вскоре в окнах Академии заморгало, и стал доноситься крик.
— Что это?! — Подскочил я.
— Думал, Академия Монолитом отделается? — Произнесла воровка хищно, усаживаясь на лёд. — Некоторые жители Бестиария теперь тоже приглашены попраздновать. Им и маски не нужны.
— Что ты сделала?! — Ощетинился я, нависая над девушкой.
— С помощью магии замедленного действия запустила артефакт, который освободил несчастных зверушек из некоторых клеток, в данный момент они гуляют по Оранжерее, — отвечает Белка вполне спокойно. — Тебя что–то тревожит, Крот?
— Ты сумасшедшая, — попятился. — Там невинные люди. Половина адептов ещё совсем дети!
— Нет там невинных, — огрызнулась. — Маги справятся, просто им придётся немного потрудиться! А кое–кому ответить за то, что они совершили.
— Там Ясмина! Какая же ты сука.
— Как грубо, Крот! Ты же мой напарник, а Ясмина тебе никто. Разве она не предпочла сына ректора какому–то нищему барону? Ты влюбился в девушку, не зная её сути. Но флиртуешь с другой, зная суть, но не ведая внешности. И вот тебе моя новая суть. Что будешь с ней делать? К чёрному меня припишешь или серому? Какого цвета теперь для тебя я?
— Да пошла ты.
Не теряя больше ни секунды, помчал в Академию, где, похоже, начинается хаос.