Чтение онлайн

Три десятка простеньких изб на перекрёстке дорог, сарайчики и участки под домашнее хозяйство. Дым идёт из труб, ходят вроде как обычные крестьяне, слышно мычание коров, блеяние коз и кудахтанье кур. Нет ни оборонительных вышек, ни частокола. Только яблоньки и кусты смородины.

— Приспешники, — бросила Морозова зло. — Глядите в оба.

— А Мрак где? — Поинтересовался я, присоседившись пешим.

Лошадей у нас мало, на других провизия и раненные.

— Уже недалеко, — ответила Морозова с каким–то неподдельным злорадством.

В деревню вошли с опаской. И сразу странным показалось, что люди на нас не отреагировали, как должно. Да, стали смотреть с интересом или тревогой на вооружённый отряд, да, посторонились с дороги. Но на этом всё. Никто не встречает, никто не представляется и не интересуется, что мы тут забыли, просто смотрят, продолжая заниматься своими делами.

А мы идём по главной улочке меж домов и тоже рассматриваем люд.

Обычные крестьяне, одетые прилично, на вид чистенькие и сытые. Мужчины, девушки, приметил даже парочку красавиц. Вот только очередная странность здесь вскоре всплывает. Стариков и детей не видно. Вообще. Контингент от четырнадцати до сорока пяти, если навскидку.

Почти всю деревню насквозь прошли по дороге, которая дальше ведёт. И Морозова, наконец, остановилась.

В этот самый момент вся обыденность в деревне схлынула. Такое ощущение возникло, будто что–то затаилось. А точнее затаились все местные.

— Чую страх… — протянул во мне старший дух Водуна, который ещё не приспособился к моим требованиям не базарить, когда не спрашивают!

— Ярослав? Что скажешь? — Выпалила Галина с седла, причём с какой–то неподдельной иронией.

— Похоже, на некую показуху, — делюсь ощущениями. — Представление для нас.

— Что–то в этом роде, — бросила Морозова и витязю: — Млад, действуй.

Мужчина взял кинжал и резанул себе у костяшки большого пальца. Ближайшие к нам крестьяне замерли тут же. Глазки у них забегали, ноздри раздулись. Вытьё мерзкое из окон начало доноситься.

— Двоедушники, — произнесла графиня брезгливо и скомандовала громко: — убить всех, до единого! Деревню сжечь!

Зашипели вдруг местные, будто решили возразить. Наши лошади заржали и попытались на дыбы встать. Благо их держат за уздцы крепко.

Подумал было, что это упыри, когда увидел исказившиеся рожи с тонкими акульими клыками. Но ведь солнце ещё не село! Ближайшие бросились на нас, но тут же стали вспыхивать, как солома от самых простых снарядов. И разваливаться на куски от ледышек да грозовых клинков.

Только я за кинжал схватился, ибо в открытую не решился пиками долбить, а паладины уже полетели всех рубить, как тренировочных кукол. Двоедушники оказались очень слабыми. Вышло самое настоящие избиение. Тут живность попала под раздачу. Интересно, нахрена она им вообще нужна была?!

Дома заполыхали уже на заре на фоне нашего выехавшего отряда. Внутри изб оказалась и нечисть, которая тут на самом деле властвовала. Упыри, боящиеся солнечного света, прятались в подвалах. Как выяснилось, двоедушник — это нечто между упырём и человеком. Вампир, не боящийся света, но очень слабый днём. Вот и вся разница.

— Упыри держат двоедушников, как скот, откармливают их человеческой пищей, — пояснил мне Благояр, когда все уже успокоились и отдышались. — Это особое проклятье, которым владеют лишь упыри — приспешники тёмных магов.

— Ну что господа, размялись? — Раздалось от Морозовой сварливо. — Мрак близко. Разбудите эту клушу.

Есения слабо застонала в седле. И промямлила болезненно сипло:

— Я готова, госпожа.

Интересно, к чему?!

Ещё около получаса мы скачем по травянистому лугу, минуя декоративные рощи и любуясь прекрасным краем на закате. А затем впереди прямо посередине озера с жёлтой водой на скальном островке вырисовывается самый настоящий замок! Серокаменный, стены метров под десять в высоту, башни с бойницами. Какая–то охрана на стенах виднеется. Свет фиолетовый контуры зубцов подсвечивает.

Похоже, во дворе замка имеется Разлом!

Но это ещё не все сюрпризы, перед Замком ещё одно поселение раскинулось, раза в два больше предыдущего. Где уже стали выходить из домов перекинувшиеся волколаки, стягиваясь в целый табун.

— Приготовиться к бою! — Воскликнула Морозова торжественно и добавила уже негромко: — Ярослав, защищай Есению. Здесь мы сами.

Слабо верится. Там волколаков стянулось в атакующий эшелон сотни под две! И продолжают подтягиваться.

А нам ещё замок штурмовать, где, вероятно, и держат мою ненаглядную невесту.

Между селом и нами метров двести практически чистого поля с одинокими деревцами и редким кустарником. И волколаки помчали по нему на нас, как обезумевшие. Или решившие, что несутся на перегонки за лёгкой добычей. Мол, кто быстрее схватит, да урвёт кусок побольше, тот и победил. Забавно, что одни бегут, как обычные волки на четырёх лапах, а другие на двух, как люди. В основном все обычного размера псины, но видно уже и крепких особей, которые до вервульфов малость не дотягивают.

Всё это рвение длится до тех пор, пока их не встречает сплошная огненная стена, которую творят сразу три мастера Рубина, Игорь и несколько мастеров Изумруда. Объединив силы, они долбанули, как ядерный заряд малой мощности, расщепляя первых самых ретивых псов на атомы. А дальше окутывая пламенем всё, что встречается на пути, включая и ни в чём неповинную траву.

Несмотря на то, что центр наступающих хорошо выжгли, противник полез с флангов. Двинулась из села и новая волна нечисти.

Витязи и паладины успели выпустить по шесть–семь стрел, а затем были вынуждены перейти на рукопашную атаку. Я тоже пострелял с «Ветерка» по псинам, выбирая покрупнее. А следом взялся за меч и кинжал, стараясь не отходить от спешившейся Есении, которая в полуобмороке от лихорадки ещё пытается вихри какие–то пускать.

К сожалению, лошадей удержать не удаётся. Они буквально взбесились от такого количества разъярённых слюнявых псов и ломанулись во все стороны. Хотя никаких предпосылок к прорыву нашего дугообразного строя не возникло. Как и не вышло серьёзной сечи. На удивление наши раненные ещё с топей Водуна, сейчас смотрятся бодренько.

На проскочившую свору посыпался ледяной дождь, прошибающий насквозь, долбанули узконаправленные вихри, уносящие псов метров на пятьдесят. Впервые я увидел, как долбит крупная шаровая молния, проносясь сквозь толпу. Сшибает с ног разрядами, обездвиживая, а в конце лопается и с треском выжигает до углей десяток колколаков.